Форум В шутку и всерьёз

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум В шутку и всерьёз » Личности » Товарищ Сталин


Товарищ Сталин

Сообщений 1 страница 30 из 63

1

Единственная индульгенция
Война сталинская или война народная – вот о чем идет спор

http://s58.radikal.ru/i160/1003/2a/ac059e7f8ad8.jpg
Настоящей тирании не бывает без обожающих подданных.

Сталин и сталинизм… Мы попробуем разобраться в этих понятиях в жанре, известном еще с античности, – в жанре диалога между убежденным сталинистом, назовем его С., и столь же убежденным антисталинистом – пусть это будет А. Подчеркнем: диалоги невыдуманные. В них зафиксированы острые споры между двумя оппонентами, которые продолжались несколько лет – по телефону, электронной почте, в Интернете...

А: Победа в Великой Отечественной войне, как было сказано одной умной журналисткой, – единственная «индульгенция» для товарища Сталина. Главный тезис сталинистов: Сталин – творец Победы, Сталин и Победа неразделимы, любые попытки рассматривать эти понятия, эти символы самостоятельно, независимо друг от друга, суть преступление. Поэтому сталинисты говорят о войне, стараясь по возможности не вспоминать о катастрофической неподготовленности к ней и Красной армии, и страны в целом, о страшных трагедиях 1941 и 1942 года.

С: Что бы ни произошло в начале войны, которой Сталин не хотел, и потому для него действительно неожиданной, он остается великим спасителем Отечества, победителем гитлеровской Германии. От этого вы не уйдете, как ни старайтесь!..

А: Теперь доказано, что выдвинутый Сталиным тезис о внезапном вероломном нападении гитлеровской Германии как причине этих поражений – просто ложь: Генштаб заранее, за несколько месяцев, причем неоднократно, докладывал Сталину и Политбюро о том, что войска рейха изготовились к наступлению… Георгий Жуков в секретной записке от 19 мая 1956 года № 72с прямо писал: «Неудачи первого периода войны Сталин объяснял тем, что фашистская Германия напала на Советский Союз внезапно. Это исторически неверно. Никакой внезапности нападения гитлеровских войск не было. О готовящемся нападении было известно, а внезапность была придумана Сталиным, чтобы оправдать свои просчеты в подготовке страны к обороне».

Наверное, главным из этих просчетов были события 1937–1938 годов, когда Сталин обезглавил армию. Как я писал в предыдущей статье, армия без командования – не армия, а толпа... (см. «НГ», 14.09.09).

Расстреливал и победил

С: Вы говорите о чистке кадров перед войной. Но не пора ли задуматься над странным обстоятельством? Перед войной Сталин уничтожал гениальных полководцев, но завершил войну с несокрушимой армией и целым ансамблем не менее выдающихся генералов и маршалов: Рокоссовский, Василевский, Драгунский, Малиновский, Говоров, Жадов, Конев, Ватутин, Черняховский, Новиков, Кузнецов, Малинин, Баданов, Богданов, Антонов, Мерецков, Крейзер, Ротмистров, Рыбалко, Лелюшенко, Катуков, Берзарин, Пухов, Пуркаев, Голованов. Да всех разве перечислишь! А Гитлер свою армию не обезглавливал, но завершил войну с разгромленным государством, с разбитой и безголовой армией…

Трагедия германской армии налицо. И заключалась она в том, что Гитлер к войне не готовился, генералов сотнями перед войной не стрелял, потому войну проиграл, потому был вынужден застрелиться сам. О величии и ничтожестве стратегов судят по результатам войны. Так давайте же судить по конечным результатам, давайте же цыплят по осени считать!

А: Прочитал я в вашем письме, С., эту эмоциональную тираду и задумался. Где-то я нечто подобное уже читал… Но где?

Потом вспомнил. Все в той же книге Виктора Суворова «Очищение»… Этот абзац просто дословно выписан из нее. Перед ним были еще такие «вводные» строчки: «Даже Гитлер с Геббельсом сообразили, что Сталин действовал правильно, а наши агитаторы твердят: обезглавил, обезглавил, обезглавил, трагедия, трагедия, трагедия... А не пора ли задуматься над странным обстоятельством?» – и далее по тексту (включая список генералов). Суворов продолжает: «О величии и ничтожестве стратегов судят по результатам войны. Так давайте же судить по конечным результатам, давайте же цыплят по осени считать!..

Нас учили оценивать результаты кадровой политики Сталина на чисто эмоциональном уровне. Нас учили мыслить так, как мыслит пьяный, которым движет чувство, а не рассудок. Но не пора ли посмотреть на события 1937 года трезвым взглядом, а не через пьяные слезы?»

Сначала два замечания. Первое. В своем письме вы, С., повторили совсем не случайный пропуск в списке полководцев: в нем нет маршала Георгия Жукова, который по праву должен был бы его возглавлять. Для Виктора Суворова это естественно – он целую книгу посвятил доказательству «бездарности» человека, бывшего, по всеобщему признанию, лучшим полководцем Второй мировой войны. Вы согласны с Суворовым?

Второе. Знаете ли вы, кому принадлежит сама эта «гениальная» мысль – дескать, Сталин расстреливал генералов и потому выиграл войну, а Гитлер не расстреливал и потому ее проиграл?

Геббельсу! Прочитайте его дневники 1945 года…

Но мысль эта на самом деле – абсолютно ложная: как говорили еще древние мудрецы, post hoc non est propter hoc, то есть «после этого не означает, что вследствие этого». Германия, Гитлер потерпели поражение, потому что объединенные силы антигитлеровской коалиции оказались мощнее сил фашистского блока, потому что народы Советского Союза, Великобритании и ряда других стран проявили беспримерный героизм и самоотверженность в борьбе с врагом, наконец, потому что мы, увы, положили на поле боя по меньшей мере втрое больше жизней, чем наш противник («завалили его трупами», как выразился один писатель-фронтовик)! А кадровая политика того или другого диктатора, включая даже репрессии, в конечном счете, при всем ее значении, была лишь деталью на этом общем фоне.

Что же касается заключительной фразы Суворова, то смотреть на события 1937 года не через слезы (о «пьяных» слезах не говорю, этот эпитет на его совести), когда речь идет о миллионах расстрелянных, замученных, стертых в лагерную пыль, – не просто бессовестно, но и бесчеловечно.

Но дело даже не в этом; результаты сталинских «чисток» мы все видели на первых этапах войны, когда Красная армия терпела чудовищные поражения, правительство было эвакуировано в Куйбышев, в Москве велось минирование важных зданий и сооружений на случай сдачи ее врагу, и тогда, когда враг захватил территории, сравнимые с территорией всей Европы, дошел до великой русской реки Волги, водрузил свой красный флаг со свастикой на Эльбрусе, поработил десятки миллионов советских людей.

Ошибки и оценки

С: Это лживая теория – будто бы Сталин потерпел поражение в одной войне, а победил в другой. Война была одна – Великая Отечественная война советского народа, и победа одна, достигнутая под руководством Верховного главнокомандующего! Правильно сказал Суворов: как цыплят по осени считают, так и войну оценивают по ее результату – Победе.

А: Согласен. Хотя не просто по Победе, но и по ее цене, по тем жертвам, которые пришлось понести ради нее. До сих пор ученые не подсчитали, каковы же были потери Советского Союза в войне. Итоговая цифра, начиная (если мне память не изменяет) с семи миллионов человек, поэтапно увеличивалась и теперь уже приближается к тридцати.

Что касается полководческих заслуг Сталина, то не мне, бывшему рядовому пехоты, о них судить. К тому же его обязанности были куда шире, чем только обязанности Верховного главнокомандующего. На его плечи легла и организация всей жизни в тылу, особенно – невиданного в истории процесса перемещения промышленности на восток. Для этого ему пришлось даже выпустить из ГУЛАГа вслед за спасшимися от расстрела военачальниками большую группу опытных руководителей промышленности, которых сталинские палачи не успели расстрелять или замучить (наверное, вы слышали имя Бориса Ванникова; он не только сыграл выдающуюся роль в мобилизации и успешном развороте оборонной промышленности во время войны, но и после нее был одним из тех, кому страна, Сталин обязаны созданием ядерного оружия)…

Повторяю: о Сталине как полководце я, естественно, судить не могу. Но знаю, что об этом написаны горы литературы, многое читал. Оценки давались в разное время самые разные – от «величайшего полководца всех времен и народов» до главного виновника всех просчетов, неудач и поражений, особенно первой половины войны. Характерно, что в многочисленных выступлениях и мемуарах наших военачальников заметно различаются оценки, дававшиеся при жизни вождя и после его смерти. Этого не избежал, например, и такой человек, как Георгий Жуков.

В той же упомянутой выше секретной записке 1956 года Жуков писал о том, что Сталин, «не зная в деталях положения на фронтах и будучи недостаточно грамотным в оперативных вопросах, давал неквалифицированные указания, не говоря уже о некомпетентном планировании крупных контрмероприятий, которые по сложившейся обстановке надо было проводить.

Наши войска, не будучи развернутыми в правильных оперативных построениях, фактически дрались отдельными соединениями, отдельными группировками, проявляя при этом исключительное упорство, нанося тяжелые поражения противнику. Не получая своевременных приказов от высшего командования, они вынуждены были действовать изолированно, часто оказывались в тяжелом положении, а иногда и в окружении».

И наконец, маршал Жуков писал: «После смерти В.И.Ленина, перед Отечественной войной и особенно после войны И.В.Сталину приписывали особо выдающуюся роль в создании вооруженных сил, в разработке основ советской военной науки, основных положений в области стратегии и даже оперативного искусства.

Действительно ли И.В.Сталин был выдающимся военным мыслителем? Конечно, нет. Все это нагородили в угоду И.В.Сталину, чему способствовал он сам…»

А вот в последних изданиях «Воспоминаний и размышлений» Жуков давал и другие, более взвешенные оценки решений и действий Сталина. Например: «С накоплением опыта ведения войны ошибки и просчеты умело исправлялись, их становилось все меньше и меньше».

Еще: «Конечно, в начале войны, до Сталинградской битвы, у Верховного были ошибки, которые бывают, как известно, у каждого. Он их глубоко продумал и не только внутренне переживал, а стремился извлечь из них опыт и впредь не допускать». 

Изучение будет продолжено

С: Неважно, что маршал Жуков писал в своих секретных записках, тем более относящихся к 1956 году – году ХХ партсъезда. Известно, какая тогда была обстановка. Важен итог его размышлениям, отражающий не столько ход войны, сколько ее результат:

«В руководстве вооруженной борьбой в целом И.В.Сталину помогали его природный ум, опыт политического руководства, богатая интуиция, широкая осведомленность. Он умел найти главное звено в стратегической обстановке и, ухватившись за него, наметить пути для оказания противодействия врагу, успешного проведения той или иной наступательной операции. Несомненно, он был достойным Верховным главнокомандующим».

Вот этим и следует руководствоваться! И если по примеру Галереи Героев 1812 года в Эрмитаже у нас будет создана галерея героев Великой Отечественной войны, то открывать ее по праву должен будет портрет генералиссимуса И.В.Сталина.

А: Таким авторитетным свидетельствам, как свидетельства Жукова и Василевского, да и многих других военачальников, которые придерживаются такого же мнения, нельзя не доверять.

И тем не менее истинную роль Сталина в войне, его действия и поступки еще предстоит изучать и изучать. Как мне кажется, сейчас внимание привлекают второстепенные факты: историки спорят, например, сколько дней Сталин находился в растерянности от первых поражений, когда он в сердцах сказал о том, что, мол, мы «прос..ли» страну и ленинское наследство, заперся на своей даче и ждал, что соратники придут его арестовывать… Обсуждают, пытался ли Сталин через болгарского посла связаться с Гитлером, чтобы предложить ему условия сепаратного мира. Какое сейчас все это имеет значение? Да и вряд ли можно сейчас найти в архивах хоть какие-то свидетельства – подобные дела обычно бумаге не доверяют. Другое дело, историкам предстоит проанализировать каждую проведенную Верховным главнокомандующим стратегическую операцию, оценить, что было сделано правильно, а где, говоря официальным языком, на совести вождя колоссальные безвозвратные потери личного состава…

От себя могу поделиться сугубо личным. В воспоминаниях «Московский мальчик на войне», опубликованных в «Новом мире» (№ 5, 2005), я описывал паническое отступление (точнее – бегство) войск в сторону Тулы после катастрофического для столицы прорыва фашистами нашей обороны 2 октября 1941 года и сделал следующее признание:

«Вот тогда (грешен!) единственный раз за все время войны я подумал, что это – конец, поражение неминуемо. Что нет такой силы, которая могла бы остановить и сокрушить врага».

К счастью, я ошибся. Но давайте подумаем вот о чем.

Прорыв 2 октября произошел, очевидно, потому, что на этом направлении не хватило войск, чтобы остановить врага и «заткнуть дыру», образовавшуюся на нашем фронте. Теперь я могу утверждать: войска были! Не очень далеко от фронта, в Поволжье. Времени как раз хватило бы, как я понимаю, на то, чтобы перебросить их на поле сражения, решавшего судьбу столицы. На стр. 300 Сборника документов о сталинских депортациях я обнаружил справку: «на операцию по выселению немцев были (28 августа 1941 года) направлены 12 350 человек: 32, 60, 230-й и другие – всего 7 полков НКВД, три отдельных батальона и военное училище в Саратове». Обратите внимание на выделенную мною курсивом дату!

Может быть, я не прав, у главнокомандующего были какие-то иные соображения; например, укрепить критически опасный участок фронта для него было менее важно, чем выселить мирных жителей из своих домов, да и самим чекистам это было куда безопаснее и приятнее, чем лезть под пули и снаряды. Но, прочитав эту справку, мне кажется, я понял, по чьей вине всю жизнь казнил себя за минутную слабость, проявленную мною – тогда совсем юным солдатом, бредущим дорогой отступления и захваченным общей паникой…

Но я думаю и о другом – о личности Сталина, о мотивах его действий.

Кому благодарить?

В чем-то вы, наверное, были правы, говоря однажды, что скорее всего для Сталина идея коммунизма не была главной. Но точно так же не главной для него была идея восстановления и укрепления российского государства в дореволюционных границах (как утверждаете вы, С., и многие другие сталинисты, считающие Сталина не столько коммунистом-интернационалистом, сколько русским государственником-националистом, что сейчас стало модным). В территориальном отношении его замыслы были куда шире. Многочисленные факты говорят о том, что скорее всего идея личной власти – вот главная идея, владевшая этим деятелем, определявшая все его поступки, в том числе и преступления. В том числе и полезные для страны решения и дела.

Сталин, при всех его злодеяниях, был человек. Не «самый человечный», как писали подхалимы, не самых честных правил, но все же. У него были дети (с двумя из них, Василием и Светланой, я учился в 25-й московской образцовой школе, могу засвидетельствовать: это были нормальные дети, как все мы; она отличница, он двоечник…). И вот в один не прекрасный день под угрозой оказались его власть, маршальские эполеты и даже жизнь (понимал ведь, что в случае поражения висеть ему на каком-нибудь суку «нюрнбергского трибунала наоборот»); возникла реальная угроза потерять страну. Вот тогда, по-видимому, именно стремление сохранить собственную жизнь любой ценой, то есть любыми жертвами и страданиями народа, заставило Сталина обратить все свои действительно недюжинные способности – если хотите, весь свой гений – на дело победы в войне. Он и как человек, надо отдать ему справедливость, повел себя тогда точно так же, как большинство советских людей, – не удерживал своих двух сыновей, позволил им уйти на фронт (кстати, так поступили и некоторые из его «ближнего круга», например, Анастас Микоян, Никита Хрущев, – что делает им честь).

Но и многие миллионы других советских людей – в меру своих (наверное, более скромных) сил и способностей каждого – отдали все, что могли, а многие и жизнь, общему святому делу. Потому и говорится: победил народ. Разумеется, я не имею в виду дезертиров и тех, кто прятался в тылу за бронью, а также предателей и коллаборационистов. Их ведь тоже были миллионы. Жизнь сложна…

Да, Сталин сделал все, что мог, что было в его силах, действительно незаурядных, для нашей Победы. И это ему, несмотря на все остальное, наверное, зачтется.

Но все же, по-моему, не столько народ должен благодарить Сталина за Победу, сколько Сталин должен был благодарить народ за Победу. И за свое спасение. Сам-то он, впрочем, понимал это и даже высказался в этом духе в известной речи на приеме в Кремле в честь командующих войсками Красной армии 24 мая 1945 года.

0

2

http://s43.radikal.ru/i101/1005/c2/64dd0c34a557.jpg
Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин) во время учебы в Тифлисской духовной семинарии. Был исключен за революционную деятельность в 1899 году.
http://s45.radikal.ru/i107/1005/92/75a45cbabfe7.jpg
Иосиф Виссарионович Джугашвили (Сталин). Снимок сделан в Батумском областном жандармском управлении в 1902 году. Начиная с 1902 года по 1913 год Сталин шесть раз подвергался арестам и высылкам, четыре раза бежал.
http://i033.radikal.ru/1005/a0/4d6f0a3664e2.jpg
Лидеры антигитлеровской коалиции: председатель ГКО, Генеральный секретарь ЦК ВКП(б), председатель СНК СССР Иосиф Сталин, президент США Франклин Рузвельт, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль во время Ялтинской (Крымской) конференции руководителей трех союзных во II мировой войне держав.
http://i033.radikal.ru/1005/78/1b6c9a83b570.jpg
Сталин и таджикская девочка Мамлакат Нахангова, отличившаяся на сборе урожая хлопка.
http://s57.radikal.ru/i156/1005/f6/cd731ac56893.jpg
Иосиф Сталин и Климент Ворошилов (слева) беседуют с летчиками и парашютистами на аэродроме в Тушино.
http://s57.radikal.ru/i155/1005/94/e01403607544.jpg
Иосиф Сталин и Климент Ворошилов в национальных костюмах, подаренных им делегатами - участниками совещания передовых колхозников Туркмении и Таджикистана.
http://s005.radikal.ru/i210/1005/61/008d22ebeb06.jpg
Иосиф Виссарионович Сталин с детьми Светланой и Василием.

0

3

http://i026.radikal.ru/1005/61/40907c450f2f.jpg
Иосиф Сталин и Анастас Микоян на отдыхе. Канцлер Германии Конрад Адэнауэр так отзывался о Микояне: "Он великий дипломат, одновременно наилучший экономист, с которым человек может сидеть за столом и обмениваться мнениями. Очень остроумен и часто говорит с шутками".
http://s43.radikal.ru/i099/1005/4f/831b7cc23889.jpg
Иосиф Виссарионович Сталин и Сергей Миронович Киров. Последний погиб 1 декабря 1934 года при невыясненных обстоятельствах. Существует немало объяснений этого убийства: от белогвардейского теракта до сталинского приказа уничтожить опасного политического соперника.
http://s40.radikal.ru/i090/1005/fc/735b6a9c2708.jpg
Иосиф Сталин, Сергей Киров и дочь Сталина Светлана.
http://s49.radikal.ru/i126/1005/93/cb948d1b8e73.jpg
Иосиф Сталин и Феликс Дзержинский на отдыхе. Сталин говорил о Феликсе Эдмундовиче: "Он не был человеком, который мог бы оставаться пассивным в чем-либо. Это был очень активный троцкист, и все ГПУ он хотел поднять на защиту Троцкого. Это ему не удалось".
http://i076.radikal.ru/1005/55/f96995f5ec82.jpg
Владимир Ильич Ленин и Иосиф Сталин в Горках.
http://s50.radikal.ru/i130/1005/df/408164a18c67.jpg
Сталин играет в городки. Начало 1920-х годов.
http://s50.radikal.ru/i129/1005/7b/567a7441313d.jpg
Ленин в конце концов пересмотрел назначение Сталина на пост Генерального секретаря, и в добавлении к "Письму к съезду" от 4 января 1923 года указал: "Сталин слишком груб... Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о взаимоотношении Сталина и Троцкого, это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение".

0

4

Насколько ненавидима эта личность можно посмотреть на примере подобных статей - польский автор с желчью и ненавистью пишет статью, полную лживых фактов:

Иосиф Сталин ("Salon24", Польша)
Сталин, вероятно, был убит

Блог Michal St. de Zieleskiewicz

Сто тридцать лет тому назад 18 декабря (6 декабря по старому стилю) в грузинском городе Гори родился один из величайших убийц в мире Сталин, настоящая фамилия - Иосиф Виссарионович Джугашвили. Сравнить его можно только с Адольфом Гитлером.

Он происходил из очень бедной семьи, был сыном прачки и уборщицы Екатерины (Кетеван), урожденной Геладзе, работавшей в доме графа, обрусевшего поляка Николая Михайловича Пржевальского, польского или русского исследователя степных лошадей, географа. Сталин, скорее всего, был сыном графа Пржевальского.

Эту информацию передал Владиславу Гомулке и политбюро ПОРП Никита Хрущев во время своего пребывания в Варшаве в 1956 году.

'Отец' Сталина Безо Виссарионович был бедным сапожником.

Сталин закончил 4 или 5 классов семинарии в Тифлисе (Тбилиси). Сапожнику было не по карману оплачивать учение сына.

С конца XIX века он принадлежал к российской социал-демократии. В начале XX века действовал в большевистской партии, где занимался разбоями, добыванием денег для революционной деятельности. В 1912 году стал членом центрального комитета партии большевиков.

Во время гражданской войны командовал несколькими фронтами большевистских войск.

В апреле 1922 года, после смерти Ленина, он становится генеральным секретарем партии большевиков. После смерти Ленина стал диктатором большевистской России. Отодвинул от власти Л.Д. Троцкого, еврея, настоящая фамилия - Лейба Бронштейн. Затем - Г. Зиновьева и Л.Б Каменева, настоящая фамилия Лев Розенфельд, при помощи группы Н.И.Бухарина.

В 1929-1935 годах руководил так называемой коллективизацией сельского хозяйства. В результате этой коллективизации убито около двух десятков миллионов людей, умерло от голода несколько миллионов.

В октябре 1934 года приказал убить Сергея М. Кирова, настоящие имя/фамилия Сергей Костриков. Во время голосования по вопросу состава ЦК он получил больше голосов, чем Сталин. В том же году Сталин начал чистку в партийном аппарате. В генералитете.

В 1939 году предложил Германии IV раздел Польши. Пакт Молотова-Риббентропа.

21 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на Россию, упредив действия Сталина. Союзники пришли на помощь России. Американцы и англичане. Давали технику задаром. Когда российская армия разбила немцев под Сталинградом, англичанам и американцам пришлось считаться с Советами.

Очередные встречи Большой Тройки привели к разделу Европы. Центральную Европу получили Советы. Американцам и англичанам досталось немного Германии.

Вследствие нового порядка, установленного Сталиным, многие государства утратили независимость. Литва, Латвия, Эстония, Польша и другие, так называемые страны народной демократии стали государствами, подчиненными Советам.

В Польше, управляемой Сталиным при помощи польских (?) коммунистов погибло около 2 миллионов людей. Еще 5 миллионов - в Украинской и Белорусской республиках.

Сталин, вероятно, был убит.

* * * * *

Коммунистические преступления

7 декабря минула девяносто первая годовщина создания самой преступной организации в истории человечества - ЧК. Всероссийская Чрезвычайная Комиссия по Борьбе с Контрреволюцией и Саботажем, ЧК, ВЧК.

В августе 1918 года ей изменили название и расширили ее компетенции и прерогативы - Всероссийская Чрезвычайная Комиссия по Борьбе с Контрреволюцией, Спекуляцией и Должностными Преступлениями. Эта самая преступная в истории человечества организация была создана на основании секретного декрета Совнаркома, Совета Народных Комиссаров. Решение о создании политической полиции принял Владимир Ленин, наполовину русский, на четверть немец, на четверть еврей.

Октябрьская революция удалась, потому что частично была профинансирована немецкими средствами, еврейскими и Коминтерновскими. Остальные деньги дал международный капитал. Деньги получил Ленин. Я не знаю, при каких обстоятельствах. Немцы не дают нам доступа к данным. ЧК возникла в условиях абсолютной секретности. Было сфальсифицировано Постановление Совнаркома. Текст Постановления был опубликован только после смерти Сталина, в 1958 году, см. Ричард Пайпс, 'Россия. Коммунизм. Мир'.

Член высшего руководства ЧК, латыш Мартин Лацис написал в журнале 'Красный террор' от 1 ноября 1918 года руководство для членов красного террора, ЧК: 'Во время следствия не ищи доказательств, что обвиняемый словами или действиями выступал против советской власти . первый вопрос, который ты должен себе задать, это: к какому классу принадлежит обвиняемый? Каково его происхождение? Каково его образование или профессия? Ответы на эти вопросы должны определить судьбу обвиняемого. В этом - значение и суть Красного Террора'.

Следует придерживаться принципа коллективной ответственности по отношению к чиновникам, буржуазии, офицерам.

Уже через три года в ЧК было около тридцати тысяч функционеров. Операции ЧК проводились с такой жестокостью и бесчеловечностью, каких не в состоянии понять цивилизованный разум. Палачи-чекисты из Воронежа помещали пытаемых в специально приготовленные бочки, в которые были вбиты гвозди остриями внутрь; затем эти бочки несколько минут катили, калеча, таким образом, жертву.

Наведение внутреннего порядка часто сопровождалось бессмысленными, поражающими жестокостями со стороны ВЧК.

См. Сидней Рейли, который находился в России во время Революции. Британский агент Intelligence Service.

Сидней Рейли: 'Компетенции ЧК были не ограничены, она не только исполняла роль политической полиции, но также была и судом, и палачом. ВЧК производила выселения и конфискацию имущества, расследовала уголовные преступления, боролась со спекуляцией, исполняла функции цензоры прессы и издательств, занималась непосредственной охраной правительства и партии'.

24 февраля 1918 года были организованы так называемые тройки, которые исполняли роль контрреволюционных трибуналов, через четыре месяца была восстановлена смертная казнь, чего требовал Ленин (смертная казнь в России была отменена после Февральской революции). Первые казни были совершены в Петрограде (Санкт-Петербурге) в тамошней Петропавловской крепости. В годы существования ЧК подобных казней было осуществлено не менее 500 тысяч. Началась организация первых лагерей, которые были разделены на трудовые и концлагеря.

Во главе ЧК встал человек неизвестного происхождения. Большевистская пропаганда утверждала, что он был польским шляхтичем по имени Феликс Эдмундович Дзержинский.

Когда я был в Одессе, мне рассказывала бывшая полька, доктор В.В., в ту пору украинка В.К., что Феликс Дзержинский был евреем по имени Руффин Иосифович (?), или Руфин. В качестве доказательства она приводила то, что он каждый раз упоминал другой семейный герб. Один раз 'Самсон', в другой раз - 'Сулима'. В.В. защитила докторскую диссертацию по философии в Польше и в Польше получила высшее образование. Я видел и читал книги советских историков, которые утверждали, что он был евреем. Профессор Норман Дэвис написал о нем, что с его, Дзержинского, жестокостью не мог Максимилиан Мари Исидор Робеспьер.

В совершенно секретное руководство этой преступной организации входили: латыши Яков Петерс и Мартин Лацис, поляк Станислав Мессинг, русские Юрий Ксенофонтов и Михаил Кедров, польский еврей Юзеф Уншлихт.

Всероссийская Чрезвычайная Комиссия по Борьбе с Контрреволюцией закончила свою деятельность под этим названием в феврале 1922 года. До сих пор мы не знаем точно, сколько за это время ЧК уничтожила русских, поляков, украинцев. Приблизительно можно сказать, что за 5 лет было убито около 5 миллионов человек.

0

5

Секреты жизни и смерти Сталина ("Le Nouvel Observateur", Франция)
Призрак ужасного грузина до сих пор не дает покоя русской душе

В июне 1956 года ' New York Times' первой на Западе опубликовала известный доклад Хрущева о преступлениях сталинского режима. Потрясение было огромным. С тех пор прошло пятьдесят лет, но стало ли нам больше известно о красном тиране? О том, что им двигало? О великом терроре? О его личной жизни? Саймон Монтефиоре (Simon Montefiore) рассказывает о новых фактах, ставших известными благодаря недавно рассекреченным московским архивам, а также рассказам родственников советского диктатора.

- Недавно рассекреченные архивные документы являют нам настоящего Сталина, который сильно отличается от того, каким мы себе его представляли в течение десятилетий. . .

- Сталин был одной из самых загадочных фигур XX-го века. О нем ходило множество легенд и слухов. Но их было сложно проверить из-за отсутствия документов, рассказывающих о его личной жизни, карьере, методах работы. Наконец-то мы получили доступ к этим архивам. И теперь мы можем воссоздать истинный портрет красного тирана и раскрыть множество тайн его правления, одного из самых кровавых в мировой истории.

- Первое неожиданное открытие: Сталин был образованным человеком. . .

- Миф о бюрократе, провинциале и невеже Сталине создан Троцким. И опять же из-за недостатка информации, историки повторяли эту чушь. Стоит отметить, что и сам Сталин хотел, чтобы его считали человеком от сохи и из народа. Это помогало ему в его борьбе с 'интеллектуалами' в рядах Коммунистической партии. Теперь же мы знаем, что его библиотека насчитывала 20 000 томов, и он каждый день много часов проводил за книгами. Он делал пометки на полях и вел каталог книг. Его вкусы были эклектичными: Мопассан, Уайльд, Гоголь, Гете, а также Золя, которого он обожал. Ему нравилась поэзия. В юности он писал стихи на своем родном грузинском языке, некоторые были излишне сентиментальными, но были среди них и действительно хорошие. Сталин был эрудированным человеком. Он цитировал длинные куски из Библии, трудов Бисмарка, произведений Чехова. Он восхищался Достоевским, считал его замечательным психологом, что, правда, не помешало Сталину запретить его книги под тем предлогом, что они дурно влияют на молодежь.

- Он стал образованным человеком благодаря учебе в семинарии?

- В основном, да. Он учился в духовной православной семинарии в Тифлисе, пока ему не исполнилось двадцать лет. Семинарии давали глубокие знания, чем могли похвастаться немногие учебные заведения конца XIX-го века. Сталин был чрезвычайно одаренным учеником. Его мать страстно желала, чтобы он стал священником, и он мог бы им стать, если бы на последнем году учебы не бросил семинарию и не ушел в подполье. Сегодня мы знаем, что он получал высокие оценки по всем предметам: математике, богословию, греческому языку, русскому. . . Говоря иными словами, этот сын сапожника и прачки, имел выдающиеся интеллектуальные способности, например, он мог читать Платона в оригинале. Когда Сталин пришел к власти, он всегда сам и почти набело писал свои речи, статьи и дипломатические депеши. Его стиль отличался четкостью и, зачастую, утонченностью.

- Что не помешало ему сажать в тюрьму или казнить тех писателей, которые обличали его режим. . .

- Совершенно верно. Сталин был одновременно и интеллектуалом, и фанатичным большевиком, настоящим мясником.

- Поговаривали о том, что корнями его жестокость уходит в детские годы. Каково Ваше мнение?

- Действительно, в детстве Сталина, как и Гитлера, частенько поколачивал его отец-пьяница. Мать его обожала, но тоже била. Вырос он в Гори, грузинском городке, который на Кавказе слыл столицей преступного мира. Сталин, или, вернее, 'Коба', такой была его первая подпольная кличка, начинал свою карьеру революционера с ограбления банков для финансирования партии. Слухи об этом ходили многие годы. Теперь я располагаю свидетельствами того, что Сталин действительно возглавлял вооруженные ограбления на Кавказе. К тому же он был свидетелем ужасных армянских погромов в Баку в 1895 году. Но является ли все вышеизложенное достаточным для оправдания жестокости отца народов? Безусловно, нет.

- Был ли он сумасшедшим, как утверждали многие?

- Сложный вопрос. Из-за своего революционного прошлого, где обычным делом считались предательство и манипуляция людьми, он всю свою жизнь видел повсюду заговоры. Но было ли его острое параноидальное состояние действительно патологическим заболеванием? В архивах я не нашел ни одного документа, который позволил бы ответить на этот вопрос утвердительно.

- Зато Сталин был настоящим ипохондриком. . .

- Да. В письмах родственникам и друзьям, он часто упоминал о болезнях, и своих, и других людей. В этих личных посланиях постоянно говорится о ревматизме, сердечных болях, ларингитах (которыми он страдал всю жизнь). Но с приближением старости, он отказывался признавать, что его физические силы на исходе. Сталин даже уволил своего личного врача, Виноградова, когда тот посоветовал ему уйти на покой.

- Несмотря на это, разве он не любил радости жизни?

- Еще как! В 1920-е и 1930-е годы он охотился на куропаток, рыбачил, занимался греблей вместе со своими товарищами из Политбюро. Он играл в бильярд. По вечерам пил слишком много грузинского вина. Он очень любил музыку, оперу, грузинские песни. Когда он не пел сам, то без конца крутил один и тот же отрывок из Концерта для фортепьяно N23 Моцарта. Он обожал кино. Он распорядился, чтобы на всех его дачах были оборудованы проекционные залы. Он был главным цензором советского кинематографа. Сталин был первым зрителем всех фильмов, до того, как они поступали в прокат. Размеры его фильмотеки впечатляют. После войны он забрал себе коллекцию фильмов еще одного поклонника кино - Йозефа Геббельса. Сталин, который очень быстро понял всю силу этих 'живых картин', лично контролировал работу московского Голливуда. Он надзирал за работой режиссеров и сценаристов. Из архивов я узнал, что он был автором некоторых песен из фильмов!

- Кстати, какие фильмы ему нравились?

- Его самым любимым фильмом была музыкальная комедия 'Волга-Волга' режиссера Александрова. Ему нравился фильм 'Александр Невский', который он сам заказал Эйзенштейну, чтобы поднять патриотический дух народа пред лицом угрозы фашизма. Он обожал вестерны и американские детективы. Он был горячим поклонником Спенсера Трейси (Spencer Tracy) и Кларка Гейбла (Clark Gable).

- Сталин запрещал снимать откровенные сцены. Он был пуританином?

- Он хотел, чтобы его таковым считали. Он всегда окружал завесой тайны свою личную жизнь. Без сомнения, чтобы не разрушать миф о своей личности. Теперь нам многое стало известно. Он не был монахом, хотя и ругал свою дочь за слишком вызывающие наряды. Я видел 'пламенные' письма, которые он писал в 1920-х годах своей второй жене Наде. У Сталина в течение всей его долгой жизни было множество любовниц. В сибирской ссылке он в течение долгого времени жил с одной крестьянкой, от которой у него был незаконный ребенок. Позже он был любовником своей своячницы. В старости его 'утешала' его экономка, немногословная обладательница пышных форм Валентина.

- И, тем не менее, он не доверял женщинам. Почему?

- Без сомнения из-за матери, которая обладала собственническим характером. А также потому, что его вторая жена Надя, покончила с собой в Кремле в 1932 году. Это самоубийство произвело на него такое сильное впечатление, что его друзья в течение нескольких недель опасались, что он тоже наложит на себя руки. Придя в себя, Сталин постоянно говорил, что самоубийство Нади было предательством, что она сделала это, чтобы навредить ему. Еще одна причина для недоверия: когда Сталин был еще начинающим революционером, у него завязалась интрижка с товарищем по партии, которая оказалась агентом царской охранки.

- Его самого долгое время обвиняли в том, что он был агентом этой самой охранки. . .

- Да, но эти обвинения голословны. Во всяком случае я не нашел ни одного серьезного подтверждения этому.

- Когда Сталин не смотрел фильмы, не развлекался с женщинами, не рыбачил, он терроризировал свой народ. С ним не может сравниться ни один из тиранов прошлого. В архивах можно найти свидетельства тому, что он лично руководил репрессиями 1930-х годов. . .

- Да, нет никаких сомнений, что именно он являлся главным 'распорядителем' террора. 'Ассенизаторы' действовали по его прямому указанию. Сталин ежедневно следил за их черной работой. Ни одна мелочь не ускользала от его внимания. Он собственноручно, например, писал обвинительные речи для громких судебных процессов. Теперь мы знаем, что печально известный прокурор Вышинский писал свои выступления под его диктовку и был всего лишь рупором вождя. Мы нашли сотни записок, сделанных рукой Сталина, в которых он требовал от чекистов убивать все больше и больше. Во время великого террора 1937-1938-х годов Сталину представляли на рассмотрение 'альбомы', иначе говоря, списки потенциальных жертв, где кроме фамилий были также и фотографии. Сталин лично решал судьбу каждого. Этих альбомов, содержащих 44 000 имен, было 383! Он просмотрел их все. Приговор он выносил красным карандашом. Напротив некоторых имен писал: 'Бейте еще'. Внизу многочисленных страниц стояло: 'Всех расстрелять'. В некоторые дни Сталин приговаривал к казни более 3 000 так называемых врагов народа!

- Почему для него было так важно добиться от жертв 'признания' своей вины?

- В первую очередь необходимо было предоставить народу 'доказательства' существования многочисленных антисоветских заговоров. И сказать, что царящая в стране бесхозяйственность - следствие деятельности так называемых саботажников, а вовсе не коммунистического режима. К тому же этому бывшему семинаристу не был чужд определенный религиозный фанатизм. Его указания палачам из НКВД составлены языком инквизиции. 'Вздерните их на дыбу, - писал он, - и не опускайте, пока они не сознаются'. Он также в частном разговоре сказал, что необходимо уничтожить даже тех, кто только лишь подумал о заговоре. Кроме того, Сталину нравилось унижение, которому подвергались его жертвы. Известно, что он с большим удовольствием слушал рассказы о мольбах своих бывших друзей, приговоренных им к смерти. Бог свидетель, их было не мало.

- Сталин также подписывал кошмарные разнарядки. О чем именно идет речь?

- Начиная с июля 1937 года, конвейер убийств работал в бешеном темпе. Ведь нужно было уничтожить всех врагов Сталина, реальных или вымышленных, бывших, настоящих и будущих! Судили уже не по одиночке, а группами и социальными классами. Глава НКВД Николай Ежов представлял Сталину на рассмотрение разнарядки на расстрелы или ссылки в ГУЛАГ для каждой области, для каждого города. Отец народов определял некую статистическую величину, на которую следовало опираться при массовых 'зачистках', его не волновали фамилии жертв. На местах, в районах шло соревнование, кто первый перевыполнит этот кровавый план. И каждый раз, когда местный энкаведешник выполнял разнарядку, он просил разрешение на сверхплановую резню, и каждый раз Сталин ликовал и разрешал.

- Сколько жизней унес сталинский режим?

- Точно сказать невозможно. 'Чистки' происходили при полном хаосе, в безумной спешке! Поэтому мы можем назвать весьма приблизительную цифру. Мы считаем, что лишь за самые страшные годы, с 1937 по 1938, НКВД было арестовано полтора миллиона человек. Половина из них была казнена на месте, 500 000 скорее всего погибли в лагерях.

- И этим список сталинских жертв не исчерпывается. . .

- Конечно же, нет. В начале 1930-х годов тоже проводились чистки. Был Голодомор на Украине, и менее известный голод в Казахстане и на юге России. Специалисты считают, что всего на совести сталинского режима от 5 до 20 миллионов жизней. К ним следует добавить сотни тысяч солдат, убитых в течение первых недель после нападения немцев на СССР летом 1941 года.

- Почему Вы так считаете?

- Потому что они погибли из-за невероятной упертости Сталина! Хозяин Кремля не пожелал прислушаться к голосам тех, кто неоднократно предупреждал его, что Гитлер начнет войну, и умоляли привести Красную Армию в состояние боевой готовности.

- Наверное, Сталин считал, что его новый союзник Гитлер никогда не нарушит пакт, заключенный ими двумя годами ранее? Бытовало мнение, что его просто обвели вокруг пальца.

- Нет, он просто ошибся в расчетах. Из документов ясно следует, что он знал о неизбежности войны с нацисткой Германией. Но он был уверен, что Гитлер не нападет, пока Вермахт не сокрушит Англию. Кроме того, он был убежден, что Гитлер не повторит ошибку Наполеона: не начнет вторжение во второй половине года, ведь холода могли 'заморозить' военную кампанию задолго до ее победного завершения. Сталин считал, что Гитлер начнет войну весной 1942 года. На бумаге расчеты Сталина были верны: вторжение Германии в июне 1941-го было чистейшим безумием. Но Гитлер был игрок. А Сталин, который сам отличался крайней осторожностью в международных отношениях, не разглядел этой черты характера фюрера.

- А ведь разведслужбы ему сообщили точную дату и даже час вторжения, причем заблаговременно. . .

- Это правда. Его все предупреждали, даже Черчилль. Но он свято верил в свои расчеты и не хотел ничего слышать. Он был одержим лишь одной целью: не дать нацистам ни малейшего повода для нападения. Поэтому он и отказывался привести войска в боевую готовность, даже после того, как первые немецкие самолеты провели рекогносцировочные полеты над территорией СССР. За неделю до вторжения, советский агент, успешно внедренный в генштаб Люфтваффе, еще раз подтвердил планы Гитлера. В ответ Сталин нацарапал на клочке бумаги: 'Скажите Вашему источнику, пусть катится ко всем чертям! Это - дезинформатор'. В день вторжения, 22 июня 1941 года, он все еще не верил в реальность происходящего. Он говорил: 'Это - заговор немецкого генштаба. Когда Гитлер о нем узнает, он положит этому конец'. И отказался контратаковать.

- Правда ли, что он исчез на две недели сразу после вторжения?

- Нет, это выдумал Никита Хрущев в своем докладе на XX-м съезде КПСС. На самом деле Сталин продолжал руководить, пока немцы не взяли Минск. Теперь мы можем изучить его расписание, из которого следует, что он был в Кремле и проводил совещания с военачальниками. И лишь 29 июня он уехал на свою дачу, где в течение двух дней находился в полной прострации. Когда члены политбюро приехали к нему, чтобы узнать, каковы его дальнейшие планы, Сталин решил, что они явились его арестовывать.

- Вы не сомневаетесь, что генералиссимус Сталин был слабым стратегом. . .

- В начале войны - безусловно. Он принимал некомпетентные решения. Имя им легион. Самое вопиющее из них: в сентябре 1941 года, когда все генералы умоляли его вывести войска из-под Киева, он позволил нацистам взять в 'мешок' и перебить военную группировку из пяти армий. Лишь к концу войны Сталин стал военным стратегом и смог привести свою страну к победе. Но какой ценой!

- После войны он начал антисемитскую кампанию. Некоторые современные историки утверждают, что он собирался депортировать всех советских евреев. Это правда?

- Известно, что он сам написал известную статью, опубликованную в 'Правде', которая раскрывала заговор еврейских врачей, собиравшихся убить все руководство Советского Союза. Эта статья должна была положить начало новой волне чисток, которая произошла бы, не умри Сталин тремя месяцами позже. Хотел ли он депортировать сотни тысяч евреев? Некоторые факты указывают на это. Например, он велел в срочном порядке построить два новых лагеря в Сибири. Но ничего доподлинно не известно. В любом случае, его смерть положила конец всей подготовительной работе.

- Считаете ли Вы, как и многие, что он умер не своей смертью?

- Невозможно утверждать наверняка. В этом деле, правда, тоже много странностей. Во-первых, известно, что существовало заключение патологоанатома, и что оно исчезло. Почему? Загадка. В день похорон Сталина Берия сказал: 'Я его убрал'. Велел ли он отравить Сталина? Или просто бахвалился? Наверное, мы никогда не узнаем ответ на этот вопрос.

- Что осталось от сталинизма в России сегодняшней?

- Многие русские забыли о страданиях, которые Сталин причинил их народу. Судя по всему, из тех времен в их памяти осталась только победа над фашизмом и то, что их страна играла на международной арене значительную роль. К тому же, не было суда, на котором были бы осуждены преступления Сталина, не было Нюрнбергского процесса над коммунизмом, и покаяния тоже не было. Вот почему призрак ужасного грузина до сих пор не дает покоя русской душе.

Английский историк Саймон Сибег Монтефиоре (Simon Sebag Montefiore) является одним из лучших специалистов по сталинским архивным документам. Его книга 'Сталин, двор красного царя' была переведена на двадцать языков и получила премию British Book Awards как лучшее историческое произведение. В настоящее время он работает над книгой о молодых годах Сталина.

0

6

Сталин, его отец и Кролик ("New Statesman", Великобритания)

Мы никогда не узнаем, кто был настоящим отцом Сталина. Имена отцов великих людей - это зачастую тайна, покрытая мраком. В случае Сталина даже звучало предположение, что его настоящим отцом был император Александр III. Еще одним кандидатом значился российский аристократ, путешественник и натуралист, подозреваемый в гомосексуальных наклонностях [имеется в виду Н. Пржевальский -прим. пер.]. Ни одна из этих кандидатур не является убедительной, но Сталин - во всех отношениях человек, который сделал себя сам - любил порой намекнуть, что тот, кто считался его отцом, не был таковым. Однако в его родном грузинском городе Гори жили, как минимум, четыре человека, которых на довольно веских основаниях можно считать его отцом (включая официального родителя), но лишь Коба Эгнаташвили был в его жизни своего рода приемным отцом.

До сих пор его история так и не была рассказана полностью. У нас не было его фотографий, а в большинстве биографий просто повторялись выдумки других историков, гоняющихся за сенсациями. Однако правда еще более причудлива, поскольку вплоть до сороковых годов Сталин никому так не доверял в своем окружении, как членам этой семьи. Действительно, его предполагаемый единоутробный брат стал дегустатором НКВД по кличке 'Кролик'. Эта связь тем более удивительна, что у Кролика работал молодой повар, ставший дедом еще одного офицера тайной полиции: Владимира Путина.

Иосиф ('Сосо') Джугашвили, взявший позже псевдоним Сталин, родился 6 декабря 1878 г. (а не 21 декабря 1879 г., как утверждает официальная биография) в семье сапожника Бесо Джугашвили и его молодой волевой жены Кэкэ. Вскоре Бесо стал алкоголиком, избивавшим жену и ребенка. Его мучили распространявшиеся по городу слухи о том, что не он настоящий отец Сталина. Кэкэ считала, что Сталин непременно должен пойти учиться в семинарию и в будущем стать епископом. Бесо, который на протяжении всей своей карьеры получал поддержку со стороны местного героя по имени Коба Эгнаташвили, легендарного чемпиона по борьбе, богатого купца, винодела и владельца популярной таверны, хотел, чтобы он стал сапожником. И теперь у нас есть фотография этого мужественного грузина, которому было суждено сыграть такую важную роль в жизни Сталина.

Когда пьяница Бесо, прозванный в городе 'безумным', окончательно превратился в обузу, Коба Эгнаташвили помог Кэкэ. Ей он нашел работу, Сталина не оставил без куска хлеба, и помог ему оплатить учебу в церковно-приходской приходской школе, а позже - в тифлисской семинарии.

Но он был не единственным местным влиятельным человеком, помогавшим молодому Сталину. Кэкэ также помогали священник отец Чарквиани и начальник полиции Дамиан Давришеви. Их обоих тоже считали любовниками Кэкэ. Да и сам Сталин, окружавший свое происхождение завесой тайны, чтобы приукрасить мифологию себя как великого человека, несколько раз заявлял в разговорах с разными людьми, что он сын священника. Позже сын начальника полиции утверждал, что именно его отец был настоящим отцом Сталина. Но Сталин также намекал в разговорах, что им был Коба Эгнаташвили. Сталин безусловно почитал богатого чемпиона по борьбе, ведь и через 70 лет он вспоминал о нем. Став революционером, он сделал Кобе большой комплимент, взяв себе в качестве псевдонима его имя.

Разумеется, мы никогда не узнаем, кто был биологическим отцом Сталина. В своей книге 'Молодой Сталин' я принимаю официальную версию по той простой причине, что нет убедительных доказательств в пользу других. Однако если к кому-то Сталин испытывал сыновние чувства, то, скорее всего, этим человеком был именно Коба Эгнаташвили. Если безумный Бесо бил и терроризировал Сталина и несколько раз тайно забирал его из школы, чтобы учить сапожному делу, то Коба его защищал, снабжал деньгами и помогал во многом другом. Возможно, он не был настоящим отцом Сталина, но относился к нему по-отцовски.

За годы своей необычной карьеры Сталин побывал организатором терактов, главарем банды, поэтом, пиратом, грабителем банков, марксистом-фанатиком и партийным организатором. Покинув Гори, чтобы стать революционером, Сталин поддерживал контакты с семьей Эгнаташвили. Это было несколько неожиданно, ведь Эгнаташвили были преуспевающими капиталистами. Два сына Кобы - Саша и Вано - получили престижное образование в московской гимназии. Даже после большевистской (октябрьской) революции семья процветала. В годы НЭПа, который стал экономическим компромиссом Ленина с капитализмом, они стали удачливыми предпринимателями, владельцами сети закусочных и ресторанов в Баку и Тифлисе. Старый Коба умер в тридцатые годы (ему было за восемьдесят), но в 1928 г. Сталин совершил 'большой поворот' влево, свернув ленинскую 'новую экономическую политику' и инициировав жестокую кампанию по коллективизации села для форсирования индустриализации.

Десять миллионов ни в чем не повинных людей были расстреляны или умерли от голода. Братья Эгнаташвили лишились своего бизнеса и были арестованы. Но Васо сумел убедить местных чиновников в том, что ему нужно поговорить в Москве со Сталиным, и направился в столицу (брат в это время продолжал сидеть в тюрьме). Благодаря посредничеству галантного грузина Авеля Енукидзе, большого ценителя женской красоты и высокопоставленного партийного деятеля, Васо был принят Сталиным, который немедленно распорядился освободить обоих братьев и направить их в Москву.

Хотя ни один из братьев не был ни социалистом, ни, тем более, большевиком, Сталин стремился окружить себя людьми, которым можно было доверять. Кроме того, он вырос вместе с молодыми Эгнаташвили и любил их отца. Удивительно, но Сашу он сделал офицером тайной полиции, которая в 1934 г. превратилась во вселявший ужас НКВД, а Васо стал его глазами и ушами на родине, в Грузии, сначала в качестве редактора газеты, а потом - секретаря центрального исполнительного комитета компартии. Тогда Кавказом правил быстро возвышавшийся молодой соратник Сталина Лаврентий Берия, но Сталин хотел сохранить на юге собственный источник информации. Васо всегда имел прямой доступ к Сталину, что страшно раздражало Берию. И вскоре все в НКВД знали (и шептались) о том, что братья Эгнаташвили были не просто грузинскими фаворитами, но и братьями Сталина по отцу.

А Саша - добродушный, симпатичный атлет и чемпион по борьбе, как и его отец Коба - стал влиятельным сановником при дворе красного царя. Он пользовался особым положением, потому что, будучи офицером НКВД, служил в комендатуре Кремля. Формально находясь в структуре тайной полиции, Народного комиссариата внутренних дел, она была под отдельным командованием, поскольку Сталин с особым трепетом относился к вопросам собственной безопасности.

Запустив в 1936 г. машину Большого террора, Сталин стал еще более чувствителен к вопросам безопасности. Поэтому Саша был назначен ответственным за качество продовольствия и сталинские дачи. Так успешный ресторатор Саша стал распорядителем пиров и управляющим имением диктатора.

В ряде популярных книг об истории тайной полиции я читал, что Саша Эгнаташвили получил прозвище 'Кролик', потому что он был личным дегустатором Сталина. Это одна из тех историй, которые я, в силу их экстравагантности, считал досужим вымыслом, однако она оказалась правдивой. Саша и впрямь стал очень важным царедворцем. Он всегда был рядом со Сталиным, где бы тот ни находился. Кролик всегда отвечал и за большие банкеты в Кремле, которые давались в честь иностранных гостей - например, Риббентропа в 1939 г. или Черчилля в 1942 г. - и частные обеды на сталинских дачах для членов политбюро. Он и сам участвовал в обедах в узком кругу.

В подчинении Кролика на одной из сталинских дач был опытный и проверенный повар, который в свое время обслуживал Распутина и Ленина, а теперь - и Сталина. Это был дед президента Владимира Путина. Учитывая то, что он готовил для Распутина, Ленина и Сталина, нужно признать, что в современную эпоху ни один другой повар не обладал таким всемирно-историческим значением. Баллотируясь в 2000 г. в президенты, Путин с гордостью рассказал об этом факте из истории своей семьи, но отметил, что его дед, оставаясь верным чекистом до последнего, не раскрыл ни одной тайны своей выдающейся карьеры.

Однако Берия, ставший к тому времени неутомимым и невероятно компетентным главой сталинского НКВД, суперменеджером и важным членом политбюро, ненавидел клан Эгнаташвили, потому что тот находился в более тесных отношениях со Сталиным, чем он сам, и потому что они были грузинам, независимыми от него.

И он вознамерился их уничтожить.

Смертоносная игра Сталина

Между тем, смертоносная игра на византийском дворе Сталина затронула даже Сашу Эгнаташвили, дегустатора и великолепного распорядителя, независимо от того, был он единоутробным братом Сталина или нет.

Накануне Второй мировой войны Сталин, чья жена Надежда Аллилуева покончила жизнь самоубийством в 1932 г., начал испытывать подозрительность в отношении жен своих соратников. Молодые красавицы - жены его личного секретаря Александра Поскребышева и высокопоставленного военного советника маршала Кулика - были расстреляны, но их мужья продолжали беззаветно служить Сталину. Кроме того, посадили жену президента [председателя Президиума Верховного Совета СССР] Михаила Калинина. Была арестована и расстреляна жена Саши Эгнаташвили, немка по происхождению, но Кролик продолжал дегустировать еду диктатора.

В годы войны Саша получил звание генерала, и его грудь была усыпана медалями: молодой идущий вверх член политбюро Никита Хрущев с неодобрением вспоминал в своих мемуарах о том, что Сталин сделал из своего шашлычника генерала-орденоносца. Хрущев не знал, что так называемый повар был возможным братом Сталина по отцу и доверенным офицером НКВД. Во время войны Саша сопровождал Сталина на большинство встреч на высшем уровне, и именно генерал Эгнаташвили организовал для Сталина конференцию в Ялте, где в начале 1945 г. тот встретился с Франклином Рузвельтом и Уинстоном Черчиллем.

Васо Эгнаташвили сохранил свой ключевой пост в Грузии, но Берия изыскал способ подорвать положение Саши: Сталин всю свою жизнь терпеть не мог коррупции. Живя в привилегированном мире, сам он был равнодушен к деньгам и вел жизнь аскета. Но генерал Эгнаташвили управлял огромной машиной, состоящей из дач, ферм и системы доставки, производившей огромное количество еды и вина. Большая часть этих яств пропадала, и с большой долей уверенности можно говорить о том, что начальник охраны Сталина генерал Власик и его старший товарищ Эгнаташвили если не продавали их на сторону, то вовсю пользовались имевшейся в их распоряжении роскошью, устраивая дикие оргии и, вообще, ведя распутный образ жизни.

Доказательства этого предъявлялись Сталину не менее двух раз, и он прощал Власика и Эгнаташвили, но, в конечном итоге, Власик был отстранен от должности и арестован. Сашу так и не арестовали. Берия хотел погубить обоих братьев, но Сталин их защищал. Саше поручили управлять санаториями политбюро в Крыму, где он умер своей смертью в 1948 г.

После смерти Сталина Берия, ставший на короткое время правителем Советского Союза, немедленно уволил Васо Эгнаташвили, который сидел в тюрьме, пока не был арестован сам Берия, расстрелянный три месяца спустя. Он умер в пятидесятые годы. Потомки Саши и Васо Эгнаташвили живут в Тбилиси, Москве и Соединенных Штатах. Все они так же обаятельны, как их предки. И вот теперь может быть рассказана история о Сталине, его возможном отце Кобе Эгнаташвили, его предполагаемом брате Кролике и о том, какое отношение все они имеют к президенту Путину.

Книга 'Молодой Сталин' "Young Stalin" вышла в свет в издательстве Weidenfeld & Nicolson

0

7

Был ли Сталин великим полководцем? ("Front Page Magazine", США)

Недавно Джеффри Робертс (Geoffrey Roberts), профессор истории из Университетского колледжа в городе Корк (Ирландия) опубликовал книгу 'Войны Сталина: от Второй мировой к 'холодной', 1939-1953' (Stalin's Wars: From World War to Cold War, 1939-1953), где существенно пересматривается роль Сталина в достижении победы и послевоенном мирном урегулировании. В частности, Робертс утверждает, что Сталин проявил себя как весьма эффективный и успешный лидер воюющей страны, и что он спас дело демократии во всем мире.

Мягко говоря, не все - включая специалистов по истории СССР и Второй мировой войны - разделяют точку зрения Робертса. И сегодня мы пригласили на очередной симпозиум Frontpage видных экспертов, чтобы обсудить такой вопрос: был ли Сталин великим полководцем?

Представлю наших гостей:

Джеффри Робертс, профессор истории из Университетского колледжа в городе Корк (Ирландия). Он часто публикуется в британских, ирландских, американских газетах и научно-популярных исторических журналах, выступал в роли консультанта ряда документальных телефильмов и радиопередач.

Эндрю Нагорски (Andrew Nagorski), главный редактор Newsweek International, журналист-международник, удостоенный ряда премий. Работал корреспондентом в Варшаве, Риме, Гонконге, Вашингтоне, Бонне и Берлине, дважды возглавлял корпункт Newsweek в Москве. Его новая книга 'Величайшая из всех битв: Сталин, Гитлер, и отчаянная борьба за Москву, изменившая ход Второй мировой войны' ("The Greatest Battle: Stalin, Hitler, and the Desperate Struggle for Moscow That Changed the Course of World War II") выйдет в сентябре этого года.

Дэвид Сэттер (David Satter), старший научный сотрудник Хадсоновского института (Hudson Institute), работает также в качестве приглашенного исследователя в Школе фундаментальных международных исследований им. Нитце (Nitze School of Advanced International Studies) при Университете им. Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University).

Доктор Эдуард Марк (Eduard Mark), сотрудник Исторической службы ВВС США (Вашингтон). В настоящее время пишет работу (для служебного пользования) по истории подготовки к ядерному конфликту в первое десятилетие 'холодной войны'.

Генерал-лейтенант Ион Михай Пачепа (Ion Mihai Pacepa), самый высокопоставленный из офицеров разведки стран советского блока, перебежавших на Запад. В 1989 г. президент Румынии Николае Чаушеску и его жена были казнены по приговору суда; в ходе процесса все обвинения против них слово в слово повторяли соответствующие пассажи из книги Пачепы 'Красные горизонты' (Red Horizons), опубликованной в 27 странах. Его последняя книга 'Запрограммированный для убийства: Ли Харви Освальд, советский КГБ и убийство Кеннеди' (Programmed to Kill: Lee Harvey Oswald, the Soviet KGB and the Kennedy Assassination) выйдет в свет в ноябре этого года.
____

FP: Джеффри Робертс, Эндрю Нагорски, Дэвид Сэттер, доктор Эдуард Марк и генерал-лейтенант Ион Михай Пачепа, мы рады приветствовать вас на симпозиуме Frontpage.
Джеффри Робертс, давайте начнем с вас.
Изложите, пожалуйста, главные выводы вашей новой книги, и коротко расскажите о фактических данных, которыми они подкрепляются.

Робертс: Мой главный вывод состоит в том, что в качестве лидера воюющей страны Сталин действовал весьма успешно и эффективно. Успех определяется масштабом победы, одержанной СССР над Германией, а эффективность действий Сталина - вкладом, который он внес в эту победу в качестве военного и политического руководителя страны.
В книге довольно подробно рассказывается о деятельности Сталина в годы войны, что позволяет обоснованно проанализировать и оценить эффективность его руководства. Если говорить о новых документах, то в российских архивах я в основном интересовался внешнеполитическими решениями Сталина: на этом аспекте его деятельности в военные годы мы можем остановиться по ходу дискуссии.
Оценивая роль Сталина как главнокомандующего, я опирался на гигантский массив недавно опубликованных документов из российских военных архивов, а также на традиционные источники - советские военные мемуары, и обширную научную литературу, российскую и западную, о ходе войны на Восточном фронте. На основе перечисленных источников вырисовывается такая картина: Сталин - как нам и раньше было известно - в первые месяцы войны допустил ряд катастрофических ошибок, но не потерял самообладания и сумел сохранить систему управления войсками, даже получив сильнейшие удары и оказавшись на грани поражения. Он извлек уроки из собственных просчетов, стал более компетентным главнокомандующим, и, что особенно важно, несмотря на диктаторские склонности, проявил достаточную гибкость и способность к адаптации, чтобы наладить творческое, динамичное взаимодействие со своими генералами - которые, получив необходимый опыт и ресурсы для ведения победоносной войны, действовали блестяще.
С политической точки зрения Сталин сыграл центральную роль в деле патриотической мобилизации советского народа и координировал все военные усилия страны, в том числе в экономической сфере.
Я не собираюсь отрицать, что Сталин допускал ошибки, принимал решения и использовал жестокие методы, результатом которых стала гибель миллионов людей. Таким образом, его руководство страной в ходе войны имеет как позитивные, так и отрицательные стороны.
Моя - в целом позитивная - оценка деятельности Сталина в годы войны не представляет собой чего-то из ряда вон выходящего. Именно такого мнения придерживались в те годы практически все, включая западных экспертов и участников событий, а позднее ее высказывали многие историки - не в последнюю очередь в современной России, где репутация Сталина в значительной степени восстанавливается. Кстати, одна из тем, затронутых в моей книге, связана с тем, как наше восприятие роли Сталина в качестве военного лидера искажалось, с одной стороны, полемическими аргументами Запада в годы 'холодной войны', а с другой - послевоенными кампаниями 'десталинизации' в самом СССР. В антисталинской критике было много справедливого, но немало там было и мифов, которые я в своей книге пытаюсь развеять, чтобы выработать более сбалансированную точку зрения на результаты деятельности Сталина в качестве лидера воюющей страны. Это важно не только с позиций научной истины, но и потому, что нам следует осознать всю сложность и парадоксальность этой ситуации: Сталин, несомненно, диктатор, но именно он сыграл неоценимую роль в устранении величайшей угрозы всему человечеству, и тем самым способствовал сохранению демократии в мировом масштабе.

FP: Сталин спас демократию в мировом масштабе. Смелое заявление. Эндрю Нагорски, что вы об этом думаете?

Нагорски: Я категорически не согласен с идеей о том, что доброе имя Сталина заслуживает восстановления. Или с тем, что он спас демократию во всем мире - вы правильно назвали это 'смелым заявлением'. Да, в конечном итоге СССР сыграл решающую роль в разгроме нацистской Германии, и Сталин, наряду с высшими военачальниками, например, маршалом Георгием Жуковым, может претендовать на славу архитектора советских побед. Однако, как я показываю в своей новой книге 'Величайшая из всех битв', именно из-за действий Сталина Гитлер осмелился развязать войну против Польши, и затем захватил почти всю Европу, а в 1941 г. Сталин упрямо отказывался признать, что немцы готовятся нанести удар по его собственной стране. Гигантские потери первых месяцев войны, и тот факт, что Москва оказалась на грани падения - именно этим событиям посвящена моя книга - стали прямым следствием колоссальных ошибок, допущенных Сталиным.
Организованные Сталиным массовые репрессии офицерского состава Красной Армии в 1937-1938 г., как отмечает его биограф генерал Дмитрий Волкогонов, 'предопределили неудачи 1941 г., которые обернулись миллионами новых жертв', ведь армия лишилась лучших командиров. Нежелание Сталина внять многочисленным предупреждениям его собственных разведчиков и западных держав о том, что Гитлер собирается напасть на СССР, привело к гибели и пленению огромного количества красноармейцев, захвату складов оружия, которые нельзя было располагать так близко к границе. В результате солдат часто бросали в бой с немецкими захватчиками вообще безоружными - им предписывалось подбирать винтовки погибших товарищей.
Да, немецкий блицкриг забуксовал под стенами Москвы, но это было достигнуто страшной ценой. С обеих сторон в этой величайшей битве всех времен участвовало 7 миллионов человек. Общие потери - убитыми, пленными (что на том этапе войны фактически означало смертный приговор), пропавшими без вести, серьезно ранеными - составили примерно 2,5 миллиона человек. Из них почти 2 миллиона приходится на потери советских войск.
А тот факт, что под Москвой Гитлер потерпел свое первое поражение, стал результатом его собственных просчетов, жестокости и ошибок, которые в конечном итоге превзошли по масштабам сталинские просчеты, жестокость и ошибки. Он послал свои войска в Россию без зимнего обмундирования, поскольку был уверен, что одержит победу еще до холодов. И возможно, это бы ему удалось, если бы они прислушивался к своим военачальникам - например, знаменитому генералу-танкисту Гейнцу Гудериану, который после выхода к Смоленску в июле 1941 г. предлагал продолжать наступление прямо на Москву. Однако Гитлер сначала колебался, а потом настоял на том, чтобы танковая группа Гудериана и другие мощнейшие соединения сначала захватили Украину, что они и сделали - но потеряли при этом драгоценное время. Наступление на Москву - операция 'Тайфун' - началось только 30 сентября, и дороги из-за осенних дождей быстро превратились в непролазные болота, а затем начались холода. Измученные, чересчур растянутые по фронту, страдавшие от холода немецкие войска уже не могли выполнить задачу. Кроме того, требования Гитлера немедленно развязать террор на оккупированных советских территориях развеяло иллюзии - которые поначалу существовали у местного населения и красноармейцев - о том, что сдавшись немцам, они, возможно, заживут лучше. Гитлеровский террор превзошел по жестокости террор сталинский, и это стало одной из причин, по которым сопротивление Советов усиливалось.
Пожалуй единственным случаем, когда Сталин в этот переломный момент действительно проявил лидерские качества, стало принятое им в последнюю минуту решение не эвакуироваться в Куйбышев вместе с большинством других руководителей. Хотя примерно половина москвичей бежала из города, и в столице начались беспорядки и грабежи, подрывавшие миф о единстве советского народа, Сталин остался в Кремле и 7 ноября даже провел парад на Красной площади. Однако все это было бы невозможно, если бы Гитлер прежде не позволил Сталину 'сорваться с крючка'. Главная причина, по которой в большинстве советских трудов по истории войны битва под Москвой описывается довольно кратко, связана с тем, что любое тщательное исследование этих событий высвечивает чудовищные ошибки Сталина. Именно так все и выглядит в моей книге.

FP: Доктор Эдуард Марк?

Марк: По-моему, на вопрос о том, был ли Сталин великим полководцем, простого ответа не существует. Как стратег он, на мой взгляд, сильно 'вырос' в ходе войны: к ее середине он уже не совершал ошибок вроде тех, что привели к преждевременным и катастрофическим наступлениям 1942 г. Спешу добавить, однако, что во многом этот 'рост' был связан с тем, что Сталин, пусть с запозданием, начал прислушиваться к советам военачальников, которые, как Жуков, проявили себя на поле боя. Но для этого, несомненно, тоже нужен своеобразный талант. Что же касается управленческих способностей Сталина, его роли 'организатора организаторов' промышленности и транспорта, то на всех, кому доводилось встречаться с ним в годы войны, глубочайшее впечатление производило его владение фактами и феноменальная память, позволявшие ему 'без бумажек' детально обсуждать самые сложные вопросы. Аверелл Гарриман (Averell Harriman), работавший в непосредственном контакте с Рузвельтом и Черчиллем, позднее однозначно утверждал, что в качестве 'организатора победы' Сталин превосходил их обоих. В этом отношении я в общем согласен с Джефом Робертсом. Кроме того, я считаю, что Сталин весьма умело строил отношения с западными союзниками - по крайней мере, после 1941 г. Но к этому мы несомненно вернемся позднее.
Однако этими соображениями тема не исчерпывается. На мой взгляд, если бы в 1939-41 гг. Сталин вел себя сдержаннее на международной арене, война бы не началась так скоро, и ему не пришлось бы вести ее в менее благоприятных условиях, чем те, что сложились бы несколькими годами позже. Хотя Сталин, как утверждает г-н Нагорски, пожалуй, перехитрил сам себя, заключив в 1939 г. договор с Гитлером, а не с англичанами и французами, его главной ошибкой, по-моему, стала серия провокационных акций осенью 1939 - летом 1940 г. - нападение на Финляндию, захват прибалтийских государств, и особенно аннексия Бессарабии и Буковины, в результате чего советские танковые дивизии оказались всего в 100 километрах от румынских нефтепромыслов, от которых Германия в тот момент зависела почти полностью. Ничего из этого договор, заключенный в августе 1939 г., не предусматривал, и Гитлер почувствовал, что его предали, и, хуже того, ему угрожают. Вряд ли стоит сомневаться, что в конечном итоге Гитлер в любом случае намеревался воевать с СССР, однако действия Сталина в 1939-40 гг., судя по всему, убедили его, что напасть следует именно в 1941 г., поскольку со временем СССР будет усиливаться, а Германия - почти наверняка ослабнет из-за войны на Западе и увеличивающейся американской помощи британцам. Нападение Гитлера на СССР было просчетом, но в этом решении была своя логика. А тот факт, что Сталин предпринимал действия, столь угрожающие с точки зрения Германии, а затем, в 1941 г. дал застигнуть себя врасплох, говорит о недостаточной способности правильно оценить обстановку, которую он демонстрировал до конца своих дней.

Пачепа: Считать Сталина великим стратегом - такое же заблуждение, как верить, будто Луна сделана из сыра. На самом деле военная история уже давно вынесла ему суровый приговор.
В 1939 г., когда европейские лидеры совместными усилиями пытались остановить германскую военную машину, Сталин сделал ставку на Гитлера и подписал позорный нацистско-советский пакт о разделе значительной части Европы между фашистами и коммунистами. Когда я принадлежал к высшим кругам разведывательного сообщества советского блока, мне довелось прочесть некоторые из массы разведдонесений, полученных Москвой, в которых говорилось о подготовке Германии к нападению на Советский Союз. В частности, абсолютно точные сведения и оценки поступали от Рихарда Зорге, советского разведчика, работавшего под видом немецкого журналиста, которому удалось наладить хорошие контракты в германском посольстве в Токио. В двух его радиограммах, отправленных в мае 1941 г. - я видел их лично - точно указывалось, что Гитлер решил начать войну в конце июня, и в нападении примет участие 150 дивизий. Однако Сталин предпочитал верить своему новому союзнику Гитлеру.
После войны США и их союзники осуществили беспрецедентный технологический прорыв, распахнувший двери в эпоху телевидения, автоматизации и компьютеризации. И как же поступил Сталин? Он ответил на это 'дезинформационной войной' против Запада. Мы называли ее 'холодной войной, а он - третьей мировой.
Сталин был массовым убийцей, а военных он ненавидел. Он вырос в семье нищего пьяницы-сапожника в закавказском захолустье, где люди трепетали перед императорской армией. Поэтому, встав во главе СССР, он, повинуясь естественному инстинкту, начал массовые репрессии в армии. В июне 1937 г. он ложно обвинил в шпионаже начальника Генерального штаба Красной Армии маршала Тухачевского и еще семерых высших офицеров. Они были тут же расстреляны; затем Сталин уничтожил 70 из 80 членов Военного совета [при Наркомате обороны - прим. перев.] и еще 35000 кадровых офицеров Красной Армии. После этого он назначил главнокомандующим самого себя.
В результате через четыре года у Сталина не было армии, способной противостоять гитлеровской агрессии. Это стоило жизни 10,7 миллионам советских солдат и 11,9 миллионам мирных граждан. Еще два миллиона красноармейцев были захвачены вермахтом в плен. Чтобы скрыть собственные просчеты, Сталин создал специальный орган под названием СМЕРШ (аббревиатура от 'Смерть шпионам'), чьей задачей было изображать вернувшихся домой военнопленных 'предателями', чтобы они не могли рассказать о случившейся с ними трагедии. В июне 1945 г. посол США в Москве Аверелл Гарриман, сообщал в Вашингтон: 'Посольству известен лишь один случай, когда репатриированный военнопленный вернулся домой к семье'. Позднее американцы узнают, что большинство этих людей были казнены СМЕРШ или отправлены в лагеря на Крайнем Севере, где многие из них погибли.
Сталин до конца жизни не доверял военным. К моменту его смерти в 1954 г. [так в тексте. На самом деле в 1953 г. - прим. перев.] советское ядерное оружие находилось в распоряжении спецслужб, а не вооруженных сил (кстати, эта ситуация не изменилась и до сих пор). Челябинск-40, уральский город с сорокатысячным населением, где хранилось 27 тонн оружейного плутония, и другие сталинские 'секретные города' - ядерные центры - не обозначались даже на самых секретных военных картах. Все они управлялись НКВД, которому Сталин доверял.
Сталин должен войти в историю как основатель современной модели полицейского государства и один из самых некомпетентных военных руководителей России. Ситуация, в которой эта страна оказалась сегодня - прямой результат деятельности Сталина.

Сэттер: Мне трудно понять, как можно считать великим полководцем человека, одержавшего победу ценой 23 миллионов жизней. Тем более, что многие из этих жизней можно было сохранить, если бы 'великий полководец' поверил точным донесениям разведки о том, что Гитлер готовится к агрессии против СССР.
Тем не менее, факт остается фактом: Красная Армия разгромила вермахт, а не наоборот - и это не могло быть простой случайностью. Оправившись от катастрофы, разразившейся на первом этапе войны, Сталин действительно проявил себя способным, и даже блестящим военачальником и организатором. Видный советский диссидент генерал Петро Григоренко писал в 1970-х гг., что ненавидит Сталина 'всеми фибрами души', но одновременно 'я не могу не признать, что блестящие наступательные операции советских войск представляют собой образец военного искусства. Многие поколения военных будут изучать эти операции; невозможно представить, чтобы они готовились и осуществлялись без участия Сталина или против его воли'.
Нам всем искренне трудно поверить, - и это вполне понятно - что великие злодеи были одновременно и чрезвычайно одаренными людьми. К сожалению, самые страшные убийцы из тех, кто управлял Советским Союзом - не только Сталин, но и Берия с Кагановичем - были необычайно умелыми организаторами. Хрущев пытался приписать советские победы в войне Жукову, но это противоречит всему, что нам известно о Сталине - в частности, он не потерпел бы возле себя человека более талантливого, чем он сам. Кроме того, Жуков входил в высшее военное руководство, но главнокомандующим он не был. Он не координировал действия всех фронтов, не занимался поставками оружия, не вел дела с союзниками. Все эти функции выполнял Сталин, и, как отмечает Григоренко, к его оперативным и стратегическим решениям 'нельзя предъявить серьезных претензий'.
Тем не менее, оценивая роль Сталина, на мой взгляд, следует учитывать две вещи. Во-первых, он не задумываясь жертвовал людьми, чего не могли позволить себе немцы - при всем варварском отношении к евреям и славянам, жизнь собственных солдат они, в общем, ценили. Даже в ходе выигранных сражений советские потери втрое превышали немецкие. Во-вторых, Сталин стоял во главе системы, крайне неэффективной в мирное время, но идеально подходившей для войны благодаря своей способности сосредоточить все ресурсы для достижения одной цели - в данном случае победы над немецкими захватчиками. Сталин проявил себя эффективным организатором, поскольку в его распоряжении был этот - абсолютно иррациональный - механизм.
В конечном итоге победу СССР над нацистской Германией можно поставить в заслугу Сталину. Но при этом необходимо оговориться, что такой человек как Сталин, сочетавший блестящие способности с полной аморальностью, лучше всего действовал в ситуации, когда мир скатился до глубин варварства, которые раньше никто не мог и представить.

Робертс: Во-первых, позвольте заметить, что все вопросы, поднятые участниками дискуссии, рассматриваются в моей книге 'Войны Сталина: от Второй мировой к 'холодной', 1939-1953'. Согласны вы с ней, или нет, нравится она вам, или вызывает возмущение, никто не может сказать, что уклоняюсь от 'трудных' тем, или игнорирую факты, не вписывающимися в мою аргументацию.
Что касается выступлений Марка и Сэттера, то некоторые акценты я бы расставил по-другому, но в целом согласен с их замечаниями, добавляющие дополнительные нюансы к мысли, которую я пытаюсь высказать. Я также согласен со словами Пачепы о том, что 'считать Сталина великим стратегом - такое же заблуждение, как верить, будто Луна сделана из сыра'. Утверждать такое могли бы лишь преданные адепты культа его личности. Речь идет о том, был ли Сталин великим военным руководителем или великим Верховным главнокомандующим - а точнее, стал ли он им уже в ходе войны, несмотря на колоссальные и весьма дорогостоящие ошибки, которые привели к катастрофе в ее первые месяцы.
Нагорски и Пачепа затронули тему нацистско-советского пакта и нежелания Сталина верить разведданным о неминуемом германском нападении. Об этом я написал две книги и множество статей: в 'Войнах Сталина' я дополняю свои предыдущие изыскания на основе новых документов и литературы. Эти новые материалы показывают, - и в книге я подробно на этом останавливаюсь - что главной ошибкой было не нежелание Сталина верить данным разведки или обращать на них внимание, а его уверенность в том, что внезапного нападения Германии вообще не стоит опасаться. Он считал, что в случае такого нападения советская оборона остановит противника, а затем Красная Армия сможет перейти в контрнаступление. Эту точку зрения, как и приверженность доктрине масштабных наступательных действий в случае войны, разделяли и члены сталинского высшего военного командования. Подобная самоуверенность во многом обусловила катастрофу 22 июня 1941 г. Поскольку Сталин был Верховным главнокомандующим, основная ответственность за катастрофу ложится на него, но это не оправдывает ошибок и просчетов, допущенных его генералами.
Один из выводов моей книги звучит так: не верьте 'самовозвеличивающим' мемуарам сталинских военачальников, которые зачастую возлагают вину за все неудачи на советского диктатора, а победы ставят в заслугу себе. Это, кстати, относится и к гитлеровским генералам: в своем выступлении Эндрю Нагорски повторяет миф о том, что Германия проиграла войну на Восточном фронте, и, в частности, битву за Москву, из-за ошибок фюрера. Как указывал ряд историков, в том числе и я, летом 1941 г. у Гитлера были веские причины, чтобы перегруппировать силы с центрального участка фронта на север, к Ленинграду, и на юг, в сторону Киева: в центре Красная Армия в ходе упорных боев в районе Смоленска остановила немецкое наступление, а советские армии на флангах, особенно на южном, угрожали центральной группировке вермахта.
Следует также отметить, что эти решения Гитлера привели к окружению Ленинграда и захвату Киева - крупнейшей из военных побед Германии в ходе кампании на Востоке. Немцы не смогли взять Москву не из-за ошибок Гитлера или ухудшения погоды, а из-за сопротивления советских войск, и Сталин вносил большой вклад в восстановление боеспособности армии и организацию этого сопротивления, в том числе и тогда, когда немцы стояли в нескольких милях от центра столицы. Следует также помнить, что решающим этапом битвы под Москвой, была не успешная оборона, а советское контрнаступление, начавшееся в начале декабря: именно оно отвело угрозу от города и означало окончательный провал операции 'Барбаросса'.
Нагорски утверждает: 'главная причина, по которой в большинстве советских трудов по истории войны битва под Москвой описывается довольно кратко, связана с тем, что любое тщательное исследование этих событий высвечивает чудовищные ошибки Сталина'. На самом деле этому сражению посвящено огромное количество советских (и российских) научных трудов: часть из них написана еще в годы войны, в чем нет ничего удивительного, поскольку битва за Москву рассматривалась как поворотный момент в войне на Восточном фронте. Конечно, в этой литературе основное внимание уделяется действиям Сталина, позволившим выиграть сражение, а не его просчетам, из-за которых немцы оказались у ворот столицы. Вероятно, именно это и не устраивает Эндрю в подобных трудах, что легко понять, поскольку, как заметил Сэттер, 'нам всем : трудно поверить, : что великие злодеи были одновременно и чрезвычайно одаренными людьми'.

Нагорски: Просто удивительно, что Робертс прилагает столько усилий, пытаясь преуменьшить сталинские провалы. Он утверждает: проблема была не в том, что Сталин не поверил в неминуемость нападения Германии, а в его необоснованной уверенности, что советские войска смогут отразить это нападение. Почему же тогда Сталин так старался дискредитировать донесения собственных агентов и предупреждения западных лидеров, где указывалось на многочисленные данные, свидетельствующие о том, что немцы готовят удар? Почему он упорно отказывался вводить в войсках состояние повышенной боеготовности и предпринимать любые действия, которые можно было истолковать как приготовления к отражению агрессии? Почему он приказал казнить немецкого дезертира Альфреда Лискова (Alfred Liskov), молодого коммуниста из Берлина, перебежавшего на советскую сторону ночью 21 июня 1941 г., чтобы предупредить о неизбежном нападении? Все эти действия позволили немцам на первом этапе быстро добиться успеха в боях с Красной Армией, не поднятой по тревоге и не готовой к атаке. 28 июня, когда немцы заняли Минск, Сталин заявил своим приближенным: 'Ленин оставил нам великое государство, а мы его прос--ли!'
Робертс также говорит о заслугах Сталина в обороне Москвы, утверждая, что ошибки Гитлера и погодные условия здесь ни при чем. Действительно, в конечном итоге Сталину удалось собрать силы для декабрьского контрнаступления, но события развивались бы совершенно иначе, если бы Гитлер не допустил просчетов, о которых я упоминал выше, и на которых я подробно останавливаюсь в книге 'Величайшая из всех битв'.
Чисто гипотетически представим на минуту, что Гитлер не повернул войска для взятия Киева - которое Робертс называет величайшей военной победой. В середине июля немецкие войска уже находились в районе Смоленска, то есть всего в 230 милях от Москвы. Если бы они продолжали двигаться прямо на восток, им не пришлось бы столкнуться с осенней распутицей и ранними холодами еще до наступления на советскую столицу. Кроме того, им не пришлось бы сражаться с 'сибиряками' - войсками, дислоцированными на Дальнем Востоке, пока Сталин наконец не пришел к выводу, что в этом году нападения Японии на СССР ожидать не приходится. Осенью примерно 400000 солдат были срочно переброшены из Сибири для защиты Москвы и других ключевых участков фронта; они были отлично обмундированы для действий в жестокие холода. Альберт Акселл (Albert Axell) в своей книге 'Маршал Жуков: человек, победивший Гитлера' ('Marshall Zhukov: The Man Who Beat Hitler') упоминает такой факт: Сталин лично говорил Авереллу Гарриману, что немцы совершили 'громадную ошибку', не двинувшись прямо на Москву. По словам Гарримана, 'Сталин сказал, что, если бы они сосредоточили все силы для наступления на Москву, они могли бы ее взять'. Другими словами, именно ошибки Гитлера спасли советскую столицу.
Наконец, последнее замечание: конечно, существует много официальных советских трудов о битве за Москву, тщательно 'подкорректированных', особенно в том, что касается роли Сталина. Я говорил о том, что честных работ на эту тему очень мало, и почти ни одна из них не дает полной и объективной картины событий. Не случайно большинство людей знает куда больше о сражении под Сталинградом и блокаде Ленинграда, чем о битве под Москвой. Однако эта битва вдвое превосходила Сталинград по количеству задействованных войск и совокупным потерям сторон, что делает ее величайшим сражением в истории человечества. Тот факт, что в конечном итоге Советский Союз одержал победу, не оправдывает 'лакировки' истории войны или попыток преуменьшить сталинские просчеты. Кроме того, это несправедливо в отношении тех, кто погиб, защищая советскую столицу - увы, очень многие из них заплатили жизнью за эти ошибки.

Марк: Пока что мне, в общем, нечего добавить к моим прежним замечаниям. Хочу лишь еще раз повторить свою общую оговорку: оценивать результаты деятельности Сталина как военного руководителя следует дифференцированно - в зависимости от той или иной функции или конкретных случаев. И если я не ошибаюсь, эти результаты явно неоднозначны.
И еще я хотел бы поддержать тезис Дэвида Сэттера о нашем инстинктивном нежелании верить 'что великие злодеи были одновременно и чрезвычайно одаренными людьми'. Так, историки высмеивают живописные опыты Гитлера, но всячески расхваливают банальные и плохо выполненные картины Черчилля и Эйзенхауэра, хотя на мой взгляд, Гитлер конечно не был выдающимся художником, но явно превосходил в этом отношении их обоих.
Сталин также стал 'жертвой' этого распространенного синдрома, который в его случае усугубляется особыми факторами. Это, конечно - отдельная важная тема, но в нашем контексте стоит отметить две вещи. Во-первых, на ситуацию повлиял тот факт, что Троцкий изображал Сталина сереньким, посредственным бюрократом, не имевшим за душой ничего, кроме мстительности, примитивной хитрости и умения апеллировать к самым низменным сторонам человеческой натуры. Эта характеристика укоренилась, поскольку она отлично сочетается со вторым фактором - стремлением многих левых интеллектуалов как-то 'оправдать' провал социализма в России. Им выгодно изображать Сталина 'могильщиком революции'. На самом деле все обстоит с точностью до наоборот: если бы не Сталин, строй, созданный в результате этой революции, никогда не продержался бы так долго.

Пачепа: Как обычно, я согласен с Дэвидом Сэттером - Сталин внес свой вклад в победу СССР над нацистской Германией. Но это не делает его 'великим борцом' против нацизма. На деле Сталин был воплощением органической связи между нацизмом и коммунизмом. Неудивительно, что после Второй мировой войны он само слово 'нацизм' поставил под запрет, заменив его 'фашизмом'.
Позвольте мне объяснить. 23 августа сталинский предсовнаркома Вячеслав Молотов и гитлеровский министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп подписали Договор о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик; в соответствии с секретным протоколом к этому соглашению две державы разделили между собой Польшу, а Советы получали 'свободу рук' в Эстонии, Латвии, Финляндии, Бессарабии и Северной Буковине. В немецких архивных документах отмечается, что Сталин в тот день пребывал в состоянии эйфории. Он сказал Риббентропу: 'Гарантирую, даю слово чести, что Советский Союз не предаст своего партнера'. 27 сентября 1940 г. Гитлер заключил Тройственный пакт с Италией и Японией. Через неделю глава сталинской разведки Владимир Деканозов прибыл в Берлин; во время прогулки по лесу он сообщил Риббентропу, что Сталин готов присоединиться к 'Оси'.
12 ноября 1940 г. Сталин направил в Берлин советскую делегацию, чтобы обсудить детали будущего сотрудничества с Осью 'Берлин-Рим-Токио'. В ее составе не было ни одного военного - армии Сталин не доверял. За исключением Молотова все члены делегации были представителями спецслужб - глава НКВД Лаврентий Берия, его заместитель Всеволод Меркулов и карлик Деканозов. Сталин счел, что переговоры прошли успешно, и 20 ноября назначил Деканозова послом в Германии. Деканозов вручил Гитлеру верительные грамоты 19 декабря 1940 г., не зная, что днем раньше фюрер утвердил план 'Барбаросса', и приказал подготовить войска к нападению на СССР до 15 мая 1941 г.
Нельзя оценивать роль Сталина во Второй мировой войне, обходя вниманием его зловещий союз с Гитлером - его заключение до сих пор остается одним из самых 'неловких' эпизодов в истории Советской России. Не случайно Хрущев представил трех его главных архитекторов из НКВД - Берию, Маркулова и Деканозова - иностранными шпионами и отправил на расстрел. 'У мертвых нет воспоминаний', - заметил в те годы в разговоре со мной глава хрущевского шпионского ведомства генерал Сахаровский.
Необходимо учитывать и роль московской дезинформационной машины в изображении Сталина 'великим полководцем'. Я аплодирую Джейми Глазову за его идею устроить 'разбор полетов' относительно военных заслуг Сталина, но хочу предложить еще одну тему для симпозиума - российскую 'науку дезинформации'. Мы удивимся, как много мифотворчества и как мало фактов содержится в публичном имидже любого советского или российского лидера.

Сэттер: Мы оцениваем Сталина как военного лидера. Но при этом возникает вопрос: можем ли мы вообще называть его 'великим'? Возникает ощущение, что такого определения он не заслуживает. Одна из причин - неоднозначные результаты его деятельности в качестве военного руководителя. Но есть и другая причина. Успех в политике - результат позитивного взаимодействия между личностью и эпохой. Политический лидер, достигший вершин власти в одну эпоху, возможно, не смог бы добиться такого же результата в той же стране, но в другое время. Невозможно представить себе, чтобы человек, клеивший обои, чтобы заработать на жизнь, и дослужившийся в армии лишь до ефрейтора, смог занять высший государственный пост в Германской империи при кайзере Вильгельме. Столь же нелепо было бы воображать приход Сталина к власти в царской России, или, если уж на то пошло - в стране, где существует хотя бы отдаленное подобие демократии. Страшные диктаторы двадцатого столетия получили в руки гигантскую власть потому, что каждый из них воплощал собой аномальное состояние общества. В этих обществах воцарились 'антиценности', которые, каждый по-своему, символизировали Гитлер и Сталин. Но порождение больного общества и воплощение антиценностей 'великим' быть не может.
Роль Сталина в войне, пожалуй, целесообразнее всего воспринимать как проявление его преданности коммунистической идеологии и веры в нее. Из-за узости интеллектуального кругозора - неизбежного следствия этой догматической идеологии - он не мог даже вообразить, что Германия способна отказаться от вторжения на Британские острова, - откладывая тем самым 'хрестоматийную' битву не на жизнь, а на смерть между капиталистическими странами.

0

8

Сталин и Гитлер, два звена одной преступной цепи ("La Provincia", Испания)
Jesús Villar (Хесус Вильяр)

07/12/2009

Несколько дней назад российский премьер и бывший сотрудник КГБ Владимир Путин похвалил Сталина за то, что тот превратил СССР в сверхдержаву и выиграл Вторую мировую войну. Отвечая в прямом эфире на вопросы телезрителей, Путин высказался за то, чтобы реабилитировать диктатора, заявив, что не так-то просто выносить общее суждение о человеке, который сделал также и много хорошего, а не только создал советскую систему принудительного труда во всех её формах и разновидностях (трудовые лагеря, спецпоселения, содержание в одной камере политзаключённых и уголовников), бессмысленно уничтожившую миллионы человеческих жизней.

Получается, что смерть миллионов людей в результате террора и обложных обвинений могут быть исторически оправданы как жертва, принесённая в инетересах государства.
В связи с 60-й годовщиной начала Второй мировой войны я прочитал исследование «Непростая победа» (No Simple Victory), принадлежащее перу британского историка Норманна Дэвиса (Norman Davis), где с исторической точностью автор рассказывает о причинах и последствиях войны в Европе с 1939 по 1945 год. Слушая Путина, складывается ощущение, что уравнивать по степени злодейства немецкий фашизм и коммунизм советского образца, развязавших войну в Европе, является оскорблением ветеранов войны в России и других странах.

Дэвис и другие современные историки правы в своих выводах относительно того, что в действительности не существует большой разницы между гитлеровской Германией и сталинской Россией. Каждый из них уничтожил лучших представителей своих стран, прежде чем вступить в смертельную схватку за мировое господство.

Когда в сентябре 1939 года началась Вторая мировая война, фашистская Германия и Советский Союз были союзниками. Фактически, Гитлер и Сталин начали войну вместе. Пакт Молотова-Риббентропа, подписанный в августе 1939 года,  был договором о ненападении между Германией и СССР, однако секретный протокол к нему предусматривал раздел Европы. Германия вторглась в пределы Польши 1-го сентября с севера, юга и запада. Сталин вторгся в Польшу 17 сентября с востока. Второй военной кампанией той войны стало нападение СССР на Финляндию в ноябре 1939 года. Третьей кампанией стал захват немцами Дании и Норвегии в апреле 1940 года. Четвёртая кампания – оккупация Франции в мая 1940 года – сопровождалась присоединением к СССР Эстонии, Литвы и Латвии. В те годы Сталин был лучшим союзником Гитлера. Без советских поставок зерна и масла Гитлер не сумел бы побеждать в первый год войны.

В оккупированных странах методы работы Гестапо и НКВД были весьма схожими. Тайная полиция Германии убивала людей по расовому признаку. Советская служба безопасности – по социально-политическому. И лишь только когда два диктатора не смогли договориться об окончательном дележе мира, началась война между ними. Гитлер напал на Советский Союз в июне 1941 года, а антигитлеровская коалиция помогла Западной Европе окончить войну и спастись от тоталитаризма. Но другая часть Европы оказалась под пятой коммунистов. Окончательно война закончилась в 1991 году с  развалом советской империи. По некоторым подсчётам, преступления гитлеровского и сталинского режимов унесли более 50 миллионов человеческих жизней, из которых 27 миллионов погибли на территории СССР.

Преступления фашистской Германии были осуждены Нюрнбергским трибуналом. Так почему же остались безнаказанными преступления сталинского СССР? Как сказал Март Лаар (Mart Laar), основатель Фонда по расследованию преступлений коммунистических режимов, если два убийцы дерутся между собой и один убивает другого, то это отнюдь не означает, что преступления первого головореза менее тяжки. Коммунистический террор столь же чудовищен, как и преступления Третьего Рейха. По сути дела, он длился дольше и уничтожил больше людей, чем фашисты, хотя это отнюдь не означает, что фашисты лучше коммунистов.

Кстати, через 72 часа произойдёт вручение Нобелевской премии мира (к тому же стремятся победительницы конкурсов красоты Мисс Мира) президенту страны, ведущей три войны, причины которых нам совсем неизвестны.

0

9

Российские историки вскрыли подоплеку мифа о третьей жене Сталина

В XX веке не меньше мифов и легенд, чем в древние времена. Например, один из самых живучих мифов о Сталине, который передается из одной книги в другую, — рассказ о его третьей жене, о женщине, которой никогда не было.
Кандидат филологических наук Александра Архипова из РГГУ и Бременского университета попыталась выяснить, как и почему возникла эта легенда о третьей жене Сталина Розе Каганович.
http://www.infox.ru/img/photogallery/border-main.png
По словам Архиповой, изучение никогда не существовавшего персонажа, Розы Каганович, напоминает детективный сюжет. В своей работе Архипова опиралась на данные НКВД — так называемые «Информационные сводки о настроениях населения», которые с 1921 года собирали ВЧК, а затем ГПУ НКВД, и на судебные дела по статье 58.10 (антисоветская и контрреволюционная пропаганда или агитация), в которых прослеживаются случаи, когда люди попадали в тюрьму за распространение слухов о Розе Каганович. Кроме того, исследовательница проанализировала частные письма, эмигрантские публикации (газеты, листовки) и мемуары «невозвращенцев» 1930−1970−х годов, в которых встречаются упоминания о «третьей жене» Сталина.

Вымышленная биография

Данные о мифической Розе Каганович весьма противоречивы. Так, среди вариантов ее отчества в разных источниках фигурируют Моисеевна, Лазаревна или Михайловна. Она якобы родилась в конце XIX века или в начале XX века. По разным версиям, она была то ли дочерью, то ли сестрой, то ли женой известного партийного деятеля Лазаря Кагановича (1893−1991). А после смерти Надежды Аллилуевой Роза, по слухам, стала третьей женой Сталина и оказывала влияние (причем весьма негативное) на проводимую им политику. Единственное, в чем все источники сходятся, так это в дате ее кончины – 1953 год. Хотя причины ее смерти тоже различаются: по одной версии, она была убита, по другой — Роза пыталась отравить Сталина, за что ее и казнили.

Хотя такая женщина в реальности никогда не существовала, биография Розы Каганович за несколько десятилетий со дня ее «появления» обросла множеством подробностей. Она до сих пор упоминается как в популярных, так и в научных изданиях о Сталине. Однако Архипову больше всего заинтересовала не фактическая сторона вымышленной биографии Розы Каганович, а причины возникновения этого мифа.

Возможные прототипы

Архипова попыталась проследить, откуда могла взяться мифическая Роза Каганович. В семье Кагановичей было четыре брата и одна сестра. Сестру Лазаря Кагановича звали Рахиль, и она была на 17 лет его старше. Рахиль рано вышла замуж, родила шестерых детей и умерла в 1926 году в Чернигове. Насколько известно, она никогда не приезжала в Москву, а в 1926 году, когда она умерла, Лазарь Каганович только начал восхождение к власти, поэтому стать третьей женой Сталина Рахиль никак не могла. Кроме того, у Кагановича действительно была племянница, которую тоже звали Рахиль (она была дочерью Юлия Моисеевича Кагановича, брата Лазаря). Эта родственница Кагановича родилась в 1918 году, жила в Нижнем Новгороде, вышла замуж и сменила фамилию на Карпову, а умерла в 1994 году. Так как первые слухи о Розе Каганович появились в 1934−1935 годах, когда Рахиль было только 16 лет, сыграть роль жены Сталина она тоже вряд ли могла.

Однако Архипова обнаружила интересные детали, которые могли бы объяснить появление женщины с именем Роза. Обе ближайшие родственницы Кагановича носили имя Рахиль. В еврейско-славянской традиции евреи часто имели два имени – одно имя было еврейское, а второе, созвучное ему, славянское. Например, Мойша – Михаил, Борух – Борис и т. д. В 1920−1930−х годах имени Рахиль в деревнях соответствовало имя Раиса, а в городах – Роза. Последнее имя стало тогда очень популярным благодаря Розе Люксембург.

«Жидовское иго»

Кроме того, появлению мифа способствовали слухи о так называемом «жидовском иге». До войны в Советской России два раза возникали представления о том, что грядет «жидовское иго». Первая такая вспышка относится к 1923−1926 годам, вторая – к 1935−1937 годам. «В середине 1920−х годов произошло смещение Троцкого, за которым последовали постоянные изменения в Политбюро. Еврейское происхождение Каменева и Зиновьева было постоянным поводом для насмешек, в частности, в эмигрантской прессе. Тогда возникло представление о том, что Сталин борется с «жидовским игом» во власти. В сводках НКВД, в которых еще нет никаких упоминаний о Розе Каганович, проходила информация о том, что советская власть – это «жидовская власть», «власть Антихриста». Окончательный вывод Зиновьева и Каменева из состава ЦК Политбюро был воспринят как победа над «жидовским игом».

В эмигрантской среде в 1930−е годы публиковались тексты о приходе «жидовского ига». А в 1935 году культ Лазаря Кагановича достиг своего пика, и во французской эмигрантской газете «Последние новости», в колонке «Слухи о Советской России», постоянно писали о том, что Лазарь Каганович и «все его Кагановичи» забирают себе власть. На 1935 год в газете «Последние новости» приходится максимальное число упоминаний о Кагановичах как о представителях жидовской власти», — рассказала исследовательница.

Первые упоминания о Розе

В 1932 году погибла Надежда Аллилуева, вторая жена Сталина. Судя по всему, она покончила жизнь самоубийством, но сразу же возникли слухи о том, что ее застрелил сам Сталин, отравили по приказу Сталина и т. п. Слухи были спровоцированы тем, что ее слишком поспешно похоронили и официальной причиной смерти объявили острый приступ аппендицита. В эту версию никто не верил.

Первым о Розе Каганович написал Александр Бармин, советский дипломат, который попросил политического убежища во Франции в 1937 году, затем переехал в Америку, где в конце 1930−х годов и после войны написал несколько книг о Советском Союзе. Среди прочего он писал, что после смерти Аллилуевой все говорили, что к этому причастна сестра Лазаря Кагановича, некая Роза Каганович. Другое упоминание о Розе Каганович появилось в монархической и антисемитской газете «За Новую Россию», которая издавалась с 1932 года Национальным союзом нового поколения. «В 1935 году они опубликовали злобный антисемитский фельетон по поводу голода в СССР и перепродаже хлеба, в котором упоминается семья Кагановичей и Роза Каганович. Это первое точно документированное упоминание о Розе», — отметила Архипова.

Все источники, которые писали о Розе Каганович после войны (французские, немецкие и американские), ссылались на книгу «Сталин» Николая Бахесиса, опубликованную в 1952 году. Автор был экономистом и журналистом, родившимся в Москве и получившим немецкое, а затем австрийское подданство. Бахесис постоянно жил в Москве и в 1930−е годы писал злобные и правдивые статьи об экономическом положении СССР. Власть мечтала выслать его из Москвы, но он был защищен дипломатической неприкосновенностью. Бахесис вращался в кругах, близких к Кремлю, и позднее написал о слухе, согласно которому Политбюро на секретном заседании выбрало Сталину жену. Однако последующие источники, ссылавшиеся на него, говорили об этих данных уже не как о слухе, а как о факте, как будто Бахесис был лично знаком с Розой. «Интересно, что в первых упоминаниях о Розе говорят как о красивой еврейской женщине, которая гораздо старше Сталина. А дальше в источниках она становится все моложе и моложе. И уже в одном из поздних упоминаний превращается в школьницу 16 лет», — отметила Архипова.

Гестапо разыскивало третью жену Сталина

В 1939 году Розой Каганович заинтересовалось гестапо. Когда во время войны в плен попал Яков Джугашвили, старший сын Сталина от первой жены, немцев на допросах Якова очень интересовало, кто такая жена Сталина. Яков отрицал наличие какой-либо третьей жены, но немцы настаивали на ее существовании и называли ее Каганович. «Гестапо и контрразведка разыскивали нужных им людей на оккупированных территориях. Сохранились немецкие разыскные списки с фамилиями людей, за арест которых на территории Восточной Европы давалось вознаграждение. Там приводились биографические данные (ФИО, место жительства, год рождения и т. п.) и называлось ведомство, которое заинтересовано в этом человеке. И среди них есть «Каганович-Сталин Ройза (Roisa), жена Сталина, Москва, Кремль». Ею интересовалось гестапо, и она входила в список самых важных разыскиваемых лиц. Однако к середине 1942 года ее перестали разыскивать: либо немецкое командование убедилось, что она миф, либо интерес к ней резко уменьшился», — добавила Архипова.

Согласно воспоминаниям фронтовиков, в первой половине 1941 года немецкие власти раскидывали листовки, в которых было написано, что на Сталина влияет не только Лазарь Каганович, но и Роза Каганович. На листовках было обращение к русским солдатам с просьбой поймать Розу и доставить ее в гестапо. Однако Архиповой не удалось найти ни одного образца подобной листовки. Возможно, они тоже всего лишь миф.

Послевоенный миф о «злой жене»

«До войны в России упоминания о Розе Каганович появлялись из среды, близкой к Кремлю, и в эмигрантской прессе, но в народной фольклорной среде ни одного упоминания о ней не было. После войны ситуация резко изменилась. В народных представлениях стала возникать история о злой жене, которая портит все благие начинания Сталина. Возможно, эти слухи возникли благодаря немецкой пропаганде во время войны, однако прямых подтверждений этому у нас тоже нет», — рассказала исследовательница.

Подпитала слухи о Розе Каганович и некая блаженная старица Матрона, которая была очень популярна в военное и послевоенное время. Ее последователи записали несколько ее пророчеств. Одно из пророчеств Матрона якобы произнесла в 1943 году. Она предрекла, что Сталин будет убит, его задушит подушкой сестра Кагановича. Позднее в других материалах тоже начала встречаться информация о причастности Розы Каганович к смерти Сталина. После смерти Сталина в 1953 году были произведены массовые аресты. Среди материалов этого времени встречаются множество упоминаний о Розе, которую теперь часто называли дочерью Лазаря Кагановича и которую обвиняли в отравлении Сталина.

Постепенно миф стал размываться, появились версии не о третьей жене, а о любовнице, которую иногда называли Марией, а не Розой. А в одной недавно опубликованной монографии о Сталине Симона Монтефиоре «Красный царь» речь идет уже о двух Розах, одна из которых была сестрой, а другая – племянницей Лазаря Кагановича и, возможно, обе они были любовницами Сталина.

0

10

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И тема наша с вами такая: «Сталин, партия и мы», как некая такая единица социальной общности. Вот, помните эти стихи насчет того, что мы говорим Ленин, подразумеваем партия?

Г.МИРСКИЙ: Да.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И такая была модная, как говорят сегодня, фишка, что Сталин – это Ленин сегодня, и такая фишка модная была. Но у меня к вам вопрос вот какой: а вообще, народ любил Сталина?

Г.МИРСКИЙ: Это не такой простой вопрос, как кажется. Понимаете, народ, ведь, состоял из нескольких категорий. Вот, кто, действительно, любил Сталина – это пионеры, комсомольцы, городские причем. Это да, вот это я хорошо помню. Но опять же, что значит «любил»? Никто же его не видел фактически. Вот это очень интересная фигура в этом смысле, Сталин. Мы его видели, поскольку телевизора никакого не было, видели только в кинохронике. Передавали по радио его выступления, впечатления они особого не производили. И дело не в том, что он обладал какой-то невероятной харизмой, люди его любили, обожествляли. Нет, нет. Он оратор был весьма посредственный, говорил таким, сухим монотонным голосом с сильным акцентом и на вид он был совершенно неказистый, небольшого роста, рябой и так далее. Но это все не имело никакого значения. Люди, действительно, удивляются (сейчас приходится разговаривать), как вообще? Ну, во-первых, он не русский, грузин. И тем не менее, вот так, как будто бог или полубог. Вот, люди, действительно, сходили с ума. Вот это особый вид харизмы какой-то. Вы знаете, Сталин – это специфический в этом смысле тип. Потому что возьмите вы, например, скажем, Гитлера. Гитлер разъезжал по всем городам, выступал, он был великолепный оратор, люди приходили на митинги к нему и многие говорили, что «вот, после того как я услышал речь Гитлера, все уже». У Сталина ничего подобного не было.
Но тут надо разобраться, ведь, как он вообще стал Сталиным-то? Дело-то, ведь, не в том, что его никто не знал. Есть такой миф, что, дескать, вообще он был полным ничтожеством, его никто не знал, вдруг он как-то вынырнул. Это неверно. Уже в 1917 году он был членом ЦК, в 1919 году членом Политбюро, в 1922 году Генеральный секретарь. Конечно, он не был из тех людей, которые устраивали революцию, он вообще не принимал участия в октябрьском перевороте – там Троцкий всем командовал. Но тем не менее, уже в начале 20-х годов он был человеком весьма известным. А самое-то главное. Вот, вы сказали, Сталин – это Ленин сегодня.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Это не я сказала.

Г.МИРСКИЙ: Я понимаю, но вы процитировали. «Сталин – это Ленин сегодня». Это верно. И когда говорят, что Сталин – это партия... Но это, как вы знаете, в 1934 году, опять же, на съезде Нацистской партии Гесс сказал: «Гитлер – это партия, партия – это Гитлер, Гитлер – это Германия».

Н.БОЛТЯНСКАЯ: О, как знакомо.

Г.МИРСКИЙ: Да. Так вот точно так же и здесь: партия – это Сталин, конечно, и Сталин – это Ленин сегодня. И, вот, в том-то и дело, что все то, что у людей было в отношении Ленина, оно все перенеслось на него. И поэтому никто уже не обращал внимания, какая там национальность, какая внешность – не в этом дело. Он был наверху, он был не царь, а бог.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но у меня к вам один вопрос. Наверное, в середине 90-х годов известный продюсер Айзеншпис произнес такую фразу: «Дайте мне пенек, и я его раскручу», выражаясь современным языком.

Г.МИРСКИЙ: Да, это неверно совершенно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: С вашей точки зрения...

Г.МИРСКИЙ: Нет, нет.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Это именно харизма или это результат?..

Г.МИРСКИЙ: Это особый вид харизмы.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: В чем он?

Г.МИРСКИЙ: Видите, многие, которые считают, что Сталин был заурядный человек, и даже Троцкий сказал, что это величайшая посредственность большевистской партии. Это неверно. Сталин, конечно, обладал сильным интеллектом, великолепной памятью. Военные говорят, что во время войны он помнил абсолютно все, когда он вошел уже в курс военных дел. Он все помнил, опять так же, как Гитлер, который знал в любой момент, где какая дивизия расположена. Сталин – очень острый, быстрый ум у него был, прекрасная память. Но самое главное, он обладал вот тем неуловимым качеством, которое называется «вождистские, лидерские качества», понимаете? Вот это очень трудно определить. У одних людей это очень легко. Скажем, Гитлер там, допустим. Ну, Ленин – по-другому, но было видно. Сталин был никудышным оратором и не в этом была его сила. Это нечто магическое и иррациональное.
Причем, опять же нужно отделить, как он действовал на людей? Вы знаете, вот, люди, которые хорошо знают его биографию, рассказывают, что даже когда он был в тюрьме, он каким-то образом ухитрялся подчинить себе урок, блатных. Хотя, он никакой физической мощью не обладал. Вот это есть лидерские какие-то качества, он прирожденный вожак. И поэтому «раскрутить пенек» - это совсем не то, что касается Сталина. В нем это было. И люди вокруг него все это чувствовали.
Серго Микоян, который умер совсем не так давно, был мой приятель, сын Анастаса Ивановича, он рассказывал, что когда Сталин звонил к ним домой, Микоян брал трубку и, во-первых, он вскакивал. Он стоя только мог говорить со Сталиным, только. Лицо его было желто-зеленого цвета и разговор был таким: «Да, товарищ Сталин. Слушаю, товарищ Сталин. Конечно, товарищ Сталин». А, ведь, они вместе руководили большевистскими организациями там в Закавказье.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ну, я так понимаю, что Сталин очень быстро своим соратникам объяснил, что к чему.

Г.МИРСКИЙ: Да даже не надо было объяснять – они видели судьбу других. И, вот, в этом смысле нужно сказать, что одно дело – это было то влияние и воздействие, которое он оказывал на ближайший круг. Боялись его страшно и всю жизнь жили, вот, понимаете? Это чувствуется. Вот, я видел Сталина только, конечно, когда он стоял на Мавзолее, когда мы проходили демонстрацией. Он стоял там, рядом с одной стороны Молотов, с другой Ворошилов, еще Берия, Каганович и Маленков, вот и все. Ну, нас гнали быстро нквдшники «Давай-давай». Только успевали прокричать «Ура!» и все. Так особенно не разглядишь. Но то, что он был на несколько голов выше всех остальных, это бесспорно. Остальным он просто подрезал головы. А, ведь, когда-то было же, ведь, как?
Вы знаете, мой дядя покойный воевал в Красной армии во время польской кампании 1920 года. И, вот, он рассказывал, что, например, известная песня «Слушай, товарищ, война началась». Так там был, оказывается, такой куплет: «Да здравствует Ленин, вождь пролетарский, Троцкий, Зиновьев и Луначарский». Вот к этому прибавить еще Свердлова, Дзержинского и вот вам верхушка, самая большая верхушка. Сталин уже был во второй шеренге, но все равно он был человек достаточно известный.
Так вот, я говорю, что одно это непосредственное впечатление, которое он производил на людей, рассказывали: «Те страшные желтые глаза рысьи, рысиные глаза». Это что-то, что исходит от человека, вот, какое-то, знаете... Я близко его не видел, но я уже потом в другую эпоху видел Хрущева близко, так тоже было видно, что остальные все стояли, там, Молотов, Маленков – все какие-то замухрыжки рядом с ним. Динамо-машина Хрущев, вот, от него. Но это другое было совершенно. Хрущев, ну, вы знаете, он говорливый, шумливый, крикливый. Это совсем другое. Но что касается народа в целом, знаете, что меня потрясло больше всего? Конечно, я был как полагается, был октябренком, был пионером.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И вы написали не так давно книгу, которая, так сказать...

Г.МИРСКИЙ: Да-да. И, вот, я в 15 лет стал рабочим, поступил работать. Уже была война и, конечно, я не могу сказать, что я был каким-то энтузиастом, поклонником Сталина. Но, понимаете, Сталин... Вот, вопрос «Любили?» Сталин был частью, неотъемлемой частью установленного порядка вещей. Вот так же как известно, что весна сменяет зиму, там солнце заходит-входит. Вот, Сталин – это часть жизни, человеку даже не нужно было как-то о нем думать, обожествлять его, любить. Нет, это часть нашей жизни.
И, вот, вы представляете себе, я работаю в теплосети «Мосэнерго» обходчиком тепловых сетей, и вдруг 1942-й год, война. Мне 15 лет. Сварщик кроет Сталина матом в присутствии остальных рабочих. Я подумал, что я ослышался, провалиться бы сквозь землю вообще, представляете? И все одобрительно так на него смотрят. Это был первый, но не последний случай, когда я увидел, что, оказывается, вся эта всенародная любовь к Сталину, то, что его обожествляют и так далее, великий, любимый вождь, отец народов – это относится только к части нашего населения. Ведь, на чем держалась советская власть? Она держалась на энтузиазме одних, особенно молодежи, жутком страхе других и полном равнодушии и безразличии третьих. Так вот, почему эти люди так относились к Сталину? Я моментально узнал. Это все были бывшие крестьяне. Когда Сталин ликвидировал крестьянство как класс – он же его уничтожил фактически – вот эти люди, они не были кулаками (если бы они кулаками, они бы в Сибири где-то были). Нет, обыкновенные средние середняки и так далее. И, вот, на всю жизнь, понимаете, их разоренная разрушенная жизнь – она оставила такой глубокий шрам, такой след, что даже они не боялись вслух последними словами крыть Сталина. Я сразу подумал, что, вот, если бы они попали на фронт, ну, они бы не перешли на сторону немцев, но вы знаете, особенно стараться защищать эту власть, ненавистную для них, воевать за наркомы, воевать за колхозы, нет. И вот это объясняет, вы знаете, Нателла, многое из того, почему Сталин, скажем так, обращался с нашими пленными, когда он дал установку «У нас нет пленных – у нас есть предатели родины». Да потому что когда он в ноябре 1941 года узнал, что за 4 месяца войны в плен попали примерно 3 миллиона бойцов и командиров, он все понял. Ну, многие, конечно, попадали раненые и так далее. Но большинство сдавались в плен. И вот тут-то, понимаете, то подозрение, которое у него было... Вы знаете, как сказал один английский писатель, уж не помню кто, что «Выживание для политического лидера – это безграничная способность к подозрению». Вот! Монарх, диктатор – они должны подозревать всех. Сталин подозревал.
А тут нечего было подозревать, он понял, как люди относятся. И вы знаете, я видел уже эти перемены, на моих глазах был перелом. Уже когда наши начали наступать, отогнать немцев и когда в кинохронике стали показывать эти ужасные кадры убитых там людей немцами, все эти зверства, страшные вещи. Вот тут начался перелом. Поэтому армия, которая воевала в 1942 году уже, это была уже армия другая. Они тут уже поняли, что речь идет именно о жизни России, о спасении России, а не о Сталине, его наркомах и колхозах.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я хочу попросить вас немножечко открутить пленку назад, до войны. Вот, одна из тем, которые, мне кажется, очень важны для сегодняшнего зрителя, слушателя и гражданина – это мифы о Сталине. И, вот, 1937-й год. Здесь в этой студии доктор наук Владимир Хаустов говорил о том, что... На вопрос «Зачем нужны были репрессии 1937 года?» он сказал, что те, кто был поражен в правах, могли вернуться к полному гражданству и, собственно, эти репрессии, одна из причин – это не допустить этих людей до голосования.

Г.МИРСКИЙ: Совершенно не согласен. Это были совершенно ничтожные люди, которые... Я знаю, о ком говорили. Это были лишенцы. Это тоже была та категория социальная, которую нужно было, конечно, ликвидировать. Потому что это сыновья и дочери бывших интеллигентов, буржуев, среднего класса, чиновников. Их не так много было. Бояться их никто не мог.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ваша версия?

Г.МИРСКИЙ: Тут первое. Кого, прежде всего, ликвидировать нужно было? Ликвидировать ленинскую гвардию. Потому что, во-первых, она знала истинную роль Сталина, отнюдь не ведущую. Но даже не это главное. Эти люди по своей натуре, по своему характеру – это революционеры, идеалисты. Для них втиснуться в тоталитарный футляр вот этот, вождизм вот этот, когда наверху великий Сталин, для них было психологически невозможно, Сталин это прекрасно понимал. Вот, у него была интуиция на людей великолепная. Он понимал, что этих людей – все. Это первое.
Второе. Люди, которые вместе с ним били троцкистов в 20-х годах. Тут, казалось бы, что? Это уже другое поколение. Свои. Помогли преодолеть троцкизм. Их тоже нужно было ликвидировать, потому что это были люди, которые шли вместе с ним, понимаете? Но это не были его люди. И, вот, вы знаете, что произошло, когда этих людей всех ликвидировали? А, ведь, это же потрясающее, что было. Я помню, я читал лекцию в Тирасполе, мне сказали, что за 1 год полностью сменилось 3 состава горкома партии, всех перестреляли.
Так вот, выяснилось после террора 1937 года, что к началу 1938-го только в партийном аппарате оказалось 100 тысяч вакансий. Представляете? Так вот это уже были его люди. Я помню, я был у министра иностранных дел Семенова – так получилось. Я вижу у него на стене портрет Сталина (это уже конец 60-х). Я говорю: «Владимир Семенович, кто же сейчас держит портрет Сталина?» - «О-о-о, нет. Для меня это все. Я – птенец гнезда Петрова, - он сказал. – А Хрущев и эти все подонки – это для меня не указ. Я был простым инженером так же, как Громыко, например. А после того как Сталин почистил наркомат иностранных дел, вот кем мы стали. Громыко – министр, я – заместитель. Вот!» Вот, представьте себе 100 тысяч таких вакансий.
А в армии? Репрессировано 40 тысяч командиров. Далеко не все из них были репрессированы. Вычищены, часть расстреляна. Значит, 40 тысяч вакансий. Так вы представляете вот эти люди...

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Социальный лифт.

Г.МИРСКИЙ: ... которых уже Сталин сделал людьми, которые всем ему обязаны, это уже не те люди, которые вместе с ним громили троцкистов. Те сделали свое дело.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Георгий Ильич, но тогда позволю себе еще один контраргумент. Ведь, насколько я понимаю, очень часто люди попадали в репрессивную машину по одной простой причине – что их заведомо помещали в такие условия, сажали на ту должность, реализовать функции которой было не очень реально. То есть, условно говоря, прорыть тоннель от Бомбея до Лондона было нереально. Но когда этот тоннель не прорывался, сразу находились вредители. И любой из тех, кто вчера мог стать, так скажем, жертвой, в хорошем смысле жертвой социального лифта, назавтра мог оказаться лагерной пылью. Разве не так?

Г.МИРСКИЙ: Что касается вредителей, то вы даже не представляете себе, до какой степени это слово было распространено. Вот, что-то не так, там, понимаете, нет воды, нет электричества, поезд опаздывает – все были абсолютно убеждены, искренне причем, я вам скажу, что это все вредители.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть Сталин – это мы с вами. Потому что тут же писались доносы...

Г.МИРСКИЙ: Абсолютно. Все были уверены, что вредители вокруг, шпионы все вокруг. Даже люди, которые не любили советскую власть, но они все равно вот этот лозунг бдительности... Бдительность, понимаете? Вокруг везде враги. Это совершенно точно. И нужно было себе представить, как люди реагировали на сообщения о том, что того арестовали, того арестовали. Как? Боже мой?
Я помню, я сижу в классе и учитель ходит между партами и говорит: «Откройте на 26-й странице учебник истории, зачеркните чернилами фотографию». Даже не называл кого, чтобы не произнести эту фамилию жуткую. «Откройте на 52-й, зачеркните фотографию» и так далее. И все послушно зачеркивали, и все были уверены, что раз так, значит, так надо. Я помню, я пришел (это же ужас, как долго я живу), я еще учился в классе, где висел портрет Ежова. И однажды, я помню, мы приходим, кто-то из мальчишек кричит: «Ребят, смотрите, ежика-то сняли!» Портрет Ежова в 1939 году сняли, потом его расстреляли. Так вот все считали, что так оно и есть, нет дыма без огня. НКВД зря не берет. И поэтому это, вот, одно было. Понимаете, каждый человек думал, что уж его-то не возьмут.
Вот главное. Вот, представьте себе. Вы видите, вокруг забирают людей. Но вы-то знаете, что вы ни в чем не виноваты. То есть, конечно, вы боитесь. А у них, вас спросят: «А что же, вы с этим человеком дружили, работали». А кто его знает? В душу-то не залезешь. А вдруг что-то было? И вот вас берут.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Георгий Ильич, а собственный момент прозрения помните? Вот, были правоверным октябренком, пионером.

Г.МИРСКИЙ: Вы знаете, я вам скажу, что я впервые понял, что такое советская власть. Я помню, когда уже спустя много десятков лет я преподавал в Америке, мне иногда студенты говорили, что это самая страшная, самая кровожадная, кровавая система. Я говорю: «Нет, в мире были более кровавые. Не было более лживой». Вот. Более лживой власти, чем советская власть не было в истории человечества.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вернитесь к моему вопросу.

Г.МИРСКИЙ: Так вот. Уже в феврале того же года, я говорю мне 15 лет, еще до того как я поступил работать в теплосеть, я был санитаром в госпитале здесь, в Москве. Прибывали раненые с фронта. И я с ними беседовал, разговаривал, на несколько лет они старше меня были, многие умирали утром приходишь, в морг его надо везти. Так вот они рассказывали о том, как они воюют и как их гонят в атаку неподготовленных совершенно, и как они погибают. И когда я спрашиваю «А интересно, вот, вы кричите «За родину, за Сталина?» Они говорят: «Да ты что? Только «Ура!» кричишь или матом орешь, вот и все. А там политрук сзади и так далее».
И, вот, когда мне рассказывали о том, сколько, какие потери. И потом когда летом того же года попал, меня со сварщиком послали демонтировать Воронежскую ТЭЦ – не в этом дело, там перед этим была атака, немцев отбили. Короче говоря, мальчишкою все подробности. Я выбежал на берег реки и вижу, убитые вчера эти люди страшные, черные, раздувшиеся, жара, лежат. На 1-го немца примерно 5 наших. И вот когда я все это увидел, вот тогда, в 1942 году, понимаете? Вот тогда я понял, как же нас бессовестно обманывают. Но во время войны всегда врут – конечно, нельзя требовать, чтобы они говорили, сколько погибло.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Георгий Ильич, а теперь стоп.

Г.МИРСКИЙ: От лживости это все пошло. Вот, я прозрел от сознания лживости этой систем.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Теперь вопрос к вам вот какой. Но тема наша обозначена как «Сталин, партия и мы». Ну, хорошо, ближайшие соратники, я думаю, что, в общем, достаточно быстро стали понимать, что «рот закрой – хуже будет». Хотя, это во многих случаях не спасало. Но существовала же одна единственная в Советском Союзе партия, в которой было огромное количество людей. И, как бы, вот этот процесс запугивания, доносы, ведь, писали друг на друга не только высокопоставленные люди?

Г.МИРСКИЙ: Да нет, простые люди писали сколько угодно, что вы! Понимаете, до чего довели членов партии? Я вам сейчас приведу один пример. Уже в 1956 году, XX съезд, я работаю в журнале «Новое время», главный редактор присутствует на съезде, слушает доклад Хрущева. Не вынес этого, пришел рассказал заведующим отделами, они нам. Представляете, как мы были тем потрясены, что там?...

Н.БОЛТЯНСКАЯ: «Оказался наш отец...»

Г.МИРСКИЙ: В этот вечер я веду семинар в райкоме партии Москворецком. И мне задают вопрос. Я ничего такого не говорю, я потрясен. Но меня спрашивают: «Как вы объясните, товарищ лектор? Вот, позавчера была опубликована статья о Бела Куне, венгерском коммунисте. Известно, что он враг народа расстрелянный». И тут я говорю такую вещь: «Мы еще услышим с вами, я думаю, много фамилий коммунистов, расстрелянных во время сталинского террора». Вот я произнес эти слова и сам понял, что мне, конечно, плохо будет. Все сидят молчат. А уже через день мне звонит завотделом агитации и пропаганды из райкома, говорит: «Георгий Ильич, приходите. Большие неприятности». Оказывается, на меня написано было минимум 15 доносов или 20. Вот он, советский человек, вот он член партии. Он сидит слышит такую вещь, он не скажет ничего. Не было никаких криков «Да вы что говорите?!» Нет. Он придет домой и напишет донос, пошлет телегу, как говорится. Вот типичный советский человек, понимаете?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но типичный советский человек – это тот, который пишет телегу, как вы выражаетесь, из соображений завладеть комнатой мастера? Или, все-таки, из соображений?..

Г.МИРСКИЙ: Нет, это и то, и другое, и третье. Он привык к тому, что если кто-то нарушает установленный порядок вещей, говорит какую-то вещь, надо сигнализировать. Но я вам скажу, что тут и другое было. Человек подумал: «А вот я не напишу, а другие напишут. А мне потом скажут: «Вот, вы слышали, при вас говорили такие вещи. А почему же вы не сигнализировали?» Вот, не понимая этого, нельзя ничего понять. На собрании на каком-то люди выступали и клеймили. Нужно же было, понимаете?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А что за цифра в ваших тезисах «7%»?

Г.МИРСКИЙ: 7%. Дело в том, что французский писатель Александр Верт, он основательно копался в источниках. И он доказал вот что. Вопреки мнению, что, в основном, Сталин расстреливал верхушку партийную, административную, военную и так далее, оказалось, что таких людей привилегированных, знатных было всего 7% в общей массе репрессированных и расстрелянных. А 93% составляли именно простые люди.

0

11

Вопрос вам от Андрея Юдина из Москвы: «А сам Мирский что, не писал доносы? Не сотрудничал с КГБ, никогда не стал бы главным научным сотрудником МИЭМО».

Г.МИРСКИЙ: Абсолютная чепуха. Во-первых, речь идет о совершенно разных эпохах. В то время когда писались доносы, я был ребенком. Так что человек все перепутал. Нет, слава богу, никогда никаких доносов не писал и уже стал научным сотрудником в другую эпоху и без всяких таких вещей. Но вот я хочу вернуться к тому, о чем мы с вами говорили. Во-первых, вот, я говорю основу того ядра, которое поддерживал Сталин, составляла молодежь, в основном, городская молодежь. Мы ничего не знали о том, как живут люди в других странах. Если бы вы меня спросили, как живут там, где-нибудь за границей, я бы сказал «Ужасно, страшно, они голодные, безработные, ночуют под мостами». Никто не сомневался, что у нас самый совершенный общественный строй, потому что у нас власть принадлежит народу, рабочим и крестьянам. Вот! Значит, старшее поколение, те, которые не имели права голоса, они сидели и молчали в тряпочку, они боялись, чтобы их не забрали. А их многих потом забирали, а другие вообще влачили жуткое совершенно существование. Ну и, наконец, о крестьянстве я сказал, как оно было. Но поднимались новые социальные слои – рабочий класс вырос. Люди, которые получили работу, которые уже как-то стали ощущать свое место. Понимаете, ведь, пропаганда влияла очень. Когда говорили, что, вот, рабочий класс у нас правит. Многие, действительно, особенно коммунисты, вступившие в партию, они ощущали себя, действительно, солью земли. И потом они знали, что из них, ведь, наверх можно идти. Понимаете, ведь социальная мобильность была огромная. Если человек себя еще в ранней юности проявлял на работе или на учебе активистом и при всех нормальных, конечно, анкетных данных, так он мог куда угодно идти. И не имело никакого значения, какой он национальности, вот в чем дело, понимаете? Там же полным-полно директоров были армянами, азербайджанцами, украинцами, всякие начальники там были, сам Сталин был грузин. Чего там говорить, в Политбюро были. Так что вот такое было ощущение.

А потом, вот, говорю, когда началось это все, когда начался 1937-й год и люди спрашивали. А я знаю, разговариваешь со студентами, не только со студентами, что даже до сих пор не знают. А, вот, я знаю, потому что данные, о которых я сейчас скажу, они набраны из разных книг, начиная с книги Роя Медведева, включая все книги, изданные, знаете, целая серия при покойном Александре Николаевиче Яковлеве. И дальше целый ряд книг наших официальных про судьбу нашей армии.

Так вот, в 1937 году были расстреляны 11 заместителей наркома обороны. Из высшего военного совета, в котором было 80 членов, расстреляно 75. Все 8 адмиралов, которые были. Ну, тогда они по-другому назывались. Из 5 маршалов расстреляно 3. Из 16 командармов (то есть сейчас это генерал армии) расстреляно 14. 90% комкоров, то есть генерал-полковников по-нашему. Наконец, на знаменитом съезде, XVII, съезде победителей так называемом было избрано 139 членов и кандидатов в ЦК. Из них в последующие 3 года было расстреляно 98. С августа по декабрь 1937 года происходило в нашей стране 1600 расстрелов в день. И, вот, так называемые вот эти списки. Понимаете, что получается? Значит, Ежов по поручению Сталина рассылал во все области квоты, сколько, значит, по 1-й категории, сколько по 2-й.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Секундочку. Квоты – это что такое?

Г.МИРСКИЙ: Репрессированных, разоблаченных врагов народа.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть разоблаченных врагов народа должно быть столько-то? Я правильно поняла?

Г.МИРСКИЙ: Да! В том-то и дело.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть не конкретных врагов народа, а просто количественная норма?

Г.МИРСКИЙ: На Московской областной партконференции один товарищ хвастался тем, что он за 4 месяца разоблачил 100 врагов народа. И было негласное правило в тюрьмах, когда уже сажали. Скажем, если ты 2-й секретарь горкома партии, ты должен привести фамилии не менее 20 врагов народа. Если 1-й секретарь, то 40 врагов народа. И так далее. Так вот, значит, пример. В Омск послал Ежов разнарядку по 1-й категории (1-я категория – расстрел) – 5444 человека, до 1-го человека было высчитано, сколько в Омской области. В ответ местная власть, первый секретарь и нквдшный начальник просят увеличить до 8 тысяч первую категорию. Бумага приходит, подпись Сталина: «Одобряю».

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Еще Никита Сергеевич там чего-то, какие-то тоже списки увеличивал.

Г.МИРСКИЙ: Ну, это увеличивали-то, в основном, все начальники на местах. Потому что каждому должно было... Понимаете, ведь тут потом пошла машина. И когда вот я говорю о том, что где-то там подряд расстреляли 3 горкома партии. Это уже не сам Сталин там делал. Он был высоко, вот, он подписывал. А кого именно там – это другой вопрос. Но машина пошла, пошла и пошла. И вы представляете себе, что большая часть людей, которых брали, их, ведь, брали не по тем доносам, о которых вы говорили, что кто-то пишет телегу, посылает, чтобы получить квартиру или еще чего-то такое. Таких полным-полно было. Но главным образом это показания арестованных, вот в чем дело. Когда человека арестовывали и когда через некоторое время ему показывали бумаги, что против него свидетельствует его начальник, его сослуживцы и так далее, понимаете? А еще если его 7 дней, скажем, без сна держат и так далее, он понимает, что все пропало. И ему говорят: «Вот, если ты покажешь, кто тебя завербовал и кого ты завербовал, пиши. А иначе – сам знаешь». И в большинстве случаев, в 90% люди, конечно, уже теряли всякую волю к сопротивлению и называли имена. А по этим именам брали других. И так это шло и шло, это могло бы идти бесконечно, но потом, конечно, Сталин сообразил, что всему есть предел.

Все эти основные категории, которые он хотел ликвидировать, он ликвидировал. Хотел страху божьего нагнать – нагнал. Так что у людей остался этот страх на десятилетия, вы могли еще в 70-х годах встретить людей, которые тогда пережили эти годы, понимаете, когда рядом брали всех, а он должен был выступать на партсобрании в учреждении и клеймить своего друга, зная прекрасно, что если он этого не сделает, то его обвинят в потере бдительности, как же он не разоблачил. Нужно высматривать и разоблачать врагов народа. Так вот Сталин понял, что все, конец. Тогда он снял Ежова, назначил Берию, кое-кого даже выпустили, вы знаете, из тюрем. И вот это все прекратилось. Более того, объявили о том... Так же как, помните, головокружение от успехов? Год великого перелома. Головокружение от успехов потом было – перегнули. Так и тут.
Многих стали обвинять в том, что они невинных людей исключали из партии, сажали и так далее. Многих руководителей. Такова была судьба Постышева знаменитого, понимаете, которого обвинили именно в том, что он зря там губил людей. Потом его самого расстреляли.
Так вот все это вместе взятое подводит нас к чему? К тому, что была установлена система настолько тоталитарная, настолько безальтернативная, что Сталину некого было бояться уже совершенно. Среди его соратников, там, и маршалов, не знаю, в самом деле ли он верил, что Тухачевский может создать заговор. Никаких данных о том, что был заговор, конечно, не было. Но Сталин мог предполагать. Я вам говорю, подозрения, подозрения.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И еще раз подозрения.

Г.МИРСКИЙ: Да-да-да. Это все могло быть. Но потом уже ничего этого не было. А, вот, люди, простые люди – они же вообще ничего не понимали. В то время, я помню эти разговоры, я был мальчишкой, но я помню, люди, во-первых, боялись говорить на эти темы. Во-первых. Боялись говорить. Уж не дай бог что-нибудь не то скажешь. Фамилии лучше не упоминать. Ты работаешь в наркомате, у тебя забрали наркома и всех его заместителей. Лучше сделать вид, что ничего не происходит. Но подавляющее большинство людей простых – они считали, что их это не коснется. Многие даже со злорадством говорили «Вот, сажают-то кого. Сажают коммунистов». Был тогда такой анекдот. Ночью, значит, стучат в дверь, человек кричит: «Да вы не ко мне, коммунисты живут этажом выше. Партийные». «Партийные» тогда говорили. На самом деле, как я сказал уже, только 7% было таких, остальные просто. По всяким там случаям. Чего там только не было.
Вы знаете, в 1927 году троцкисты устроили большой митинг в здании высшего технического училища московского. Решили это разогнать. Тогда был секретарь горкома Угланов, он нагнал туда рабочих, коммунистов таких, проверенных. Они устроили кошачий концерт, в общем, сорвали к черту все это дело. Вот этих людей оппозиция троцкистская стала называть «углановские дубинки», вот этих рабочих. Так что вы думаете? Прошло 10 лет, Угланов, борец с троцкизмом был сам репрессирован, расстрелян. А этих людей всех стали вызывать, «углановских дубинок-то». «Вы присутствовали на митинге троцкистов такого-то числа 1927 года?» - «Да. Нас туда послали, чтобы разогнать их» - «Вы присутствовали? Подпишитесь». Все, по десятке получили. Вот! Понимаете? Да таких вещей полным-полно. Если начать вам рассказывать, так это не хватит никакого времени.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос. Вопрос хороший очень, вопрос от Татьяны: «А можно было тогда остаться приличным человеком?»

Г.МИРСКИЙ: Можно. Не надо, понимаете, преувеличивать, доводить до того, что эта система сделала всех подлецами, доносчиками и так далее. Нет, можно было. Во-первых, можно было по чисто объективным причинам. Если тебя эта волна не захватила, от тебя не требуют никого разоблачить и так далее. Все-таки, было это. Сеть идет, но кого-то, понимаете, кого-то расстреливают, кого-то нет, кого-то сажают – Кольцова расстреляли, Эренбурга оставили. Ну и так далее. Вот. Так что можно было остаться, если тебя никто не трогал, если тебе не надо было ни на кого доносить, то почему же?
Можно было остаться честным человеком, отказавшись или, по крайней мере, в какой-то такой форме признавшись, никого там не выдав или выдав того, кого все равно уже забрали, ты знаешь. То есть какими-то путями вот такими. В принципе, можно это было. И потом не надо забывать, что хотя было арестовано несколько миллионов, а расстреляно 800 тысяч вот за эти 2 года, 1937-й, 1938-й. Но население-то было 170 миллионов. И многие люди жили, даже и не зная, и не интересуясь. Я, вот, прекрасно помню, что были многие люди, кто вообще от этого отмахивались. Люди жили своей жизнью, понимаете? Не нужно себе представлять так, что это было какое-то страшное прозябание в условиях абсолютного ужаса, страха, все дрожали. Да ничего подобного! Дрожали люди и тряслись, которые непосредственно работали вот там, где вокруг всех брали. Это да.
Простой народ, даже хотя я говорю, что многих забирали, но до момента, когда их забирали, они за собой ничего не чувствовали. А основная часть населения – она ну что? Ну, по-разному. Значит, враги. Враги, капиталистическое окружение, вредители.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ну, то есть мозги-то промыты были, да?

Г.МИРСКИЙ: Да, да, конечно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос. Расскажите, пожалуйста, о послевоенном времени. Какова была атмосфера и как она отличалась от атмосферы 30-х годов?

Г.МИРСКИЙ: Ну, сказать, что она отличалась, в принципе, конечно, нельзя, потому что не надо забывать, что был процесс Вознесенского или Кузнецова и Папкова в 1949 году, их расстреляли там.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Что за процесс-то был?

Г.МИРСКИЙ: Вознесенский был один из главных людей, член Политбюро. И до сих пор точно неизвестно: то ли Сталину на него настучал Берия или Маленков, которые враждовали, что, вот, он метит там на его место, то ли еще чего-то такое. Но забрали его. Я помню прекрасно, я прихожу в институт – как раз учился, тогда студентом был – и вижу незабываемое зрелище. Секретарь парткома, забравшись по лестнице-стремянке наверх, а там висели портреты членов Политбюро, естественно, в вестибюле, в холле, сбрасывает портрет Вознесенского на землю, спускается и топчет его ногами. На глазах у всех топчет ногами, чтобы показать свою лояльность.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А в чем обвинили-то?

Г.МИРСКИЙ: Его обвинили во всем, что угодно, что антиправительственный заговор, что он собирался там и так далее. И шпион, и все что... Понятно. Это да. Так что такие вещи были, но, конечно, гораздо меньше. В принципе, отношение уже, конечно, к власти было не такое, как до войны, потому что огромную роль сыграла победа. Вот тут уже Сталин, возведенный на этот пьедестал, генералиссимус и все такое, это уже, конечно, понимаете? И тут опять же его никто не видел. Его никто не видел, никто не знал.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Умело поданная собственная харизма?

Г.МИРСКИЙ: Да, умело поданная собственная харизма. И потом я вам говорю, что он... Вот он какой был оратор. У него не было чувства языка. Не было. Вот, представляете, во время войны он говорит, что «кто-то там сравнивает Гитлера с Наполеоном. Да я вам скажу, что Гитлер похож на Наполеона так же, как котенок на льва». Представляете, насколько бездарно? Ведь, слово «котенок» ассоциируется у людей с понятием ласкового такого, милого зверька пушистого. Если бы он сказал «крыса» или там «гиена», это понятно. А вот у него не было чувства языка. Но зато он хорошо знал русские пословицы и он вовремя их применял. Он вообще очень хорошо знал литературу и историю. Уж неправильно изображать Сталина каким-то невежественным. Нет, он очень хорошо все знал и понимал, очень умный человек был, очень способный и с задатками вожака вот такими, которые к нему людей и привлекали всюду. Женщины. Как женщины могут любить такого невзрачного? Что вы! Полным-полно.
Так вот, значит, когда уже оказалось, что нужно сказать что-то такое, вот... В разгар Сталинградской битвы он говорит «Не все коту масленица, придет и великий пост». Ну, это такая, простая вещь. Другое дело, что он иногда страшно ошибался. В 1941 году, в октябре вы знаете, что он сказал? «Еще полгода, может быть, годик и гитлеровская Германия рухнет под тяжестью своих преступлений». И все в это поверили, Сталину верили невероятно. А на самом деле 4 года получилось.
Так вот, когда он умер, вы понимаете, что произошло? Я уже к этому времени никаким не был поклонником Сталина, вообще все почти что понимал. Но! Вот, когда говорят обычно «Люди как будто бы осиротели», я не чувствую себя сиротой. Но что-то, вот, произошли какие-то катаклизмы, какие-то тектонические сдвиги. Что катастрофа... Как, вот, вообще, что будет, никто не мог понять. И люди были, действительно, подавлены. И поэтому те все, кто шли и потом многие, знаете, погибли, когда его хоронили, действительно, без всякой какой-то любви к нему, вроде, может быть, но ощущали вот эту невероятную потерю. Рушился мир, понимаете?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А вы тоже ощущали, что рушился мир?

Г.МИРСКИЙ: Да. Но не то, чтобы рушился мир, нет. Я помню, да, я прихожу в институт, митинг, конечно, в тот же день. (НЕРАЗБОРЧИВО) такой, потом стал известным комментатором, говорит мне: «Слушай, а ты не думаешь, что Москву переименуют в Сталин?» Я говорю: «Да ты что!»
Ну вот. Но у всех было вот такое настроение – что будет дальше, как? Вот это, действительно. Это не значит, что была какая-то любовь. Знаете, Сталин был настолько далек, что вот такие вообще выражения «Любили Сталина, Обожали». Это была часть существующего порядка вещей. А какой он на самом деле, никто не знал.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Это, действительно, солнце, которое не встало?

Г.МИРСКИЙ: Да, это был имидж Сталина. А на самом деле, вот, лучше всего о нем сказал, по-моему, Гроссман в своей книге «Жизнь и судьба». Это 3 ипостаси Сталина. Первая, это революционер нечаевского типа, именно такой, беспощадный революционер настоящий, аскет. Сталин же был аскетом в своей личной жизни. Чего у него было? Вот такой революционер, человек идеи. Вторая, это вельможа, имперский вельможа. Знаете, как он любил все вот эти формальности и чины, и титулы, и так далее? Сам генералиссимусом стал. И третья, это восточный деспот. Поэтому я говорю всегда, что Ленин был первичным человеком, Сталин вторичным. Без Ленина не было бы Октябрьской революции, без Сталина была бы. Так же, как Перестройка не была бы без Горбачева, а Горбачев первичный человек, Ельцин уже вторичный.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Так, вернемся в сталинскую эпоху. Вопрос от Алкида из Пензы: «Почему на Сталина никто не покушался? Ведь, даже на Гитлера – и то покушались».

Г.МИРСКИЙ: Ну, вообще, может быть, были покушения. Даже были слухи, что, вот, однажды на озере Рица, якобы. Но кто говорит, что это Берия специально устроил такую вещь.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Показательное покушение?

Г.МИРСКИЙ: Да, показательное. А серьезных покушений – нет. Ну, во-первых, видите, на Гитлера было несравненно легче организовать покушение, потому что он всюду перед людьми выступал, всюду ездил. И если вы посмотрите хронику тех времен, Гитлер едет в открытой машине, вокруг люди. Так что это как раз легко было.
Но другой вопрос, кто и зачем? Вот, я помню, у меня был директор первый, когда я поступил в Академию наук, Арзуманян. Он был шурин Микояна. И, вот, когда уже стало известно, что Орджоникидзе, на самом деле, застрелился, а не умер от разрыва сердца (у него был бурный разговор со Сталиным на грузинском языке, все, он застрелился). Тут же Сталин уже был в Кремле, обратно приехал, посмотрел: «Ай, болезнь сердца – какая коварная вещь». Ну, это было опубликовано, все.
Так вот я спрашиваю Арзуманяна, моего шефа. Я говорю: «Иван Агафонович, почему Орджоникидзе первым выстрелил, не убил Сталина первой пулей?» Уже он понял, уже его брата репрессировали, ему все было ясно. «Почему он сначала не убил Сталина, потом себя?» И мне Арзуманян говорит: «А, вот, ты представь себе, что ты бы утром проснулся, тебе было тогда 10 лет и узнал, что Сталин убит и кто его убил? Его убил Орджоникидзе. Что бы ты подумал? Ты бы подумал, что если уж такой человек как Серго (его очень любили в партии, Орджоникидзе), если он оказался врагом, шпионом, убийцей, он убил Сталина, так кому же вообще на свете можно верить? Отцу родному, брату нельзя верить!» То есть, мне сказал Арзуманян, вот что было бы. Молотов стал бы генсеком, не в этом дело. И все это понимают. Это уже было бесполезно. А члены партии убежденные, они все понимали и все видели, и все знали. Но они знали так же и другое, что, действительно, Сталин – это партия. Они это знали. И поэтому даже мысли никому в голову не приходило.

Люди до конца, я говорю, жили, думая, что их не заберут. Вот, стук в дверь. И смотрите, очень мало кто, ведь, кончал жизнь самоубийством. Очень мало. Единицы буквально. Они безропотны почему? Потому что они знали, что они-то никакие не шпионы, не убийцы – это все недоразумение, это ошибка, их выпустят через неделю. А потом уже было поздно. И люди до такой степени уже были деморализованы. Понимаете, ведь, вот в чем вина-то страшная Сталина. Он деморализовал общество. Часть его сделал запуганной, бессловесной, часть фанатиками, которые были готовы ради идеи идти. Ведь, откуда все это идет? Из 20-х годов. Знаете, когда НЭП ликвидировали в городе, партией было сказано: «Кто остался? Остался кулак. Как можно терпеть?» Поэтому победа Сталина была закономерной, его линии, его фракции. Победа Бухарина была бы для ленинской линии не закономерной, понимаете? Ленин не зря вытащил Сталина наверх. Он понимал: по сравнению с другими у Сталина есть именно те качества, которые нужны. И при Ленине, если бы он был жив, конечно, была бы коллективизация не такая страшная, террора такого не было – Ленину не нужно было ничего такого.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Мы вернемся к Сталину.

Г.МИРСКИЙ: Да.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: «А известны ли случаи сопротивления во время ареста или все покорно шли на заклание?» - спрашивает Анна из Москвы.

Г.МИРСКИЙ: Ну, говорят, что...

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Про Буденного я слышала какую-то историю.

Г.МИРСКИЙ: Ну, про Буденного – это, скорее, анекдот, что он там позвонил Сталину, и Сталин говорит «Держись, отбивайся». Это, скорее всего, анекдот. Но, например, был такой Гай, командарм знаменитый, герой Гражданской войны. Его в поезде пришли арестовывать, он выхватил маузер, стал отбиваться, выскочил. Но не нашел ничего лучшего как прийти на станцию пешком уже по рельсам и, значит, начать звонить в Москву. Ну, его взяли и расстреляли. Такие случаи были иногда, да. Но это очень редко. А как правило, люди – они ждали. Но многие застреливались, знаете, из каких? Вот такие комдивы, полковники, вот такого ранга.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: С доступом к оружию.

Г.МИРСКИЙ: Нет, доступ к оружию был и у маршалов, тем более, и у генералов.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Время наше с вами, к сожалению, истекает. Итак, мне кажется, что главная мысль, высказанная вами в сегодняшней программе, это деморализация общества.

Г.МИРСКИЙ: Да.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И вопрос, наверное, такой. Можно ли считать сегодня, - это вопрос, присланный по интернету, - что любовь к Сталину сегодняшняя это отголоски все той же деморализации?

Г.МИРСКИЙ: Безусловно, и не только это отголоски. Общество было изуродовано. Общество деградировало. Лучшие силы если взять, вообще начиная с октября, жизненные силы общества, золотой фонд были ликвидированы, истреблены. И во время Гражданской войны, и во время эмиграции. Потом 1937-й год, вот эта вот ежовщина. Все удивлялись, как русский народ выдержал? Он фактически выдержал 3 вот таких катастрофы страшных, понимаете? Гражданская война, Сталинский террор и Отечественная война. То есть трижды был уничтожен генетический золотой фонд нации. А, все-таки, народ выдержал.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ну, оптимистический прогноз насчет выдерживания.

Г.МИРСКИЙ: Это не прогноз, это факт. Народ-то выдержал. Другое дело, качество резко ухудшилось, понимаете? Сталин виноват в том, что резко ухудшилось качество русского народа. Наверх-то лезла, выдвигалась шпана всякая. Правильно? Вот! Она, шпана и стала господствовать наверху, было построено народное государство, да. У нас было народное государство. В том смысле, что если бы вы послушали разговор двух членов ЦК и двух водителей, о футболе они абсолютно одинаково говорили и о жизни, и о бабах и так далее. Народное государство. Народ. И народ это понимал. Во многом люди понимали это, понимаете? Что они при желании до верху могут дойти. Любили Сталина.

0

12

Я не согласен!
Автор: Виктор Алкснис

Внимательно посмотрел очередную запись в видеоблоге президента РФ, посвященную Дню памяти жертв политических репрессий «Память о национальных трагедиях так же священна, как память о победах». Честно признаюсь, остался крайне разочарован, поскольку я ожидал более ответственного и взвешенного выступления президента по этому поводу.

Для меня И.В.Сталин и его время — вопрос очень больной и актуальный до сих пор.

Мой дед — командарм второго ранга, заместитель наркома обороны СССР по авиации Яков Иванович (Екабс Янович) Алкснис, был расстрелян в июле 1938 года. Его жена (моя бабушка), Кристина Карловна Меднис-Алкснис, как член семьи изменника Родины (ЧСИР), провела в лагерях и ссылках 13 лет. Мой отец, Имант Яковлевич, в 10 лет остался без родителей и до 30 лет носил клеймо «сын врага народа». Он нашел свою маму только в 1957 году.

Поэтому в нашей семье всегда были антисталинские настроения и, соответственно, я был антисталинистом.

Когда началась перестройка, жадно читал все публикации тех лет, разоблачающие преступления Сталина и его окружения.

В 1989 году я был избран народным депутатом СССР и через некоторое время обратился с официальным депутатским запросом к тогдашнему председателю КГБ СССР В.А.Крючкову с просьбой ознакомить меня с документами, касающимися деда.

В частности, я просил показать мне его уголовное дело и материалы процесса над М.Тухачевским, поскольку мой дед входил в состав Специального судебного присутствия, приговорившего Тухачевского и других военачальников к смертной казни.

Материалы процесса над группой военачальников во главе с Тухачевским меня особенно интересовали, поскольку М.Тухачевский и Роберт Эйдеман (председатель Центрального совета Осоавиахима СССР), расстрелянные по приговору Специального судебного присутствия, были были близкими друзьями моего деда, а с Робертом Эйдеманом они дружили чуть ли ни с детства. И для меня было непонятно, как мой дед мог приговорить к смерти своих друзей.

Через некоторое время меня пригласили на Лубянку и положили передо мной два тома. Первый — уголовное дело деда, и второй — стенограмму процесса над группой военных во главе с Тухачевским. Мне разрешили делать необходимые выписки.

Меня сразу поразило, что в уголовном деле было крайне мало документов. Дед был арестован 23 ноября 1937 года, а расстрелян 29 июля 1938 года, т.е. он провел в Лефортово  8 месяцев. И при этом в деле было всего три или четыре протокола допросов, причем практически все эти протоколы были ни о чем.

Например, один многостраничный протокол был посвящен организации ремонта авиационной техники ВВС. Причем протокол очень подробный, как мне показалось, ответы на вопросы следователя были просто переписаны из руководящих документов тех лет по организации авиаремонта.

Меня удивило, что через три дня после ареста дед написал рукописную записку на имя наркома внутренних дел Ежова о готовности дать чистосердечные показания о своей контрреволюционной деятельности, но никаких следов этих чистосердечных показаний в уголовном деле не оказалось.

Судя по материалам дела, первый допрос состоялся только в январе 1938 года. В тоже время, судя по материалам реабилитации 1956 года, подшитым в этом же деле, деда неоднократно вызывали на допросы и «выбивали» из него показания. Но где эти протоколы с «выбитыми» показаниями, почему их не оказалось в деле?

Ознакомившись со стенограммой процесса Тухачевского, я понял, что с этим процессом тоже не все так просто. Моя убежденность в том, что Тухачевского и его коллег просто заставили под пытками оговорить себя, оказалась серьезно поколеблена, поскольку, судя по стенограмме, они давали свои показания достаточно искренне. После ознакомления со стенограммой процесса я пришел к выводу, что все-таки «заговор военных», или что-то тому подобное, в Красной армии был.

Я вышел из здания КГБ на Лубянке в большом смятении.

Во-первых, я понял, что уголовное дело моего деда было подвергнуто «чистке», и из него были удалены какие-то очень важные документы. Очевидно эти документы были изъяты в период «хрущевской оттепели» в процессе реабилитации деда.
Во-вторых, «заговор военных» в Красной армии все-таки был.

А потом начались события, связанные с распадом Советского Союза, и мне стало не до «дел дано минувших дней».

Мой отец очень тяжело переживал распад страны. Это удивительно, но невзирая на то, что в результате трагических событий 30-х годов у него была сломана вся его жизнь, большего патриота нашей страны мне не приходилось встречать. Погибла его страна, и через полгода, 17 июля 1992 года в возрасте 65 лет в результате сердечного приступа скончался и он.

За месяц до этого мы с ним на даче за вечерним чаем как-то вели откровенный разговор о происходящем и вдруг мой отец сказал: «Если бы Сталин был жив, то он бы этого бардака не допустил».

Я был потрясен! Мой отец, ярый антисталинист, ненавидевший Сталина всеми фибрами своей души, вдруг понял и простил его...

В 2000 году я был избран депутатом Государственной Думы, и я обратился к директору ФСБ Н.Патрушеву с просьбой разрешить мне вновь ознакомиться с уголовным делом деда. Меня вновь пригласили на Лубянку, вернее, на Кузнецкий мост в читальный зал ФСБ, и дали знакомое уголовное дело.

Я начал его листать, сверяясь с записями 1990 года, и вдруг, к своему изумлению, обнаружил, что в нем отсутствуют некоторые важные документы. Например, пропало донесение разведки НКВД, датированное 1932 годом, о том, что военный атташе Латвии заявил в частной беседе с нашим агентом, что у латвийского генерального штаба есть свои люди среди военачальников Красной армии. Среди прочих фамилий там называлась и фамилия моего деда. 

В 1990 году я с большим сомнением отнесся к этому донесению, поскольку вряд ли мой дед мог быть агентом латвийского генерального штаба, по воспоминаниям бабушки он был твердокаменным большевиком. Но сам факт исчезновения этого и некоторых других документов позволяет мне сделать вывод, что «чистка» архивов продолжается и по сей день. Возникает вопрос: зачем?

Значит, в архивах имеются документы, которые не устраивают и нынешнюю власть. Архивы «чистили» при Сталине, при Хрущеве, при Горбачеве. «Чистили» при Ельцине.

И поэтому у меня нет веры нынешним борцам со Сталиным.

Обратите внимание, прошло более 70 лет с тех трагических событий, но архивы тех лет до сих пор закрыты. Вместо архивных документов нас заставляют читать Солженицына и других хулителей Сталина. А что мешает открыть архивы? Что мешает открыть материалы по катынскому делу? Что мешает открыть материалы по пакту Молотова–Риббентропа? Что мешает опубликовать стенограмму процесса над Тухачевским?

Значит ИМ есть, что скрывать.
А раз так, то не имеют ОНИ права осуждать Сталина и его время.
Пусть ОНИ откроют архивы и дадут возможность людям самим дать оценку тем великим и трагическим временам.

0

13

Тайны «поместья» Сталина
Что происходило ТОГДА в стенах «Ближней дачи» вождя в Кунцеве. 57 лет назад Иосифа Сталина хватил удар. 5 марта вождь скончался — там же, на «Ближней даче», в Подмосковье. Сейчас это даже не окраина столицы.

Но и окружённый жилыми многоэтажками, заповедный лес по-прежнему хранит множество удивительных подробностей из жизни советского самодержца. Лишь сегодня над ними приподнимается завеса тайны. В середине прошлого века в СССР даже о существовании «объекта» было известно немногим. Для членов Политбюро, министров советского правительства, членов высшего военного руководства «Ближняя» была не просто дачей, где на протяжении двух десятков лет жил Сталин. Это было его логово, его любимый «домик с огородом» и второй, после кремлёвского, рабочий кабинет.

Здесь «отец народов» в узком кругу обсуждал и принимал решения, от которых зависела жизнь миллионов советских людей и судьбы мира. Авторам уникального исследования, которое выходит в виде книги «Ближняя дача Сталина», удалось привязать события эпохи к конкретным уголкам дома и парка. А самое захватывающее — в деталях исследовать привычки вождя, его отношения с близкими, вещи, которые его окружали, множество мемуаров, секретных документов и редких фотографий.

«Новые советские»

После переезда красного правительства в Москву советская знать быстро облюбовала для загородного отдыха опустошённые революцией подмосковные аристократические «гнёздышки». Сталину достался дом владельца нефтепромыслов Зубалова. Впрочем, по тогдашним меркам это было совсем дальнее Подмосковье — 32-й км Красногорского шоссе. А вот в Волынском (Кунцево) был организован один из советских санаториев, где Сталин тоже бывал,  — видимо, тогда и присмотрел место под новую дачу поближе к Кремлю. «…Кстати, — писал тогда Ленин Сталину. — Не пора ли основать 1-2 образцовых санатория не ближе 600 вёрст от Москвы. Потратить на это золото; тратим же и будем долго тратить на неизбежные поездки в Германию. Но образцовыми признать лишь те, где доказана возможность иметь врачей и администрацию пунктуально строгие, а не обычных советских растяп и разгильдяев».

Строительство новой дачи для Сталина в начале 30-х ускорилось после самоубийства его жены Надежды Аллилуевой. Слишком многое в Зубалове напоминало Иосифу о супруге. С началом строительства «Ближней» её окрестности стали недоступными для посторонних. На планах города территория была обычным лесным массивом без каких-либо построек. Сталин сам часто приезжал на стройку и постоянно высказывал пожелания, которые до мелочей удовлетворялись. Но через пять лет дом ему разонравился, был разобран и в 1938 г. построен новый — с коридором, который вёл в отдельно стоящий служебный дом. Постоянные перестройки и перепланировки на «Ближней» продолжались чуть ли не до смерти самого вождя. После войны на «Ближней» надстроили второй, гостевой этаж с огромной столовой и спальней. В 1949 г. именно там останавливался приезжавший в Москву председатель китайской компартии Мао Цзэдун.

В служебном доме размещались охрана, горничные, кухня и подвал с бассейнами для живой рыбы (Сталин, по воспоминаниям, не признавал консервированных продуктов) и шкафами для вина. Отдельный уголок, кстати, был отвед ён под трёхлитровые бутыли с самодельным вином — было у Хозяина и такое увлечение.

Неподалёку от главного дома в это же время был выстроен малый дом — с прихожей, столовой, кабинетом и спальней. Здесь останавливалась дочь Иосифа Виссарионовича Светлана, когда приезжала в гости к отцу, а иногда жил и сам вождь. Например, когда главный дом был заминирован ввиду, как тогда казалось, почти неизбежной сдачи Москвы немцам. Кстати, бункер-бомбоубежище на «Ближней» начали строить ещё в 1940 г. Документы опровергают и расхожее мнение, что в первые дни войны Сталин впал в ступор. Из записи посещений кремлёвского рабочего кабинета следует, что под руководством Сталина в первые дни постоянно шли совещания. В прострации заперся на 2 дня на даче вождь только 28-го числа, когда вермахт взял Минск, а с войсками Западного фронта даже не было связи. «Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё это проср…ли», — бросил тогда Сталин. По воспоминаниям Микояна, когда соратники приехали на «Ближнюю» с идеей о Государственном комитете обороны, Сталин, судя по виду, в первый момент подумал: его приехали арестовывать.

Дорога из Кремля на «Ближнюю» занимала 12 минут — через Старый Арбат, который тогда был просто Арбатом, Смоленскую площадь и Можайское шоссе. Впрочем, кортеж из 3-4 машин, который нёсся со скоростью 80 км/ч, бывало, начинал выписывать по Москве непредвиденные кренделя. Сталин, опасавшийся засад и покушений, сам заранее выбирал маршрут и отдавал водителю указания, по каким улицам ехать. В конце концов через главные ворота в двойном заборе «Ближней» лимузин Сталина подъезжал к северному фасаду Главного дома — на круглую площадку с фонтаном посредине, к тяжёлым парадным дверям с бронзовыми ручками.

Справа и слева от входа в просторной 50-метровой прихожей установлены деревянные вешалки. Вождь пользовался той, которая слева. Оставлять свою одёжку рядом с одеяниями «отца» никто из гостей не смел. Впрочем, как известно, Сталин был консервативен и даже скромен в одежде, то есть нехотя привыкал к новой и до дыр занашивал старую, не любил он менять и обувь. Из-за строения и болезни ног ему тяжело было разнашивать новые сапоги и ботинки. Но за любимыми заношенными тапками вождя, в спешке забытыми во время одной из поездок на Кавказ, запросто могли сгонять самолёт. Сталинские кители были с секретом. В левом верхнем внутреннем кармане, прикреплённый к кольцу с цепочкой, помещался пистолет. Заряженный пистолет Сталин всегда брал с собой, выезжая с дачи.

Деревянными панелями закрыты почти все стены в доме. В прихожей к этим панелям были прикреплены карты мира и Европы. Вице-президент Югославии Милован Джилас описывал такую сцену: «Я обратил внимание на район Сталинграда, обведённый с запада синим карандашом, — очевидно, это сделал Сталин до или во время битвы за Сталинград. Он заметил мой взгляд, и мне показалось, что ему это приятно…»

Тем временем по центру гостевой вешалки в прихожей до сих пор висит зеркало. В последние годы жизни Сталина всё чаще брили два парикмахера и брили именно здесь. Видимо, вождь не хотел пускать лишних людей в спальню и ванную комнату на другом конце дома. Ванная площадью 35,7 м2 на тот момент была оборудована по последнему слову техники: электрокамины с электрическим водонагревателем «Сименс». Мыться диктатор предпочитал под душем, сидя в ванной с низкими бортиками на подвесной скамеечке.

В ванную комнату можно попасть только из спальни в 61,5 м2. До 1948 г. Сталин предпочитал спать именно здесь — на кровати из ореха. Видимо, с этой кровати его подняло и известие о начале войны, и срочная новость из Берлина о смерти Гитлера. Впрочем, часто «отец народов», как его многие тогда называли, ложился спать лишь под утро. Проснувшись, выходил в Большой зал (155 м2) и вызывал звонком подавальщиц. Так в то время называли официанток.

Как Хозяин на печи лежал

Без вызова входить к нему не имел права никто, но благодаря специальной сигнализации на дверях дежурный всегда знал, в какой именно комнате находится вождь. Кроме того, везде по дому на круглых столиках стояли телефоны местной и секретной связи, а каждое помещение было оборудовано кнопками вызова охраны. Завтракать Хозяин любил на краешке гигантского стола в Большом зале. В этом же зале обычно проходили и сталинские пирушки, которые затягивались порой до 5 утра. Разговоры на серьёзные темы сопровождались и обычной застольной болтовнёй с плоскими шуточками. Сам Сталин в последние годы пил мало.

А вот споить соратников и гостей было его любимой забавой. Для этого находились самые фантастические предлоги. Например, каждый из присутствующих должен был назвать температуру воздуха на улице, а потом выпить столько штрафных стопок, на сколько градусов ошибся. Позже Никита Хрущёв на одном из пленумов ЦК, развенчивая культ личности, причитал: «…Там же люди провожают, они не знают, что меня через клизму накачали коньяком и всякой дрянью, но не пить нельзя! Вот так решались государственные вопросы, а вы говорите…» Естественно, из стенограммы такой пикантный кусок вырезали.

Небезынтересная деталь: на пирушках подавальщицы заранее сервировали стол, выкладывали закуски, ставили супницы и судки с горячим, после чего удалялись. Вождь и его гости сами подходили к судкам и накладывали себе еду в тарелки. При даче было три повара, иногда на подмогу из Кремля звали четвёртого. Они суетились на просторной кухне, оборудованной огромной плитой, тремя импортными холодильниками и печкой с мангалом. Ещё одна печь — русская — использовалась для приготовления свежего хлеба и… борьбы со сталинским ревматизмом. Когда прихватывало, вождь шёл на кухню, забирался по специальной приставной лестнице на лежанку и «грел кости». Была на «Ближней» и русская банька. Сталин парился почти каждую субботу, но единственным его компаньоном по парной, пока не погиб, был Киров.

Между тем, по свидетельствам сотрудников охраны, Сталин иногда готовил и сам. Встретив гостя или гостей в прихожей, Хозяин чаще всего вёл их налево, в Малую столовую (76 м2). В левом, дальнем от входа углу в ней был камин с горкой сухих бер ёзовых поленьев. С приходом гостей на мельхиоровых шампурах прямо в камине иногда жарили шашлыки. Глава хозчасти «Ближней» Орлов вспоминал: «Сталин внимательно наблюдал, как делают шашлык, и иногда, не вытерпев, говорил: «Вы не умеете. Вот как надо», — и сам принимался за дело».

В Малой столовой рядом с камином стояли охотничьи ружья, был там и американский винчестер. Именно из него Сталин чаще всего палил с северной террасы по воронам, чьи крики мешали ему работать. Одним из любимых развлечений на «Ближней» был бильярд. Баня и бильярдный зал располагались в отдельно стоящем от Главного дома строении. К слову, все постройки на «Ближней» были выкрашены в монотонный зелёный цвет, не исключено, что в целях «маскировки». Сталинский бильярд был ручной работы, с закруглёнными по просьбе самого Хозяина угловыми лузами. Сталин не любил, когда ему подыгрывали, но был азартным и хорошим игроком, и с его подачи был заведён обычай: проигравшие лезут под стол. Чаще других партийных соратников вождя под стол, будучи неважным игроком, лазил Хрущёв.

Коровник № 1

Непосредственно за бильярдной в саду была устроена и городошная площадка. Кстати, на свежем воздухе вождь проводил достаточно много времени — зимой на холодной веранде, облачившись в тулуп, а летом — в парке, в разных уголках которого были оборудованы кушетки для отдыха и также столы для работы. В такой умиротворяющей атмосфере Сталин писал от имени ЦК распоряжения, правил и рецензировал некоторые сообщения для газеты «Правда» и сценарии советских фильмов, подписывал расстрельные списки…

За всё время вокруг «Ближней» было высажено от 60 до 70 тыс. деревьев, по всей территории были проложены трубы для полива и устройства фонтанов, в 1938 г. здесь выкопали пруд, в котором разводили карпа и налима. «Ближняя» жила, как помещичья усадьба, в которой Хозяин указывал, где какие проложить дорожки, разбить клумбы и грядки. Сталин живо интересовался новостями сельскохозяйственной науки и сам экспериментировал с посадками винограда, лимонных деревьев (на даче была сооружена специальная теплица — лимонарий) и даже бахчевых культур. Забавный факт: осенью 1948 г. в московских гастрономах № 1 и № 2 на улице Горького и Смоленской площади в продаже появились арбузы. Кто бы мог представить, что они выращены на даче Сталина? Той осенью с 1 гектара там их собрали около 8 тонн.

На «Ближней» были конюшня, коровник (с тремя коровами и двумя доярками), птичник, голубятня, бельчатник. Осенью 1952 г. в парке занялись выращиванием белых грибов. Вождь лично ходил по деревянным мосткам, которыми выкладывали для него парк весной и осенью, и выставлял колышки, чтобы заприметить на следующий год грибные места. Но насладиться сбором грибов ему уже не удалось.

До смерти довела «Правда»?

Здоровье 74-летнего вождя всё чаще давало сбои. Бывало, охрана, вызванная звонком, заставала его с бледным беспомощным лицом на диване. Отдышавшись, он отсылал дежурного обратно, запрещая вызывать к себе врачей. Его бывшие лечащие врачи к тому времени были репрессированы. Иосиф Виссарионович становился всё подозрительнее — иногда даже выбрасывал присланные ему из кремлёвской санчасти таблетки, посылая ординарца за такими же в одну из обычных аптек. У него всё чаще подскакивало давление.

Днём 1 марта Хозяин никого не вызывал к себе. А без вызова войти к нему никто не осмелился. Уже вечером нашли предлог: привезли секретную почту. Тирана застали на полу Малой столовой, возле дивана. Лежал, видимо, давно, успел даже обмочиться, был в сознании, но говорить уже не мог. Сталина бережно перенесли на диван в Большой зал.
На дачу срочно приехали Берия с Маленковым. Берия, который уже всё понял, прошёл в Большой зал прямо в галошах. Маленков же снял скрипучие ботинки, засунул их под мышку и буквально на цыпочках подошёл к Хозяину. Берия распорядился с вызовом врачей не торопиться: «Он же просто спит!» Врачи появились на «Ближней» лишь на следующий день, констатировав у вождя инсульт. Сталину, который так и не смог произнести ни слова, вводили необходимые лекарства, для снижения давления даже ставили за уши пиявок. Но 5 марта на том же диване в Большом зале диктатор скончался…

Существуют разные версии смерти Сталина. Вплоть до отравления. Хотя, если знать систему охраны вождя, поверить в это сложно. Авторы книги выдвигают ещё одну версию: давление могло подскочить (после чего приключился удар) из-за … заметки в газете «Правда». Известно, что рядом с тем диваном остался лежать скомканный в гневе вождём номер от, очевидно, 28 февраля. Среди привычных бравурных отчётов и статей вроде «Коммунисты в авангарде…» в том номере была заметка «Грубые искажения» — об ошибках в одном из томов Большой советской энциклопедии, за подготовкой которой Сталин следил лично. Кто знает: успей он дотянуться до телефона, одним расстрельным списком, в который вошли бы авторы энциклопедии, могло стать больше…

0

14

Александр Александрович Зиновьев
О Сталине и сталинизме

Оценка личности Сталина немыслима без оценки эпохи, неразрывно связанной с его именем, – эпохи сталинизма. Что такое Сталин без сталинизма? Человечек невысокого роста. Недоучившийся малограмотный семинарист. Рябой. С грузинским акцентом. Был коварен, мстителен и жесток. Оставлял жирные пятна на страницах книг… А не слишком ли это жидко для характеристики человека, владевшего и до сих пор еще владеющего умами и сердцами миллионов людей?! После урагана разоблачений ужасов сталинского периода, который (ураган) начался со знаменитого доклада Хрущева и достиг апогея с появлением не менее знаменитого «Архипелага ГУЛАГ» Солженицына, прочно утвердилось представление о сталинском периоде исключительно как о периоде злодейства, как о черном провале в ходе истории, а о Сталине – как о самом злодейском злодее изо всех злодеев в человеческой истории. В результате теперь в качестве истины принимается лишь разоблачение язв сталинизма и дефектов его вдохновителя. Попытки же более или менее объективно высказаться об этом периоде и о личности Сталина расцениваются как апологетика сталинизма. И все же я рискну отступить от разоблачительно-критической линии и высказаться в защиту… нет, не Сталина и сталинизма, а лишь возможности объективного понимания их. Время эмоций на эту тему прошло. Настало время не только обличать злодейство, но и подумать о его исторической сущности и истоках. Выросло это злодейство из темных душ кучки злоумышленников как некое отступление от благопристойных норм человеческой истории, или оно явило человечеству поучительный пример того, что на самом деле с необходимостью получается, когда самые светлые идеалы и мечты человечества воплощаются в жизнь, – вот в чем вопрос.

Кроме того, мне кажется, что я имею и моральное право на такой риск. Я с юности не питал никаких симпатий к Сталину и сталинизму. Еще в 1939 году я открыто выступил против культа Сталина, за что был исключен из комсомола и из института, направлен в психиатрический диспансер для обследования, а затем доставлен на Лубянку. В диспансере меня признали психически здоровым, чего не сделали бы в либеральные послесталинские времена. А из лап органов государственной безопасности мне удалось ускользнуть. И вплоть до хрущевского доклада моим тайным призванием была антисталинистская пропаганда. Должен признать, что я не был единственным в своем роде. В хрущевские годы дело критики сталинизма взяли в свои руки сами бывшие заядлые сталинисты, и мой антисталинизм утратил смысл. И я обрел способность отнестись к нему спокойно, т. е. не с ненавистью, а с презрением.

А моя мать до самой смерти (она умерла в 1968 г.) хранила в Евангелии портрет Сталина. Она пережила все ужасы коллективизации, войны и послевоенных лет. Если бы в деталях описать, что ей пришлось вынести, западный читатель не поверил бы. И все-таки она хранила портрет Сталина. Почему? В ответе на этот вопрос лежит ключ к пониманию сущности сталинизма. Дело в том, что, несмотря на все ужасы сталинизма, это было подлинное народовластие, это было народовластие в самом глубоком (не скажу, что в хорошем) смысле слова, а сам Сталин был подлинно народным вождем. Народовластие – это не обязательно хорошо. Зверства сталинизма были характерным выражением народовластия в тот период. И этому ничуть не противоречит то, что одновременно это было и насилием над самим народом. Народный вождь – это не обязательно мудрый и добрый человек. Иногда народные вожди бывают отпетыми мерзавцами. И иногда сами они глубоко презирают народ, ибо знают, что такое народные массы в реальности, а не в книжках и в доктринах. Именно Сталин, а не Ленин был народным вождем, ибо у Ленина тех гнусных качеств, какие приписываются Сталину, было недостаточно, чтобы стать народным вождем.

Чтобы ответить на вопрос о сущности сталинизма, надо установить, чьи интересы выражал Сталин, кто за ним шел. Почему моя мать хранила портрет Сталина? Она была крестьянка. До коллективизации наша семья жила неплохо. Но какой ценой это доставалось? Тяжкий труд с рассвета до заката. А какие перспективы были у ее детей (одиннадцать душ!)? Стать крестьянами, в лучшем случае – мастеровыми. Началась коллективизация. Разорение деревни. Бегство людей в города. А результат этого? В нашей семье один человек стал профессором, другой – директором завода, третий – полковником, трое стали инженерами. И нечто подобное происходило в миллионах других семей. Я не хочу здесь употреблять оценочные выражения «плохо» и «хорошо». Я хочу лишь сказать, что в эту эпоху в стране происходил беспрецедентный в истории человечества подъем многих миллионов людей из самых низов общества в мастера, инженеры, учителя, врачи, артисты, офицеры, ученые, писатели, директора и т. д. и т. п. Не играет роли проблема, могло бы или нет произойти нечто подобное в России без сталинизма. Для участников процесса это фактически происходило во время сталинизма и, казалось, благодаря ему. И действительно, во многом благодаря ему. Вот эти миллионы людей, вовлекавшие в сферу своих переживаний миллионы других, и явились опорой и ударной силой сталинизма. Конечно, не только реальные успехи людей, но и иллюзии играли тут роль. Но иллюзии не насчет марксистских сказок (в них верили мало), а насчет очень простых вещей: улучшения бытовых условий и душевных отношений между людьми. Для меня и многих моих сверстников отдельная койка с чистыми простынями и трехразовое, регулярное питание казались пределом мечтаний. Хотя многие из нас не верили в марксистские сказки и понимали суть реального коммунизма, но и у нас были надежды на эту отдельную койку и сытный обед. Эти надежды пересиливали наше негативное отношение к нарождающемуся обществу. Хотели мы этого или нет, они связывались с именем Сталина. При оценке личности надо учитывать не только ее субъективные качества, но и то, как она отображается в сознании окружающих. А Сталин в сознании окружающих отображался не только и не столько как мерзавец, сколько как символ этого великого процесса. Это была серьезная история, а не просто насилие кучки жестоких злоумышленников над добрым и обманутым народом. Народ обманут не был. Не забывайте, что в самих массовых репрессиях сталинских времен, в которых пострадали миллионы простых людей, принимали активное участие миллионы других простых людей, причем одни и те же люди часто играли роль палачей и жертв. Эти репрессии тоже были проявлением самодеятельности широких масс населения. И теперь трудно выяснить, чья доля в них больше – доля высших злоумышленников во главе со Сталиным или доля этих широких якобы обманутых масс населения. Жертвы сталинизма – это лишь половина правды о нем. Есть другая половина, а именно та, что жертвы были помощниками и соучастниками своих палачей. Жертвы были адекватны породившей их эпохе. Ужас эпохи становления коммунизма состоит не столько в факте жертв, сколько в том, что получает преимущества, отбирается и выживает тип человека, готового пойти на жертвы и сделать своими жертвами других людей. Сталин был ярчайшим выразителем этой психологической революции. Мне кажется, что сталинские репрессии принесли Сталину больше божественного почитания, чем его неуклонная политика ежегодного копеечного снижения цен на продукты питания.

Сталин был преемником Ленина, а сталинизм – преемником ленинизма. Есть различные мнения об их взаимоотношениях. Одни говорят, что Сталин был верным учеником и продолжателем дела Ленина. Другие говорят, что Сталин изменил делу Ленина. Думаю, что те и другие по-своему правы. Но тут есть иной разрез понимания, который более существен для оценки Сталина и сталинизма. Я различаю две струи в том потоке жизни, который пронесся в Советском Союзе в результате революции, а именно – струю конкретно-историческую и струю общесоциологическую. В первой из них люди влезали на броневики, размахивали маузерами, захватывали телефонные станции, ставили к стенке, носились с шашкой наголо и с криками «ура»… Это было на виду. В другой струе в это время тихо и незаметно зрело новое дитя – будущее коммунистическое общество. Оно зрело самым прозаическим образом: создавались бесчисленные конторы и должности, рос и дифференцировался аппарат власти, запуская свои щупальца во все клеточки общества, присваивались чины, распределялись жизненные блага… Когда лавина драматической истории унеслась в прошлое и поднятая ею пыль осела, стало ясно, ради чего на самом деле произносились речи, сверкали клинки, гремели крики «ура». Реальное новое общество с его дотошной системой власти и управления уже родилось и выдвинуло на арену истории своих подлинных деятелей. Так вот Ленин и его гвардия представляли первую струю процесса, а Сталин со своими сообщниками – вторую. Почему-то, говоря о Ленине, считают уместным слово «гвардия», а говоря о Сталине, употребляют слово «сообщники». С именем Ленина связан лишь предреволюционный период истории партии и период физического выживания страны с младенцем нового общества во чреве. С именем Сталина связано становление нового общества, превращение слабого зародыша в могучее зрелое существо. Могучее, подчеркиваю, не обязательно хорошее. Крокодил, как известно, силен, но приятности в нем мало, если не считать того, что его шкура годится на дамские сумочки. Ленин есть предыстория реального коммунизма. Реальная же, собственная история коммунизма начинается со Сталина. Именно этим, а не отрицательными личными качествами объясняется победа Сталина и его сообщников (не гвардии, конечно) над Троцким, Зиновьевым, Бухариным и прочими болтунами из ленинской гвардии (само собой разумеется). Дело тут не в уме одних (Сталин, говорят, был куда глупее Троцкого) и в глупости других (Троцкий, говорят, был куда умнее Сталина). Дело в стечении обстоятельств. Дело в том, какие социальные силы выходили на арену истории и захватывали инициативу в миллионах клеточек жизни гигантского общества. Сталинизм, а не ленинизм есть наиболее полное проявление сути коммунизма. Ленинизм есть лишь подготовка к сталинизму, есть лишь зародыш его, а еще точнее – лишь место, в котором зрел зародыш. И его постигла участь, какую он и заслужил исторически. Между прочим, мне недавно довелось перечитать некоторые сочинения упомянутых выше противников Сталина. Я не заметил абсолютно никаких интеллектуальных преимуществ их перед Сталиным. Я не хочу этим сказать, что Сталин был умен. Я хочу этим сказать лишь то, что его противники не были умнее его.

Раз уж речь зашла об уме, самое время сказать несколько слов о Сталине как теоретике. Общепризнано, что Сталин якобы вульгаризировал марксизм. Но поставьте такой вопрос: что нового внесли советские философы в марксизм после смерти Сталина, если отбросить их безудержное словоблудие и всяческие пустячки? Попытайтесь беспристрастно ответить на этот вопрос, и у вас, может быть, зародится сомнение в уместности тут слова «вульгаризация». Конечно, тут имела место какая-то вульгаризация отдельных мыслей основоположников марксизма. Но только ли это? И вульгаризация ли это на самом деле? О вульгаризации можно говорить, если первоисточники представляют собою вершины (или глубины?) премудрости. Но если рассмотреть эти первоисточники доскональным образом с точки зрения строгих научных критериев, то обнаружится, что и вульгаризировать-то нечего было. Было что очищать от словесной шелухи. Было кое-что, чему можно было придать удобоваримый вид, пересказав нормальным человеческим языком. Но вульгаризировать? Я не знаю, был ли Сталин сам автором приписываемых ему сочинений. Но одно я знаю определенно: сочинения Сталина и явились той живой мышью, которую родила гора текстов марксизма. Из последних для нужд великой идеологической революции, происходившей в стране, просто нельзя было выжать больше. А в качестве идеологических текстов, рассчитанных на миллионные массы населения с очень низким культурным уровнем, сталинские сочинения были наилучшими изо всего того, что было написано в марксизме. Приписываемая Сталину работа «О диалектическом и историческом материализме» на самом деле явилась вершиной марксизма как идеологии, фактически до сих пор в Советском Союзе в основе всей идеологической работы, так или иначе, лежат результаты идеологической революции, осуществленной по крайней мере именем Сталина. Если хотите постичь самое глубинное содержание марксистского учения, прочитайте сочинения Сталина. Это нелепая иллюзия, будто в марксизме еще остались некие интеллектуальные высоты и тонкости, замолчанные или искаженные вульгаризаторами, будто существует некий истинный марксизм, не имеющий ничего общего с мрачными проявлениями его в качестве государственной идеологии коммунистического общества. Конечно, в сочинениях основателей марксизма есть кое-что, что может быть истолковано как явление высокой духовной культуры. Но это «кое-что» не есть специфический продукт марксизма. Это заимствовано у предшественников и современников, главным образом – в форме их погромов. Кстати сказать, погромы противникам, которые учиняли Маркс, Энгельс и Ленин в своих сочинениях, послужили своеобразной подготовкой для сталинских погромов в реальном коммунистическом обществе, победившем под идеологическим знаменем марксизма. Сталин был самым подлинным и верным марксистом. Когда ему отводят роль дьявола в сонме ангелов марксизма, то тем самым не очищают некий светлый марксизм от черных пятен сталинизма, а лишь стремятся спрятать подлинную суть марксизма, с поразительной полнотой и ясностью раскрытую Сталиным и его соратниками.

В сталинский период сложились все органы тела коммунизма и четко определились их функции, были выработаны все ритуалы и образцы поведения. После смерти Сталина произошли, конечно, некоторые изменения. Хрущев, например, ударился в несвойственную Сталину, ужасающую болтливость и начал мотаться по белу свету. Но образ Сталина все равно довлел над его сознанием. Брежнев претендует на роль второго Ильича. По болтливости и по склонности к путешествиям он превзошел Хрущева, хотя по ораторским данным ему более подошел бы сталинский вариант. Но не требуется быть специалистом по психоанализу, чтобы заметить, что образ Сталина смолоду овладел душой Брежнева. Конечно, Хрущев пошел на разоблачение ужасов сталинизма, а Брежнев не отваживается на массовые репрессии даже против диссидентов, неслыханных в сталинские времена. Но есть ли это их личные качества? Антисталинистские настроения появились в стране и в партии задолго до хрущевского доклада. Последний в большей мере был итогом предшествующей истории, чем началом новой. Он был вехой в новой истории, а не движущей причиной. Движущие причины остались скрытыми. О них не хотят говорить даже диссиденты. Брежневский же «либерализм» также не есть личная его черта. Это – прочное завоевание господствующих слоев советского общества, которые лишь после смерти Сталина (т. е. с окончанием сталинского периода) почувствовали себя в безопасности.

В Советском Союзе официально считается, что в сталинские времена нарушались нормы партийно-государственной жизни, но что теперь с этим покончено. По этому поводу раздаются критические голоса. «Ничего подобного! – вещают эти голоса. – Упомянутые нормы и теперь нарушаются!» Эти голоса считают, что если в стране плохо, так, значит, нормы нарушаются. Но как официальная точка зрения, так и ее критика в данном случае лишены смысла. В настоящее время в стране плохо не вследствие нарушения норм партийно-государственной жизни, а вследствие их строжайшего соблюдения. Дело не в том, соблюдаются или нет нормы, а в том, что собой представляют сами эти нормы. А эпоха сталинизма была эпохой изобретения и утверждения этих норм. Дело обстояло не так, будто уже были некие нормы, когда пришел Сталин со своей бандой и начал нарушать их. Когда пришел Сталин, никаких таких норм еще не было. Они рождались и утверждались в том страшном процессе, который лишь впоследствии был истолкован как их нарушение. Нельзя было нарушить то, чего еще не было. Просто процесс становления общества имеет свои нормы, в соответствии с которыми вырабатываются нормы ставшего общества. Весь сталинский период проходил в точном соответствии с первыми.

Сейчас многие боятся поворота страны к сталинизму и связывают это с предстоящей реабилитацией Сталина. Страхи напрасны. Если реабилитация и произойдет, она будет половинчатой. Современные вожди коммунизма, как говорится, сами с усами, сами не прочь попасть в гении всех времен и народов. И им совсем ни к чему воскрешать конкурентов из страшного прошлого. А широкие массы населения сейчас уже лишены той власти над ближними, какою они обладали в сталинские времена. Эпоха буйного народовластия, к счастью, кончилась. А без самодеятельности массы населения никакой сталинизм невозможен. Я не хочу этим сказать, что в Советском Союзе не будет происходить ухудшение жизни. Наоборот, такое ухудшение очень даже возможно. Но не всякое ухудшение есть возврат назад. Оно возможно и на пути неудержимого движения советского общества вперед к светлым идеалам коммунизма. Та мразь, в которую устремляется советский народ, будет новым творческим вкладом в славную историю коммунизма.

В характеристику личности входит все, так или иначе связанное с нею. Слухи, сплетни, легенды. Даже анекдоты. Обратите внимание на такой факт: о Ленине сложилась целая серия анекдотов, в которой Ленин выглядит комически. Анекдотов о Сталине было много. Но в них он никогда не выглядит смешным. Сталин – фигура, для насмешек почему-то неподходящая. Хрущев комичен. Брежнев комичен. А Сталин – нет. Вроде бы и бояться его теперь нечего: смейся, сколько хочешь! А не получается. Ходит слух, будто Сталина убили. Я в этот слух не верю. Скорее всего Сталин умер, а его соратники просто боялись войти к нему мертвому. Они были жалкими трусливыми ничтожествами и негодяями. А сам он был среди них негодяем и ничтожеством выдающимся. Но он стремился построить коммунистический рай на земле и сделать всех людей подходящими для этого. А если из его замыслов выросла ужасающе мрачная мерзость, так это шуточки неподконтрольной истории, а не продукт преднамеренного умысла негодяя. Негодяйство вполне уживается со светлыми идеалами. Если последние хорошо оплачиваются, они даже светлее становятся. Сталин и его приспешники были негодяями, но негодяйство их особого рода: оно есть социальное негодяйство. Оно прет само из всех пор советского общества. Оно производится самим нормальным ходом жизни. Оно есть закономерный продукт светлых идеалов. Короче говоря, Сталин был адекватен породившему его историческому процессу. Не он породил этот процесс, но он наложил на него свою печать, дав ему свое имя и свою психологию. В этом была его сила и его величие. Не исключено, что молодежь еще будет когда-нибудь тосковать по сталинским временам. Народ (тот самый, якобы обманутый и изнасилованный) уже тоскует и встречает упоминание его имени аплодисментами. Но нынешние руководители страны и господствующие классы вряд ли допустят появление нового Сталина – новую угрозу их благополучию и безопасности.

Мюнхен, 1979

0

15

0

16

0

17

0

18

0

19

Курс Сталина - на спасение государства

Ныне принято исторический срок, последовавший за Октябрьской революцией, называть царствованием сил зла, десятилетиями тирании, тоталитаризма и т.д. Насколько правильна эта точка зрения? Насколько был неверен курс СССР, выверенный по Генеральной линии партии, определявшейся ее руководством?

НЕОБХОДИМОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РЫВКА

Современные теоретики рыночного общества утверждают, что остановись партия на НЭПе, и у России был бы шанс пойти по «цивилизованному» пути. С моей точки зрения, НЭП давал иллюзию восстановления, воскрешения из разрухи. Когда пришло время для трезвой оценки, выяснилось, что мировая система империализма не испытывала затруднений с залечиванием ран войны и отлаженный механизм рынка, поддерживаемый государственной стратегией, быстро гнали локомотивы Запада вперед. Перед СССР встала Необходимость рывка, определившая дальнейшую Генеральную линию. Нужно было вырваться из хронического отставания, нарастить хозяйственный и стратегический потенциал, дабы выдержать следующий натиск империализма, в котором руководство партии не сомневалось.

Еще Ленин после окончания гражданской войны говорил, что Россия выиграла большую передышку. Передышку, но не более. Существует элементарный метод просчета, позволяющий определить, через какое время тенденция экономического опережения поставит одну страну (или блок стран) над другой страной (или блоком стран) в положение, когда положение вторых становится критическим, за красной чертой стратегического проигрыша. Думать, что первые не воспользуются экономическим, техническим и военным превосходством над вторыми не приходится; война или захват последуют неизбежно, поскольку миром правят одни и те же законы, сверху донизу. Показательной диалектики на этот вопрос придерживался известный гений Никола Тесла: если один полюс наращивает потенциал на фоне падения потенциала полюса противоположного, между ними возникает движение, подобное движению тока в проводнике; в силу этого Тесла пытался снабдить своими открытиями в области военного применения энергий СССР, чтобы уравновесить потенциалы стран – когда потенциалы равны, война невозможна.

Полагаю, советские аналитики просчитали показатели экономического отставания России от блока мирового империализма и вывели то количество лет, которое имела Россия до следующей попытки ниспровержения советской власти.

До революции Россия занимала 5 место в экономической мировой иерархии, уступая США, Франции, Германии и Англии. Гражданская война отбросила страну далеко за рубеж 1913 года. Западные технологии совершенствовались, росла интеграция экономик. США, признанный мировой лидер, ушел уже далеко за уровень отсчетного довоенного года, и отставание нарастало в геометрической прогрессии. России в этой гонке грозила участь затертого аутсайдера. В ГП нет возможности помещать таблицы, поэтому только основные цифры:

СССР производил в 1928 году 4% электроэнергии по отношению к США, 9% чугуна, 8% стали, 30% х/б тканей. Штаты, конечно, за океаном, но и по отношению к ближайшей Германии цифры были не намного более радостными: 29% электроэнергии от объема, производимого в Германии, 24% чугуна, 29% стали.

Даже руководствуясь этими данными можно судить, насколько тяжело было положение СССР и сколько времени оставалось до войны. Я не думаю, что аналитики вывели число лет больше пяти. В докладе Молотова на ноябрьском (1929 г.) пленуме ЦК были даже такие слова: «Вопрос о темпах коллективизации в плане не встает… Остается ноябрь, декабрь, январь, февраль, март – четыре с половиной месяца, в течение которых, если господа империалисты на нас не нападут, мы должны совершить решительный прорыв в области экономики и колхозного земледелия.» («Методическое пособие по Отечественной истории для поступающих в Высшую школу МВД РФ», Хабаровск. 1996, ч.2, стр. 4).

Для рывка необходима мощная индустриальная база на имевшемся природном сырьевом базисе. Чтобы ее создать, Запад пользовался в свое время либо перекачкой средств из колоний, либо займами, либо тем и другим сразу. У России таких возможностей не было. Более того, до революции энергетику и сырьевую базу инвестировали иностранцы на 70-75%. Таким образом, для СССР задача усложнялась.

НЭП позволил восстановить разрушенное хозяйство, но отставание он сократить не мог хотя бы потому, что нэпманы вращались в сфере услуг, в области мелкого и кустарного производства, а в среднюю и тяжелую промышленность вкладывать средства им не дозволялось по идеологическим соображениям. Идеология построения общества без частной собственности, наживы и эксплуатации человека человеком диктовала невозможность перенесения отношений НЭПа на всю экономику. Безусловно, что-то одно должно было взять верх: либо идея классовой справедливости, еще далеко не укрепившаяся из-за отсутствия материально-технического фундамента, либо мир стяжательства, рынка и капитала, наступление которого в России приветствовали «веховцы» Струве, Бердяев и др.

ШАГИ, ПРОДИКТОВАННЫЕ РЕВОЛЮЦИОННОЙ НЕОБХОДИМОСТЬЮ

Если руководство партии, связавшее себя с революционной идеей, решило следовать ей до конца, это должно было неминуемо продиктовать следующие шаги:

1. Мощное хозяйство, способное поставить сильную армию и дать ей вооружение, предполагает свою независимую закрытую индустрию. Индустриализация может быть проведена только за счет внутренних ресурсов и продажи зерна, едва ли не единственного ресурса, пользовавшегося спросом за рубежом (плюс лес), за машиностроительную базу. Необходим полный контроль за внутренними ресурсами и их производством. Контроль должен быть централизованным, управление сосредоточенным, что предполагает…

2. …единую партию. Такой, увы, уже не существовало после оппозиционной смуты и соблазнов НЭПа. Чтобы ее мобилизовать, нужно очищение партии от людей, пропитавшихся мелкобуржуазной идеологией, от людей, чей революционный пыл либо остыл, либо не существовал, но имитировался. Партия не могла носить столь тяжкий груз на своей шее, она должна была от него избавиться, поэтому чистку 29 года приходится признать закономерной, необходимой. Последующие чистки являются крайностями и вызваны они были тиранией самой по себе в большей степени, чем стратегией развития страны. Чистка 29 года сопровождалась преимущественно изгнанием из партии, последующие – репрессиями. Итак, преследовалась цель дисциплинарно и идейно укрепленной партии, дабы ей быть способной проводить непопулярные меры, из числа которых первая…

3. …ликвидация мелкобуржуазной идеологии и ее носителей (кулаков) в с/хозяйстве, чтобы…

4. …организовать без помех колхозную систему. Последняя позволила бы провести отчуждение крестьян от продуктов своего труда, а значит иметь в руках стратегическое зерно, и контролировать производителей.

Кстати, именно коллективизация стала той чертой, которая разделила Политбюро окончательно. Те люди, которые и ранее высказывались за либеральные методы в революции, а именно Бухарин, Рыков, Томский, настаивали «гуманном», «поступательном» варианте. «Группа членов Политбюро (Н.И. Бухарин, А.И. Рыков и М.П. Томский) считали необходимым отладить механизм рыночной смычки между городом и деревней и в дальнейшем действовать строго на его основе. Конкретно они предлагали поддержать индивидуальное крестьянское хозяйство, изыскивая для этого дополнительные средства, в том числе за счет повышения налогов на деревенские «верхи»; нормализовать, а затем регулировать рынок посредством гибких, отвечающих хозяйственной конъюнктуре закупочных цен и маневрирования госрезервами; для создания резервов использовать закупки зерна за рубежом; активно развивать легкую промышленность. И лишь тогда, когда произойдет общее оздоровление экономики и, главное, будет обеспечен подъем сельского хозяйства, ставить вопрос о быстрых темпах индустриализации.

Позиция Сталина была принципиально другой. Кризисную ситуацию в экономике он рассматривал через призму сохранения важнейшего приоритета в хозяйственной политике – ускоренной индустриализации, открывавшей путь к развертыванию современного военно-промышленного комплекса и техническому перевооружению всего народного хозяйства» (Борисов Н.С., Левандовский А.А., Щетинов Ю.А. «Ключ к истории Отечества» М, МГУ, 1995 г). Я не могу отказать этому человеку в политическом уме, когда историки новой волны, слишком озирающиеся на Запад, спешат представить его пигмеем, только-то и способным принимать более сильную позицию и более верное чужое мнение за неимением своих собственных. Сталин не побоялся пойти на полный разрыв (как он выглядел, в этом уже сталинская манера поведения, деспотизм) с «корифеями ленинской мысли» типа Бухарина, следовательно, он не нуждался в их высоком уме.

Итак, до революции крестьяне производили 50% зерна, потребляли 60% (без кулаков и помещиков, державших крупное товарное производство зерна), в 1928/29 гг. производили 85%, потребляли же 80% зерна. На выкупленную ничтожную часть можно было только впроголодь кормить города, но не продавать зерно с целью инвестиций средств в индустрию. Понятно, что радикальный поворот в народном хозяйстве невозможен без радикальных реформ в с/х. Никто из идеологов этих реформ, похоже, и не думал о превосходстве колхозного метода над единоличным. Думали, как поставить крестьян под контроль и как изъять необходимое зерно, которое крестьянин скармливал скоту либо откровенно им спекулировал, пользуясь возможностями НЭПа. Ленинская идея постепенного вовлечения в кооперацию и колхозы по сути оказалось нежизненной. Для такого вовлечения нужен был своего рода манок в виде механизации производства, а трактора, сеялки и прочий с/х инвентарь должна была дать промышленность, чего сделать в полном объеме не могла без мощных вливаний и экстенсивного развития. «В 1928 г. на Кубани из 1026 новых колхозов только 19 имели тракторы. Да и другим инвентарем коллективы были снабжены не лучшим образом. Велико было количество слабых и мелких колхозов, нередко они распадались или происходили массовые выходы из них. В колхозах преобладала беднота...» (А.И. Колганов «Путь к социализму. Трагедия и подвиг» М., 1990). Промышленность не могла дать быстро этим несчастным объединениям необходимую технику, потому что ее развитие сдерживало единоличное крестьянское хозяйство. Круг замыкался, гордиев узел завязывался.

Применявшиеся госзакупки в 1928 году вместо 1300 млн. т. зерна дали всего 600 млн. т. Экспорт упал в 20 раз, и на нужды индустриализации ничего не оставалось. Деревня жила обеспеченно, сама съедая все, что производила. В городах ввели карточки. Это побудило в том же году руководство к внеэкономическим формам изъятия зерна, или к той же продразверстке. Применив «уральско-сибирский метод», удалось выбить излишки и дать для промышленности в 1929 году вдвое больше, чем в году прошедшем. Однако, крестьяне тут же уменьшили запашку земель, не желая «задарма» отдавать зерно, и уже в 29 году стало видно, что если дело пойдет такими темпами, то к 31 году вложения в индустрию придется прекратить. Разверстка – не выход, нужен действительный контроль, т.е. колхозы. Но на пути колхозов стояла мелкобуржуазная стена, главными камнями в которой были обладавшие наибольшей собственностью – зажиточные крестьяне.
Еще один важный момент. Правители, нагнетая атмосферу репрессиями зажимистого крестьянства, постоянно толковали о революции, о ее предательстве новыми колхозниками, пускавшимися на саботаж. Момент заключается в том, крестьянство по сути дела не участвовало в революции, да и в гражданской войне качалось между белыми и красными. Оно не болело революцией, и революция в идейном плане обошла крестьянина стороной. Потому он никогда не играл большей роли, нежели союзника рабочего класса, за что и получил землю в аренду. Этим даром революции он распорядился со всей корыстью. «...Через свободный рынок государственные органы оказывались не в состоянии поддерживать «смычку» с деревней. В мелком единоличном хозяйстве заработал принцип материальной заинтересованности, ориентируя крестьянина на наибольшую доходность. ... крупномасштабный экономический маневр единоличного хозяйства оказывал влияние на всю экономику страны. Самым опасным было замедление прироста зерна» («История Отечества» В.П. Дмитренко, В. Д. Шестаков и др. М., 1995, стр. 217-218) , потому что это было для крестьянина невыгодным, ибо личной выгодой он решил платить за дар революции. Мировая тяжесть и следовавшая за ней необходимость донесли крест революции и до него. И тяжким он показался, и несправедливым, и терять крестьянству надо было поболее, чем цепи рабочему. Потому таким болезненным был этот период.

Ликвидация кулаков – сказано в смысле не физического уничтожения этого класса, но условий для их существования. Платон в «Законах» ставит планку, выше которой не должно подыматься богатство, ибо ничего кроме вреда оно принести людям не может. Большая частная собственность убивает в людях граждан (гражданин – человек, осознанно входящий в государственное сообщество и принимающий обязанности, вынуждающие его к жертвам денег, времени, личного труда на благо этого сообщества), они становятся так или иначе противниками государства; неспособные жертвовать во имя всех, они семена смуты и раскола в обществе.

Другое дело – опережающий удар по кулакам. Обоснован он или нет, об этом ниже.

5. Содействовать пробуждению трудового героизма для обеспечения неслыханных темпов развития производства, содействовать рационализаторам и изобретателям. Голого энтузиазма, конечно, не было – люди не умирали от голода, затягивая гайки, не растапливали костры последними щепками, так что ленинская формула «не на энтузиазме непосредственно, но с помощью энтузиазма» вполне подходила к тому порыву. Материальная база образовалась с ликвидацией НЭПа, с реорганизацией крестьянства. Другое дело, что «планов громадье» вызывало распыление средств и затягивало ввод новых объектов...

6. Направить идеологические и финансовые средства в науку, на поиски новых открытий, технологий, на разработку уже имеющихся.

7. Централизовать управление трудовыми ресурсами для эффективного их использования в нужных направлениях. Централизовать управление финансовыми средствами и сырьевыми ресурсами.

8. Поставить развитие легкой промышленности на последнее место в ряду задач, отказать народу в удовлетворении потребностей сверх необходимых, дабы не распылять средства, а сконцентрировать их.

9. Построить поэтапный план достижения цели и довести его в общих чертах до трудящихся для убеждения, что цель достижима. Убедить массы, что будущее страны, будущее каждого – в их же руках: с помощь идеологии, литературы, искусства.

10. Ужесточить репрессивные меры в отношении идущих против генеральной линии.

Это логичные шаги, которые должны были последовать, и они последовали.

СЛЕДСТВИЯ ВЫБРАННОГО КУРСА

Конечно, коллективизация откинула страну назад – по потреблению на душу населения. Но ведь это не основной критерий, по которому судят о состоянии страны. Основным критерий все же является обороноспособность, которая складывается из многих факторов. Одним из факторов обороноспособности является социальный, и когда страна стоит на пороге бунта, ее иммунитет, сопротивляемость низки. Но в СССР был невозможен бунт, хотя множество мелких восстаний место имели. В 1929 году зарегистрировано 1300 мятежей («Трудные вопросы истории» // А. Солопов. Кого считали кулаком в 1924-1925 годах? стр. 100). Однако, все они были локальными, с одной стороны, а с другой, мятежники имели противовес как в лице рабочего класса, так и со стороны деревенской бедноты.

Как считает американский историк Х. Куромия, «поддержка рабочих обеспечила основу для существования сталинского режима, который вырос из революции… Сталин сумел заручиться поддержкой политических учреждений, коммунистов, комсомольцев, промышленных рабочих, направляя их против «классовых врагов» (В.П. Дмитренко «История России. XX век», стр. 352-353). Следовательно, режим твердо стоял на ногах и мог обороняться в случае агрессии. Руководство партии имело прикрытый тыл и могло смело проводить политику, продиктованную Необходимостью.

Да, с 1929 года для деревни начались трудные времена. Коллективизация отняла у крестьян большую часть хозяйства (скот, инвентарь) в качестве вступительного взноса в колхозы. Власть теперь имела полное право на продукты крестьянского колхозного труда. Она имела право на сам труд. Конечно, никакой выгоды (во всяком случае, до машинизации с/х, причем полностью этот процесс не был завершен до конца эпохи социализма) крестьяне от коллективного труда не получили, и средства механизации продолжали еще некоторое время быть дефицитом. Крестьянин слишком много ел и пил в свое время, теперь ему прописали диету с голодовкой. Производство зерна не увеличивалось, было принудительно сокращено потребление деревней произведенного продукта. Полученные таким образом средства были направлены на закупку оборудования для промышленности за рубежом.

Деревня была ограничена в потреблении примерно на 35% на душу населения. При этом идеологическими и иными средствами была увеличена производительность труда, что позволило сократить число работающих на земле на 15-20 млн. человек и перекинуть людские ресурсы на стройки народного хозяйства.

Индустриализация не проходила гладко. Как уже было отмечено, в 1929 году в городах ввели продуктовые карточки. Начался полет над пропастью. Хозяйственники на заводах и руководители строек зачастую не имели самого необходимого для отоварки карточек. Выезжали на энтузиазме, на «коммунисты – вперед», когда рабочие отказывались работать и покидали объекты. Сыграло отрицательную роль идеологическое ускорение, приведшее к увеличению планов. Планы принимались совершенно нереальные, наполовину необеспеченные материалами, сырьем и другими ресурсами. В силу этого ввод новых объектов индустрии задерживался. Страдало то же сельское хозяйство, недополучавшее трактора и иной инвентарь. Масштаб заложенного строительства был велик, и не без опоздания вложенные труд и материалы дали отдачу. Продовольственные карточки были отменены уже в 1935 году – полет состоялся. По различным показателям СССР преодолел качественное отставание от ведущих держав и по объему промышленного производства вышел на второе место в мире после США.

«Темпы роста тяжелой промышленности в предвоенные пятилетки были выше, чем за 13 лет развития России перед первой мировой войной (1928 - 1940)… За 12 лет советской индустриализации годичное производство чугуна и стали увеличилось в 4-5 раз…, угля почти в 5 раз…, нефти почти в 3 раза… Сократилось отставание от развитых стран по производству промышленной продукции на душу населения: если в 20-е годы разрыв был в 5-10 раз, то в конце 30-х гг. – в 1,5 - 4 раза. Причем, рост тяжелой промышленности осуществлялся невиданными доселе в истории темпами… СССР стал одной из трех-четырех стран, способной производить любой вид промышленной продукции, доступной в данное время человечеству. Беспощадный экзамен устроила советской промышленности война. И она его выдержала. Если в первую мировую войну России противостояли от 1/3 до 1/2 войск центральных держав, но она не смогла добиться решительного успеха, то во вторую мировую войну против СССР было брошено 2/3 - 3/4 вооруженных сил Германии и ее сателлитов, однако фашизм был разбит» (Там же, стр. 332-333).

То, ради чего были принесены неисчислимые жертвы, было отвоевано – сама жизнь России и ее народов. Ради этого можно было применять непопулярные меры, хотя бы они и не принимались частью крестьянства и многочисленной интеллигенцией. Не принимались тогда, не принимаются и по сей день.

КРАЙНОСТИ СТАЛИНСКИХ РЕФОРМ

При рассмотрении такого сложного вопроса нужно непременно различать необходимые меры от крайностей. Крайностей же при осуществлении генеральной линии было больше чем предостаточно, и именно они принесли дурную славу.

Репрессии и чистки (кроме чистки 29 года), избиение руководящих кадров не вытекали из заложенной причины. Они суть производные тиранического характера Сталина, и их нужно отделять от необходимых и верных шагов. Причем, коллективизацию считаю наиболее правильным шагом, даже с ее издержками, ошибками и прочим, ибо там, где путь прокладывается впервые, невозможно не ошибаться. Именно новый путь позволил достичь СССР военной мощи и выстоять перед Гитлером и К0. Иные уже имеющиеся пути и средства были неприменимы либо в силу конфликта с идеологией, либо из-за их медлительности. Требовался буквально полет над пропастью, и он был совершен.

Нет нужды оплакивать лишения и трудности, бедность и отчуждение от продуктов труда, ибо личное могло сгубить Россию, оставить ее слабой и тщедушной перед военной машиной Гитлера. Тем более что Россия имела особую судьбу, особую стать и отношение к ней западных держав во все времена за немногими исключениями было негативным. Ибо Россия была той преградой, о которую разбивались попытки Запада достичь в какой-либо чернейшей личности единоличной власти, единоличной тирании и устроить ад для всех народов. Была и остается, даже в настоящем неприглядном положении.

Одна из серьезных крайностей – раскулачивание. Обоснован ли был упреждающий удар по кулакам? Согласимся, вряд ли возможна коллективизация, или фактическое резкое обнищание крестьян, при оставлении кулацкого хозяйства, которое манило бы, агитировало уже одним фактом бытия за ч/с и против колхозов, побуждало бы к восстаниям. Конечно, кулаки добровольно не расстались бы с имуществом, за исключением прозорливых единиц. Равно верно и то, что кулаки, насильственно вовлеченные в колхоз, стали бы для него балластом и источником смут. С этой точки зрения упреждающий удар по кулачеству обоснован.

С другой стороны, нельзя решать за людей, потому что неизвестно, каким путем они пойдут. Сталинские методы не оставляли для зажиточных свободы выбора, заведомо обращая их всех во врагов. Зажиточным должна была быть предоставлена возможность вхождения в колхозы. Плохо то, что руководство не поставило перед крестьянами жесткой цели коллективизации, но оставило иллюзорную возможность единоличного хозяйствования. Следовало поступать честно и открыто: все – в колхозы. При отказе – репрессировать наиболее упрямых, подгоняя, образно, острием копья в нужном направлении. Не нужно здесь демагогии: о, как баранов. Человечество никогда не было чем-то большим, чем стадом, пастухи которого были давным-давно загрызены волками. Все это лесть энциклопедистов-атеистов и либералов Запада о ценности каждого человеческого экземпляра, и эта лесть вредна, она низвергает государства. В любом случае при честном ведении игры результат был бы более эффективным и повальные репрессии кулаков отпали бы за ненадобностью.

За одной крайностью следовал другой перегиб: отчуждение от продуктов труда было не только тотальным, но и смертельным, т.к. за саботаж крестьян, не желающих работать даром, из колхозов выгребали все подчистую, не оставляя ни на семена, ни на прокорм. В итоге – голодная зима 1932/33 гг. в Черноземье, унесшая от 3 до 5 млн. жизней. Это не то чтобы крайность, это бесчеловечность. Она пожала богатые плоды. Сталин с соратниками не были напуганы ни трагедией, ни возможным тотальным бунтом. Наоборот, репрессивная политика усиливается. Выходит указ «О охране социалистической собственности» от 7.08.32 г. Примерно за год по нему было осуждено 103 т. человек; из них к высшей мере приговорено 6,2%, к 10 годам 33%. В сочетании с репрессиями эти действия отбили у крестьян всякую волю к сопротивлению, подчинили в полной безнадежности.

Далее, раскулаченных помещали в ужаснейшие условия, чему множество документов в подтверждение. Но ведь это необходимая и дешевая рабочая сила людей, получивших статус поднадзорных смердов, т.е. лишенных гражданских прав преступников. Отчего было не предоставить им условия для жизни, поле деятельности и т.д.? Зачем надо было обрекать людей на голод, на эпидемии вследствие антисанитарии и скученности, на смерть от холода (раскулачивание и вывоз кулаков начались зимой)? Если человек недостоин имени гражданина, он должен приносить пользу в качестве государственного раба, грубо говоря. Но и рабы нуждаются хотя бы в минимуме, в котором зачастую отказывали раскулаченным. Это – крайность.

Так и раскулачивание: оно проходило по планке владения имуществом, причем, имущественный ценз, обрекавший на раскулачивание, не делился, похоже, на всех членов семьи. Почитайте «Поднятую целину» Шолохова, момент с раскулачиванием Титка – 11 человек, из них 7 детей!!! Титок хватает железную занозу, в полной ярости – такая же ярость охватывает читающего на Давыдова и его банду. За что людей на смерть? За то, что Титок гнулся от утра и до ночи, ломая горб?

И так практически в каждой области – необходимость соседствовала с крайностью, вызываемой тиранией, мудрость – с диким азиатским невежеством, справедливость – с вероломностью.

Все же, крайности нужно отделять от Необходимости, тогда события приобретают логику и суровую красоту. На всех этапах существования Советской власти разум соседствовал с неразумностью, и последняя порочила верные решения. Вывод прост: 7 десятков лет прожиты не зря, и их нельзя назвать эрой владычество темных сил, как это ныне принято. Исторические маски обманчивы, и часто за маской тирана скрывается великая личность, ведомая Необходимостью, а за маской демократа, либерала и человеколюбца – хилое и предательское нечто, влекущее страну к гибели.

0

20

0

21

О великой сверхзадаче 1941 года - Гений Сталина
http://s013.radikal.ru/i325/1011/41/06bbc8a2d4aa.jpg
Две войны в российской истории, 1812-1813гг. и 1941-1945гг., удостоились великой чести быть провозглашёнными Отечественными. Их сближает и значение в национальной судьбе евразийских народов, и многие внешние детали и обстоятельства, да и некоторый совпадающий внутренний смысл событий.

Они — явления международные, особенно вторая, и глубоко национальные, интимно-тайные; прокатившиеся в громе — и тишине, в явленности — и мраке.

Можно сказать, мы так и не знаем, даже привлекая художественно-психологический гений Льва Толстого и изумительную военную одарённость Карла Клаузевица, величайших мыслителей тайны духа и Молоха войны, писавших о 1812 годе, — что думал и положил в своей душе М.И.Кутузов на Бородинском поле, с чем он ехал к армии за пару недель до того и какой мерой оценивал он события, когда гнал и щадил, истреблял и пособлял Наполеону на страшной Смоленской дороге, уничтожал дивизии и корпуса, губил тьмы и тысячи к выпускал последний десяток, сотенку, конвойчик.

Мы не разгадали даже очевидных, наяву и зримо поставленных загадок 1812 года:

—  причины выдвижения Шевардинского редута на Бородинском поле;

—  явную нецелесообразность распределения сил между Барклаем и Багратионом;

—  и наконец, в связи с этим, как же всё-таки собирался осуществить «своё» сражение М.И.Кутузов без вмешательства провидчества Наполеона и насколько французский военный гений нарушил  эти замыслы,  и  нарушил ли  вообще,  если  оно  состоялось  и  имело обескураживающий результат.

Великий военный мыслитель, замечательный умница гегелевского типа Карл Клаузевиц, подводя итоги исследования войны в своей работе «1812 год» и с научной добросовестностью установив и доказав, что действия русского главнокомандующего были зачастую неправильны, в основном неглубоки и нередко хрестоматийно ошибочны, завершает её ёрнической фразой, показывающей его превосходство как исследователя и честного наблюдателя над ослеплёнными собственными построениями педантами-критиками «...Но если в результате этих ошибочных действий Наполеон потерял 450 тысяч войска, всю конницу и артиллерию и вернулся в Европу едва с 10-12 тысячами боеспособной массы, значит Кутузов поступал правильно, даже и вопреки стратегии».

Мы крайне мало осознали М.И.Кутузова в единстве разнородного богатства всей его деятельности; где и когда он поступал не как европейски образованный генерал, а как мудрый старец-вождь, знающий своё беспокойное племя (о чём очень проницательно пишет Клаузевиц «с точки зрения стратегии Бородино было поражением — Кутузов объявил о победе, и учитывая воздействие его манифеста на общество, надо признать, он лучше знал свой народ»); мы только нащупываем и мямлим, что в действиях великого старика был не только военный, но и политический смысл, без вскрытия и оценки которого нам не ясна вполне вся картина войны; мы не знаем, как сказалась на них Павловская доктрина русско-французского альянса начала 1800-х годов, одним из немногих преданных сторонников императора — творца которой был М.И.Кутузов — мы не знаем многого!

Но главное содержание военной драмы лета 1812 года установлено и очевидно — используя территориальный фактор, обеспеченный глубоким укрытием жизненно важных национальных центров внутри государства и нечувствительностью феодально-сословного населения к буржуазно-либеральной пропаганде, раскатать французскую армию по великой восточно-европейской равнине среди враждебного ей по духу (вспомните рассказ Стендаля «Штурм редута», который интендантом Анри Бейлем прошел кампанию 1812г.), вере, языку, обычаям, темпераменту населения, завлекая вглубь страны и там обрушить на неё, ослабленную непосильной коммуникационной линией, решающий удар. Об этом говорил в 1811 году Александр I Коленкуру, это знал и явил в своих действиях разумный и твёрдый М.Б.Барклай-де-Толли, это тем более было близко М.И.Кутузову, в своей военной практике, ещё в пору Австрийского похода обнаружившего особое дарование к использованию времени и пространства — это в тесной-то Европе! Теперь у него был в распоряжении весь Евразийский континент... И только одна заноза впилась в фалду его сюртука и в сердце — Москва! И он её вырвал — только когда? После потери Смоленска? Или только после Бородина? Было ли оно ритуальной гекатомбой или чем-то более великим, утверждением в национальном самосознании традиции «За Москву враг всегда платит!»; или преобладали чисто военные соображения, привлекая внимание Наполеона перспективой генерального сражения, увлечь его к одному пункту, скрыв другие цели и возможности, оторвав от опасных, по начальному превосходству завоевателя,  действий на периферии — ведь по итогу из 600-тысячной армии в августе активно действовали где-то 160-180 тысяч, а потом и менее 100 тыс... Крылья замерли и опали, что полностью освободило Витгенштейна и Чичагова для выхода на коммуникации основной московской группировки Наполеона... А может, и всё вместе — но общий смысл событий был очевиден!

Грандиозная драма 1941-45гг. была бесконечно выше, величественней, надрывно-предельней, — можно сказать, что все события Первой Отечественной, от неманской переправы утра 12 (24) июня до Малоярославского поля, отложились в её первом году — а впереди было ещё четыре...

Но как мало, смутно, несообразно непропорционально знаем мы о смысле этого первого года в отношении той чудовищной горы фактов едва ли не о каждой минуте этих дней лета — осени 1941г. Ошеломляющий поток событий не прояснен, не упорядочен, не вскрыт в основе своего стержня, той единой пронизывающей ноты, что касается содержания всех событий и, неуловимо гениальная, меняет их смысл относительно внешней данности и приводит к итогу, ещё более обескураживающему, чем Бородино. Мы были несомненно и безусловно поражены летом 1941 года, наша кадровая армия мирного времени, в значительной своей массе с двух-трехлетней выучкой, многочисленная, добротная, богато снабжённая техническими средствами была разгромлена, а соотношение потерь убитыми и пленными (800 тыс.-ЗЗОО тыс.) — классический, хрестоматийно затасканный показатель надлома воинского духа — прямо свидетельствовал о далеко зашедшем пораженчестве (сравните Бородино 1812 года — 43500 убитых и 1000 (!) пленных). Далее уже были истребительные батальоны, ополчение... и вдруг чудо 4-6 декабря, когда войска, терпевшие поражения при полугора-двухкратном превосходстве громят равного и даже большего по численности неприятеля, когда в хаосе выступила воля, а безумная буря опала, открыв завершающий неожиданный итог.

Что было тем фактором, вокруг которого и за обладание которым происходила главная скрытая борьба, та невидимая коллизия событий, которая подводила к моменту, когда висящее на сцене в 1-м акте ружьё выстрелило в 4-м?

Можно сказать, что всё написанное о 1941 годе есть просто «бессмысленная» регистрация событий, что было там-то и там-то в то-то и то-то время, а бессильное теоретизирование, скорее раздражает своей беззубостью, лучше уж простая констатация фактов типа «что дождь идёт летом, а снег зимой», она, по крайней мере, показывает зияющую пустоту обобщений, подвигая на более глубокие размышления, нежели те, что есть в наличии, те, что, не проясняя смысла события, топят его в глубине пустословного моря.

Да,   Великой   Отечественной   не   повезло  —  её   не   живописал   Лев   Толстой,   в   её хитросплетениях не разбирался Клаузевиц, её скорее брали количеством, а не качеством авторов; отечественная историография находилась на откупе у сонма узурпировавших её тему политиков, тянувших одеяло событий на себя, один под Киев, другой на Малую землю; западная историография старательно-пристрастно замалчивала, боясь раскрыть её значение во всемирном масштабе более, нежели естественных аберраций и бессмыслиц отрабатываемой концепции всемирно-исторического процесса 40-50гг., возникавших вследствие неучёта её фактора (характерно название американского сериала о Великой Отечественной войне в 1980-х годах «Эта неизвестная война на Востоке»).

Но та дикая галиматья, в которой оказалась отечественная политика и история в конце 20-го века, та явленная нам картина Бедлама всех институтов и идеогем настоятельно требуют историософски, а не исторически, то есть с точки зрения того, что было истиной в отличие от того, что представлялось истиной когда-то для участников событий, осмыслить подоплёку драмы лета 41-го года, когда накренилась вся великая плита евразийской государственности и цивилизации, в обретении столь нужных нам уроков и ориентиров в условиях её нового крушения.

Кто был в центре событий 1941 года? Кто был Александром I и Кутузовым, Политическим лидером и Национальным главнокомандующим в одном лице? Кто был сознательным дирижёром или бессознательным какофонистом той мелодии, что разыгрывалась над великой восточно-европейской равниной? — Иосиф Сталин!

Именно от него как от центра надо исходить в попытке уловить смысл событий, здесь, вокруг него, они сгущались, стягивались, бугрились в шаржированной обобщённости, отсюда уходили, ослабевая и индивидуализируясь.

Какую главную для себя задачу решал и, как показывает итог войны, решил И.В.Сталин в отчаянные дни лета 1941 года? Что было для него тем рычагом, ухватившись за который он полагал изменить ход событий, — о чём никогда не говорил, не называл, и только изредка обрывал слишком назойливых комментаторов своих действий после войны, и особенно тех из них, кто проводил тождество его стратегии 1941 года кутузовской линии 1812-го — эта столь подходившая к утверждавшемуся стереотипу «величайшего полководца всех времён и народов» побасенка, кажется, его особенно раздражала, известно его высказывание, которое по смыслу её перечёркивает «наше отступление было не следствием свободного выбора, а тяжёлой необходимости».

Чтобы сделать какой-то вывод или, по крайней мере, отбросить кое-что из набравшейся исторической шелухи, особенно последних лет, следует рассмотреть хотя бы главные обстоятельства, предшествовавшие 1941 году, объективно или субъективно повлиявшие на принимаемые тогда решения и проводимые действия, — иные из них уже сами отбросят часть вороха околонаучных домыслов.

Зададимся и ответим на несколько вопросов.

* * Была ли для Сталина 2-я Мировая война неожиданной в общем плане?

Позвольте напомнить в век дилетантов с лагерно-математическим, танково-идеологическим и органно-философским образованием, в настоящее время предъявляемыми обществу как «историки», на худой конец как «мыслители» ряд прописных для цензового профессионального преподавателя курса гражданской истории фактов генезиса 2 Мировой войны.

1915 год — в секретном меморандуме членам кабинета министр иностранных дел Великобритании лорд Э.Грей доводит до сведения коллег, что целью Англии на послевоенный период является безусловное недопущение России к Черноморским проливам, только что ей обещанным. Это делало неизбежной военную схватку между двумя державами в обозримом будущем. Даже слабая, трусливая итальянская буржуазия, «не допущенная» после войны на Балканы и в Африку, ответила Англии и Франции Бенито Муссолини и войной — тем более неизмеримо более могущественная российская буржуазия. Новый раскол мира был заявлен.

1916г. — Германский Генеральный Штаб (знаменитый. Большой Штаб Мольтке и Шлиффена) приходит к выводу, что изменившиеся цели Германии — слом национальных суверенитетов в Европе и установление безусловного германского преобладания — не могут быть достигнуты в идущей мировой войне и необходима еще одна всемирная схватка. Нельзя не восхищаться непреклонной последовательностью этих парней — ещё не кончена одна война, гремит тысячеголовая артиллерия на Сомме — а они планируют новую! Да что там планируют — начинают готовить! После войны победители были очень озадачены, обнаружив огромные высеченные штольни в скальных кряжах Лотарингии и непонятный канал, начатый постройкой в Бельгии. Только в 1945 году, когда все документы Большого Штаба стали доступны обозрению, открылось, что Лотарингские подземелья предназначались под стратегические накопительные склады боеприпасов 2-й мировой войны, а по бельгийскому каналу в её случае должна была быть подвезена сверхтяжелая артиллерия на баржах для организации береговой обороны и бомбардировок Англии.

1921г. — В.И.Ленин, оценивая в канун Генуэзской конференции угрозу совместного выступления капиталистических держав против Советской России в случае неприятия ультиматума о долгах, устанавливает её беспочвенность, т.к. налицо глубочайший раскол западных стран, а отношения Японии и США на Тихом океане достигли такой степени антагонизма, что могут быть разрешены только войной.

1927г.  — Молодой капитан американской армии Д.Эйзенхауэр только что женившийся на очаровательной девушке и тяготясь небогатым офицерским жалованьем и службой в малярийных болотах Панамы, обращается с вопросом к своему начальнику, известному генералу Скотту, имеет ли перспективы армейская служба. Всю ночь при свете керосиновой лампы, расхаживая по палатке перед молодым офицером, маститый военачальник делает вслух оценку ситуации в мире и приходит к заключению — не позже 12 лет 2 мировая война неизбежна. Армейский опыт в этих условиях становится бесценным капиталом. Как известно, в 1939 году Д. Эйзенхауэр был единственным полковником американской армии, имевшим опыт управления бронетанковыми частями, что за 4 года подняло его от рядового старшего офицера до четырёхзвёздного генерала и главнокомандующего вооружёнными силами 12 государств в Европе!

1930г. — Имперский генеральный штаб Великобритании не продлевает своего очередного моратория «10 лет без войны», признавая её реальную возможность.

1934г. — Рейхсканцлер А.Гитлер ставит директиву перед военно-промышленными органами Германии начать непосредственную планомерную подготовку к войне, рассчитанную на 5 лет со сроком безусловной готовности, на конец 1939 года, которой подчинить все ресурсы, организацию, пропаганду. Это решение бесповоротно — если война не начнётся в указанный срок, Германию ждёт финансовый крах в том же 1939 году.

Само разнообразие свидетельств, из разных лагерей, от разных лиц, на разных уровнях — от политического до бытового, — отвергает предположение, что для И.Сталина в стратегическом плане война была неожиданна.

Ещё одна особенность в этих свидетельствах — война признавалась реальностью, её предвидели и Ленин, и Скотт не на основе анализа межсистемных «коммунизм — капитализм», а, оценивая внутрисистемные противоречия капиталистического мира, т.е. она не могла быть остановлена единоличной волей СССР, и не была ему генетически подконтрольна. Мог ли это не знать Сталин? Конечно, нет, вся его внешняя политика 30-х годов — восстановление концерта с «сытыми миролюбцами» старой Антанты. В этом и только в этом, в создании системы коллективной безопасности видел он гарантию предотвращения войны. И.Сталин, и его креатура М.Литвинов, безусловно, различали «застрельщиков» и «заднескамеечников» военного сползания 30-х годов, «демократов» и «фашистов». Это не была только «линия Литвинова», их близость была больше общепризнанной, ещё с 1900-х годов, когда М.Литвинов осуществлял в боевой организации

РСДРП(б) техническую, а И.Сталин организационную подготовку переброски оружия и проведения экспроприаций на цели революции, а позже сплочённо выступали против Л.Троцкого, который весьма проклинал Литвинова и Красина в своих мемуарах. В сущности, это было уже прямое сопоставление себя с одним из лагерей складывавшегося военного раскола мира.

Характерный эпизод 1936 года. 18 июля 1936г. начался фашистский мятеж против правительства буржуазно-демократического Народного Фронта в Испании. Уже через несколько дней стало ясно, что за спиной мятежников стоят Германия и Италия. Скорее всего, Сталин знал это с самого начала — в середине 30-х годов для нас в Берлине и Риме не было тайн. В начале августа 1936г. в Кремле состоялось крайне узкое совещание под председательством В.Молотова с участием И.Сталина, которое решало вопрос о целесообразности вмешательства в испанские события и возможных формах помощи ей. Общая политическая оценка была единой — Пиренейский полуостров становился испытательным полем фашизма, тем трамплином, откуда он начнёт свой прыжок на подрыв сложившегося равновесия в международных отношениях — и поражение его здесь, в самом начале агрессивного рывка, будет иметь самые благотворные последствия, в том числе и для СССР. Участники совещания, в основном, склонялись к мысли, что сама республиканская Испания, военная организация которой предельно ослаблена расколом общества с начала гражданской войны, а техническое оснащение замерло на уровне 1900-1914гг., боевой же опыт и традиции основываются едва ли не на испано-американской кампании 1898-1900гг., не сможет устоять перед согласованным вторжением двух первоклассных военных держав — Германии и Италии. Из двух возможных вариантов помощи:

—  ограничиться военным снабжением и посылкой добровольцев-инструкторов;

—  прямо включиться в события, направив экспедиционный корпус и взяв на себя военно-техническое обеспечение боевых действий республиканцев;

большинство высказалось за второе. Попутно выявилась политическая и техническая возможность посылки и поддержки снабжением экспедиционных сил в 5-7 дивизий, достаточных для обеспечения военного преобладания республиканцев и стабилизации международной обстановки вокруг Испании.

В этих условиях резким диссонансом прозвучало выступление маршала Тухачевского, ответственного за боеготовность РККА как начальника вооружений и председателя комиссии по военной реформе и уставам, заявившего, что штатные полнокровные соединения посылать в Испанию не следует, так как они «покажут там не только сильные, но и слабые стороны Красной Армии», что прозвучало, как заявление о неготовности вооружённых сил в боевом смысле, что совершенно не соответствовало действительности.

Вплоть до осени 1938 года РККА имела равноценную материальную часть с германскими ВВС при превосходстве над итальянскими. В воздушных боях основной советский истребитель И-16 17-го типа, имея равную скорость с лучшим немецким истребителем Ме-109В, превосходил его по вооружению и маневренности, обстановка начала меняться только с появлением в конце войны в Испании пушечного Ме-109Е. На земле же советские пушечные танки БТ-5 и Т-26 прямо-таки подавляли своим превосходством немецкие и итальянские пулемётные Tl, T2, «Ансальдо». Организация же немецких вооружённых сил в 1935-Збгг. была «детской», едва ли не «ясельной», что обнаружили страшные конфузы во время вступления в Саар и Австрию, после которых распавшиеся, из-за отсутствия опыта вождения войск комсоставом, дивизии по нескольку дней приходилось искать и собирать вдоль дорог с помощью полиции. Итальянская же армия — по старому генштабистскому анекдоту — во все времена существовала для того, чтобы было кого побеждать австрийцам.

Выступление Тухачевского оказало серьёзное действие, после него совещание «увяло», каких-либо решений принято не было, что означало фактическое принятие первого варианта «капельницы для умирающего». Воздадим должное нашему герою, в августе 1936 года Михаил Тухачевский отвёл от Адольфа Гитлера самую опасную в его восхождении угрозу потерпеть поражение, когда для германских элит он был ещё тёмной лошадкой, едва не выскочкой, и ещё не стал идолом германского обывателя. Но именно с этого совещания начался отсчёт его последних дней — Сталин поднял и держал его на таком посту не для того, чтобы в крайне острый политический момент узнать о неготовности армии.

* * * Осознавалось ли приближение войны И.В.Сталиным как некая реальность в составе прочих или как неотвратимая страшная неизбежность? Что было в его сознании: «Если будет... Если будет» или — «Будет! Будет! Будет!» Принимались ли в связи с этим меры «вообще», «по способности» или делалось абсолютно всё возможное в её предвидении?

Лучше всего об этом говорит материал структурного социально-экономического рывка СССР в 20-е — 40-е годы. Исключая, может быть, 1926-28гг., когда чисто военная сторона экономического строительства могла быть сведена к естественной модернизации вооружённых сил, всё межвоенное развитие общества и экономики происходило при ярчайшем высвечивании чисто оборонной, грядущей схваткой определяемой, задачи.

Все наши довоенные пятилетки имели специальную военную направленность. Так:

—       в   задачу"  1-й   пятилетки   (1928-32гг.)   ставилось   создание   вооружённых   сил, обеспечивающих превосходство над самой крупной военной державой капиталистического мира (в тот момент Францией);

—       в   задачу   2-й   пятилетки   (1933-37гг.)   ставилось   создание   военного   потенциала, обеспечивавшего превосходство над коалицией 2-3 крупнейших в военном отношении капиталистических государств при условии, что столкновение ограничится одним военным театром, Европейским или Азиатским;

—       в   задачу   3-й   пятилетки   (1938-42гг.)   ставилось   создание   военного   потенциала, обеспечивавшего превосходство над любой возможной комбинацией крупнейших в военном отношении государств капиталистического мира при любых вероятных вариантах борьбы на всех театрах военных действий.

Реальная схватка 1941-45гг. произошла — учитывая объединение почти всего военного потенциала Европы в руках Германии и постоянную, хотя и не осуществившуюся угрозу со стороны Японии — по промежуточному - «двухсполовинному» варианту, и итоги войны показывают, что планировщики 20-х — 40-х годов заложили в свои расчеты реальные цифры.

Более того, оборонной задаче было подчинено все остальное строительство. Все наши новые предприятия закладывались как производства двойного назначения — мирного и военного. Так:

—    заводы   сельскохозяйственного   машиностроения   проектировались   по   профилю авиационного;

—  заводы среднего машиностроения по профилю артиллерийского и миномётного;

—  автомобильные заводы по профилю производства бронемашин и лёгких танков;

—  тракторные по профилю средних и тяжёлых танков;

—  хлебные элеваторы как пороховые производства;

—  макаронные фабрики как производства ультрамедленногорящих порохов для дальнобойной и морской артиллерии;

—  папиросные фабрики как патронные производства;

—  патефонные заводы как производства мин;

—  часовые заводы как производства взрывателей.

На этих заводах заранее организовывались технологические потоки, комплектовалось оборудование, оснастка, создавались вспомогательные производства, укомплектовывался персонал инженерно-технических служб, сосредотачивались расходные и длительные запасы с учётом их обоих назначений.

Американские инженеры потешались над заказчиком, который требовал в проектах пролётов Сталинградского тракторного завода учесть 50-тонные нагрузки вместо обычных 5-7-тонных, что до крайности удорожало строительство, делало производство малорентабельным. Они не догадывались, что эти пролёты должны были принимать на себя не вес тракторов, а вес тяжёлых танков.

Все 10000 предприятий, построенные за две с половиной предвоенные пятилетки, были нацелены на оборонное производство, и, будучи не всегда рентабельны как автомобильные, комбайновые, тракторные, они были эффективны как артиллерийские, авиационные, танковые.

Такой планомерной, всеобъемлющей милитаризации промышленности и сельского хозяйства — ведь те же МТС это полная предмобилизационная готовность всего автотракторного парка страны — не знает всемирная экономическая история, и сверхусилия Германии 1935-39гг. на её фоне выглядят скромно.

В результате этой работы советская экономика приобрела фантастическую управляемость и маневренность, способность почти мгновенно развернуть военное производство. Если мобилизация промышленности Великобритании потребовала 22 месяца, из них 9 месяцев без прямого воздействия неприятеля, если экономика США, не затронутая войной, мобилизовалась за 36 месяцев, то экономика СССР, при прямом воздействии войны, мобилизовалась за 3-4 месяца по основным производствам и за 7 полностью. Никакой сверхэнтузиазм, штурмовщина, порыв не могли обеспечить такого результата без этой гигантской планомерной работы довоенных лет. И только при полном осознании неизбежности войны она могла быть принята, запущена и осуществлена.

И если бы она не была произведена в Советском Союзе, кто бы её произвёл в мире? А без неё — что бы остановило А.Гитлера и горевших энтузиазмом мирового господства панцер-бестий самой воинственной нации 20-го века? В этой работе, единственно возможной тогда только в СССР, закладывалось спасение мира — и только Одна Шестая могла её осуществить по состоянию, традициям, устремлениям общества и, добавим, провидению её вождя.

Крупнейшим стратегическим решением И.Сталина той поры стало резкое форсирование темпов индустриализации с начала мирового экономического кризиса 1929-32гг. Всемирная экономическая катастрофа резко осложнила обстановку для СССР. С одной стороны, крайне усилилась неустойчивость всего международного положения, мировая «теснота» капитала будила поиск «свободных зон» и «пространств», выносила на поверхность крайние шовинистические течения, получившие массовую социальную базу в лице выбитой из колеи, озлобленной против Государства, Бога и Соседа, массе.

С другой стороны, кризис в первый и последний раз открыл перед нами мировые рынки передовой техники и технологий, не завалявшихся, перезрелых — новеньких, пахнущих лабораторной краской и сверкающих конструкторской белизной. Бессилие ошалевших буржуазных государств, судорога зоологического пароксизма страха, пронизывающая капитал, раскрыла перед нами двери цехов, КБ, плазов, сняла занавески над кульманами, раскрыла лабораторные журналы.

В очередь на советские заказы стали «Ф.Крупп» и «Демаг», «Маннесманн» и «Пратт энд Уитни», «Рено-Кодрон» и «Фоккер», свои новейшие изделия предлагали на продажу Мессершмитт, Дуглас, Хейнкель, Кристи, Ройс — мировая техническая элита. Открывалась возможность выкачать весь задел из портфелей и мозгов Европы и Америки, но не далее 2-3 лет, положенных кризисом.

И Сталин это осуществил, бросив на приобретение бесценного опыта и оборудования временно оказавшегося бесхозным всё, до последнего грамма золотого запаса, экспортного килограмма зерна, штуки вывозимого яйца. В 1932 году в условиях, когда стихия кризиса начинает ослабевать, знаменуя конец режима доступности, он в последнем усилии вырвать из Запада всё, что только нужно и можно было взять, резко увеличивает продовольственный экспорт. В корче и ужасе умирающих голодной смертью детей, людоедстве безумного одичания взрослых шёл поток технического импорта этого года. Сама жестокость этого события, прямо утверждала — Сталин осознавал войну как данность неизбежную и неустранимую, только в безусловной уверенности мог он осуществить это действие — первую битву нескорой ещё военной драмы, более тяжёлую, чем грядущие сражения, которую он должен был выиграть у собственного народа, взяв у небогатых необходимое ради того, что ещё не осознавалось.

Но   поток   оборудования,   патентов,   технологий,   хлынувший   в   страну,   требовал инфраструктуры, корпусов, персонала — ждать возведения новых площадок, коммуникаций, образования квалифицированных кадров в разбуженных медвежьих углах значило на 3-4 года омертвить приобретённый капитал, заморозив при этом в существующем состоянии имеющийся потенциал изъятием огромных средств на импортные закупки, т.е. получить результат, обратный тому, которого добивались. То есть его приходилось устанавливать, развёртывать, пускать не в новых центрах на Востоке, итогов, работы которых следовало ждать через 5-7 лет (т.е. не ранее 1938-39гг.), а в старых на Западе, на существующих площадках, в районах концентрации рабочей силы, интеллекта, навыков, не уменьшая, а, увеличивая уязвимость территориального размещения военной промышленности, к западным центрам которой тяготели не только дореволюционные военные производства, но и привязывались новые, впервые развёртываемые, например, алюминиевые комбинаты Волхова и Днепропетровска, авиамоторные, танковые и авиационные производства Харькова, военная химия, специальная металлургия, тяжёлое машиностроение Запорожья, Мариуполя, Таганрога, точная механика Ленинграда, ограничивая их размещение на восток линией Волги. Это не было делом свободного выбора — это была диктуемая всем комплексом сверхиндустриализации в предельно краткий  (9-10 лет) срок необходимость и неизбежность.

Мы вступили в войну, имея 1-й в мире авиационный и танковый парк (16600 и 17300 единиц) и 2-й артиллерийский (63100 единиц — сказались последствия борьбы М.Н.Тухачевского с «морально устаревшим родом войск» вплоть до прекращения в 1934-35гг. всех опытно-конструкторских работ и закрытия артиллерийского КБ). Сколько танков и самолётов имела бы РККА на 22 июня 1941 года, если бы их производство вместо 1933-34гг. было бы развёрнуто в 1938-39гг., ведь с 1934 по 1939 год мы ежегодно производили только танков по 3-3,5 тысячи? И какого качества были бы наши конструкторы и их разработки, если даже при развёрнутом устоявшемся производстве понадобилось 5-6 лет, прежде чем они стали законодателями мировой танковой и авиационной моды (Т-34, KB и Ил-2 появились летом-осенью 1939 года)?

Давала ли эта лавина вооружений надежды на безопасность, связанную с чисто количественным фактором «да у них... — да у нас...»? Да! Но не сохранялось ли в осторожном и зорком уме ощущения какой-то шаткости, неустойчивости, необеспеченности такого положения, когда военная промышленность притянута к самой опасной западной границе, молчаливого присутствия того инстинктивного вопроса «А что, если...», который возникает вне какой-либо связи с обстановкой, не столько в разуме, сколько в чувстве, подобно тому, который начинает роиться при взгляде в пропасть даже из-за надёжного парапета: «А вдруг не выдержит?»

* * * Был ли Сталин способен оценить чисто военную сторону происходящих событий, увидеть в них иной смысл, нежели тот, что подсказывают военные советники; был ли он независим в своих выводах и на основе какого уровня представлений, знаний и профессионализма они основывались?

Становление профессионального революционера И.В.Сталина происходило в особой, не дискуссионной, а деятельно-практической обстановке Боевой организации РСДРП(б) (название условное — тех структур, которые технически обслуживали 1-ю, русскую революцию), где волевое и силовое начало было ведущим, а основное занятие представляло собой специфическую форму войны.

Гражданскую войну провёл «полевым членом» РВС нескольких фронтов, в том числе и 2-х главнейших, Южного в период наступления А.Деникина и Юго-Западного в период Советско-Польской войны. Стал известен как ведущий организатор успешной обороны Царицына в 1918 году и один из руководителей обороны Петрограда в трудных условиях 1919 года. Был одним из инициаторов создания, вопреки противодействию Председателя РВС республики Л.Д.Троцкого, крупного, манёвренного объединения — Первой Конной армии, — тактика которого была наиболее близка «глубоким операциям» мотомеханизированных войск будущего, формирование которых в 30-е годы почти во всех армиях мира происходило именно на основе кавалерийских соединений.

Но сам он более всего ценил и, кажется, считал «своей» операцию по штурму считавшихся неприступными балтийских фортов «Красная Горка» и «Серая Лошадь» летом 1919г., редкий для Гражданской войны, где главенствовала пехота и кавалерия, пример комбинированной операции разнородных сил со значительным составом технического элемента: сухопутных, флота, авиации, бронечастей, морской, наземной, воздушной и артиллерийской атаки.

В основном же всю войну он выступал как организаторско-волевое начало при специалистах-главнокомандующих, в отношении с которыми обнаружил большую психологическую наблюдательность. Его конфликт со Свечиным летом 1918г., в свете опубликованных недавно дневников последнего, представляется вполне закономерным. О диком, почти пещерном антидемократизме и ксенофобии царского генерала сохранились свидетельства слушателей военных академий 30-х годов, нередко сгонявших его с кафедры. Приходится напоминать об этом, т.к. данное лицо выставляется А.Солженицыным как «последняя надежда России» в 1917г., а его арест Сталиным в 1918г. объявлялся завистью «самодурствующего парвеню».

Всё же Сталин определённо предпочитал хозяйственно-управленческую работу, с увлечением взялся за неё в мирную передышку 1920 года, получив назначение начальствующим Уральской Трудовой Армией и крайне неохотно возвращался от неё «с повышением» на реввоенсовет Юго-Западного фронта.

Сталин не играл в «наполеончика», не находил себя в чисто военной области и уже вследствие этого как на Южном, так и на Юго-Западном фронте не подменял командующего А.И.Егорова и известное расхождение Юго-Западного на Львов (Егоров) и Западного на Варшаву (Тухачевский) фронтов, приведшее в военной части к неудаче Польского похода, было конфликтом не Сталина-Тухачевского, а Тухачевского-Егорова. Роль Сталина в нём иная, его обычная волевая поддержка своего командующего придала невероятную силу позиции Егорова, сделала его ошибку особенно губительной. Для самого Сталина она должна была стать уроком другого рода — никогда не обуславливать своего решения только доверием к кому бы то ни было; а итог любого мероприятия, как бы блестяще оно ни начиналось, определять лишь по его завершении.

Есть ли в его действиях последующей поры свидетельства такого вывода? А невероятная карьера М.Тухачевского в 30-е годы, при несомненной поддержке Сталина ставшего 1-м человеком в военной иерархии, исключая К. Ворошилова, у которого была иная роль — политкомиссара над армией. Сталин определённо учёл урок Польского похода и без шума, назначениями и продвижениями утверждал «чужого» Тухачевского над «своим» Егоровым.

Многие наблюдатели отмечали, что в 1942-45 годах Сталин становился придирчивым, строгим, выделяя ошибки и упущения в момент успеха того или иного военачальника, «ссаживая» его из состояния эйфории, и наоборот, становился снисходительным, доброжелательным к ним, если они попадали в тяжёлое положение, терпели не обусловленные их усилиями неудачи, поднимал дух и настроение, являя столь важное в момент уныния доверие. Это уроки 1941 года? По быстротечности событий там почти не было столь различимых примеров — в полной своей зримости такой был в 1920 году!

В межвоенные годы его связь с армией развивалась и принимает несколько иной характер — это не столько участие в повседневной жизни войск, сколько общие вопросы военного строительства, кадровая политика, уровень стратегии и доктрины. Он вёл державный корабль — военачальники заведовали его пушками. Для него военная проблематика начиналась в невидимой глубине угольных ям и трюмного чрева, для них с боевых рубок, погребов, появлявшихся неведомо откуда снарядов, механизмов, стволов. До испанских событий чисто армейская сфера обладала определённой автономией в рамках его интересов, присутствовала в них опосредствовано, через других лиц — К.Ворошилова, М.Тухачевского, Я.Гамарника. Можно утверждать, что он, постепенно нисходил с политического количественного уровня оценок в чисто военной проблематике к осознанию качественной определённости этой области, и если в 30-е годы он ещё не принимает участия в Киевских манёврах, так сильно продвинувших теоретическую мысль военного сообщества, то в 1939 году просит у Г.К.Жукова Боевой устав сухопутных войск, дошедший экземпляр которого сохранил множество следов его карандаша, а в 1940-м году присутствует на военной игре Генштаба, где являли своё мастерство К.А.Мерецков и Г.К.Жуков.

Из всего круга лиц, оказывавших воздействие на формирование его военных представлений, особо выделялись Б.М.Шапошников и М.Н.Тухачевский, хотя и в разных планах. Влияние Б.М.Шапошникова, которого немецкие источники 30-40-х годов называют «гроссмаршалом», «великим стратегом», равного которому Германия не имела со дня смерти Шлиффена, было постоянным и непререкаемым в течение всей жизни Бориса Михайловича, единственного в окружении Сталина, к которому он обращался по имени-отчеству вместо обычного «товарищ — фамилия». Теоретические труды и многолетняя деятельность Б.Шапошникова легли в основу развития мозга армии — Генерального штаба, он воспитал знаменитую «шапошниковскую школу» стратегов, к которой принадлежали А.М.Василевский, И.А.Антонов, М.В.Захаров, В.Д.Соколовский. Культура, благородная сдержанность, тактичная принципиальность военачальника оказывали большое влияние на Сталина и в личном плане, умеряя жестокие порывы его воли. В общении с Шапошниковым у него вырабатывались те формы отношений с высшими институтами вооружённых сил, что определяли способы принятия им решений в войне; по нему он вымерял и последующих руководителей Генштаба.

Отношение к М.Н.Тухачевскому (которого, кстати, Б.М.Шапошников недолюбливал, как недолюбливает серьёзный «работающий на войну» генштабист «играющегося в неё» кавалергарда)  было другим — между ними лежала широкая полоса личной несовместимости. Сталин не переносил самолюбования, игры способностями, внешнего артистизма с налётом барского снобизма, но в то же время отдавал должное дару проникновения самого молодого маршала, той обстановке творческой приподнятости, которую он умел создавать вокруг себя.

До 1936 года он устойчиво поддерживал все новации Тухачевского по армии, гасил вспышки острой неприязни между ним и Ворошиловым, не давал ходу скапливавшемуся «компромату» — прямых докладных записок на М.Н. к 1937 году набралось в его деле до полутора десятков — ,оценивал явные провалы последнего, например, борьбу против артиллерии и «бомбардировочную болезнь» середины 30-х годов как заблуждения схематического ума. Его собственные представления о войне вырабатывались как бы в критической переработке концепции Тухачевского и уже в 30-е годы обретали черты оригинальности. Будущая война рисовалась ему как война моторов — «моторы на земле, моторы на воде, моторы в воздухе» —  но при всех её хитросплетениях центральный её элемент бой, который, в отличие от Тухачевского, понимался им не как эпизод в операции, единственно неизбежный при прорыве линии фронта, а далее полёт разбрасываемых по карте стрел — а как её постоянное занятие, с первого до последнего дня.

С точки зрения оценки «по бою» складывалось его представление о техническом составе вооружённых сил и борьба за него, нередко принимавшая характер столкновения с увлечённым иными идеями военным ведомством. Следует вспомнить:

—   битва  за  штурмовики   (с   1936   по   1939гг.),   отвергаемые   3-мя   последовательно репрессированными главкомами ВВС;

—  битва за фронтовые бомбардировщики (не понимавшие их значения, влюблённые в тяжёлые машины конструкторы «осознали свои ошибки» только в заключении);

—    стойкое   сохранение   артиллерии   как   рода   войск,   обеспечивающего   огневое превосходство на поле боя от наскоков М.Тухачевского, о чём так много пишет в своих мемуарах В. Г. Грабин;

— внедрение толстобронных универсальных танков в состав вооружённых сил: вспомним, что Т-34 разрабатывался почти в тайне от отвергавшего его Автобронетанкового управления РККА, увлечённого идеями «автомобильных прогулок» на БТ в глубокие тылы противника.

Уже тогда он разбирался глубже в некоторых военно-стратегических проблемах, нежели специалисты-военачальники. Адмирал И.С.Исаков приводит крайне интересное свидетельство о редчайшей поездке вождя на Север — белой ночью ,находясь на мостике эсминца, Сталин в присутствии офицера в задумчивости, как бы для себя произнёс: «И что они говорят — Балтика, Балтика... Здесь, на Севере, надо строить флот». Это свидетельство нового понимания значения океанов для великой державы политическим деятелем И. Исаков запомнил на всю жизнь — в составе военно-морского командования той поры он подобного понимания не встречал.

* * * Было ли мышление Сталина догматическим, малоподвижным, утвердившимся в определённых схемах и не подверженным иным влияниям? Была ли его воля разновидностью маниакальной одержимости, как, скажем, у А.Гитлера, развившейся болезнью самоутверждения, которая заменяет естественный вид событий воображаемой картиной?

Сталин был рыжеватым шатеном 175 см. роста, крепкого телосложения, с правильным строгим, красивым лицом, отмеченным по низу щёк следами оспы. Был очень фотогеничен : привыкшим к штампу «кремлёвского горца» рекомендую поставить в рад фотографии Сталина, Троцкого, Бухарина тех лет и сравнить без предвзятости. Свидетельства кинофотоматериалов подтверждаются и воспоминаниями очевидцев 30-40гг. — назову только иностранцев А.Идена, Г.Гопкинса, Ш.Де Голля, У.Черчилля, Д.Эйзенхауэра — единодушно отмечавших его выразительный запоминающийся облик.

Имел физический недостаток — одна рука короче другой, последствия травмы в зрелом возрасте во время купания. Какой-либо физической неполноценности, психического комплекса от этого он не испытывал и, будучи заядлым любителем бани, совершенно спокойно демонстрировал своё тело посторонним людям, никогда не пытаясь уединяться. Из окружающих лиц какое-то значение придавал этому дефекту только его портной, который шил один рукав его френчей и мундиров короче другого — большинство этого даже не замечало. Полицейские карты внешнего осмотра арестованного и близкие ему лица начисто умалчивают о его «всем известной шестипалости».

Наблюдатели отмечали его исключительный слух и умение почувствовать тончайшее настроение собеседника, способность «разговорить» окружающих до полного раскрепощения; большие многогласные собрания ему нравились, он наблюдал за ними с приметным удовольствием, его личное соучастие в них было ощутимо, а его фразы, отмеченные особой точностью смысла, запоминались.

Имел хорошее базовое образование, был 4-м в выпуске Тифлисской духовной семинарии, дававшей гимназический курс по предметам общеобразовательного цикла. Каких-либо эксгибиционистских наклонностей во время учёбы, приписываемых ему позднее, не проявлял, о чём свидетельствует двукратное заступничество церковных властей во время первых арестов. Вообще «бытового иконоборчества» не проявлял никогда и в 30-е годы выговаривал А.М.Василевскому за разрыв с отцом-священником; на восстановление отношений с православной церковью в 1941 году пошёл легко и быстро.

По духовным задаткам был склонен к гуманитарным предметам, истории, литературе, в молодости писал стихи, по шкале оценок 1980-х годов «на республиканском уровне», т.е. достаточно талантливо. В семинарии изучал иврит, эллинский, латынь. Степень владения первыми неясна, латинских авторов, особенно Тацита, знал хорошо, о чём свидетельствует академик Е.В.Тарле, общавшийся с ним в 40-е годы. Какой-то особый интерес к античности, и именно к римской, подталкивал его внимательно следить за трудами Р.Виппера. Этот нараставший специальный гуманитарный интерес незадолго до смерти прорвался в его личном вмешательстве в дискуссию по вопросам языкознания, где он резко и обоснованно обрушился на вульгарно-социологические схемы культурно-исторического процесса Покровского-Марра, — вне этих внутренних пристрастий его вмешательство необъяснимо, искать в них иную, политическую подоплёку малоплодотворно.

Любимыми литературными авторами были Максим Горький, «Жизнь Клима Самгина» которого он перечитывал в разгар Московской битвы; Михаил Булгаков, в прозе которого он особенно ценил «Собачье сердце» и держал в своей библиотеке 3 экземпляра (1 рукописный), а из драматургии «Дни Турбиных», которую смотрел 15 раз в постановках разных московских театров наперекор заушательской критике Луначарского и Свидерского, «властителей дум» 20-30 годов. В то же время, «Мастера и Маргариту» ставил весьма низко, считая подражательским гоголевской мистической традиции набором талантливых эпизодов, не сложившихся в единое целое по слабости связующей философской канвы (и ей-ей, прав! Машинопись романа представляли органы «для решения»). Испытывал интерес к творчеству Николая Эрдмана, в частных беседах неоднократно упоминая пьесу «Самоубийца» как превосходную.

Из поэтов сразу и исключительно высоко оценил В.Маяковского, которого В.И.Ленин, например, едва терпел; выделял Б.Пастернака — и не за панегирики в свою честь; но особенно Арсения Тарковского, которого после войны резко отчитал за попытку перевести стихи «посредственного грузинского автора Иосифа Джугашвили» на русский язык как пустую трату ценного времени.

После смерти обнаружилось ещё одно его увлечение — собирал карикатуры на себя и особенно ценил, держал под рукой в ящике письменного стола лист «Панча», на котором он изображён в женском платке и юбке поверх галифе танцующим полонез с А.Гитлером.

Были ли эти разнообразные внешние проявления выражением безотносительного интеллекта или за ними таилась сложившаяся мировоззренческая глубина — ведь, например, его великий антагонист У.Черчилль представлял собой редкостное сочетание талантов и способностей, увы, на крайне тощей философско-прагматической основе? Одно частное замечание И.Сталина чуть приоткрывает завесу — как-то, говоря об академике М.Б.Митинё, он обронил фразу, что тот философ «полезный, но средний», т.е. выразился в оценочно-специальном смысле, с высоты того представления, которое носил в себе.

Как оригинальный самостоятельный комплекс это представление возникло вне академической школы, а развивалось на некоторых начальных философских посылках, вырастая в процессе практического миропостижения, и крайне интересно взглянуть на исходные пункты этого восхождения, полного результата которого мы уже никогда не узнаем.           

В «Кратком курсе истории ВКП(б)», который он вроде бы написал, но несомненно давал вводные и редактировал, бросается в глаза прямо-таки упоение гегелевской диалектикой. Материализм как общесистемное представление там заявлен, но богатство и страсть примеров  обрушены именно на диалектику. Она и особенно два её первых закона — объект его чувственного поклонения.

Являя ситуацию как калейдоскопическое сочетание разнородных процессов, противоречивых сторон, восходящих и нисходящих кратковременных и долговременных промежуточных форм, она вырабатывала у него привычку искать главное,  определяющее, т.е. формировала его мышление как аналитическое и логическое, а не интуитивное, можно сказать, что он был лучше защищён от самого изощрённого злонамеренного замысла, нежели от обычной глупости.

В то же время, воспринимая людей и события как явленный итог противоречий, он видел их в своём представлении шире и глубже общепринятого, ощущая присутствие скрытых закраин бытия, и в этом смысле мог понять А.Гитлера глубже и образней, чем Рузвельт и Черчилль, представления которых лежали в рамках количественной непрерывности, а всё не укладывающееся в неё, как этот ефрейтор — просто неприличный сатанизм, о котором можно только гадать.

И, наконец, следует сказать о наполняющей всё это несгибаемой неистовой внутренней силе, ожогами вольтовых разрядов гальванизировавшей ,окружающих. Ф.Шаляпин на всю жизнь запомнил то чувство возникшего тигра, когда Сталин в мягких сапогах прошёл через гостиную на встрече у М.Горького. У.Черчилль писал в мемуарах, что даже он, воспитанный в нелицеприятных традициях английского парламентаризма испытывал инстинктивное желание вскочить и замереть с вытянутыми руками по швам, когда советский лидер входил в зал очередной конференции. Впрочем, это не мешало двум заядлым «совам» с интересом общаться друг с другом до 2-3 часов ночи, но вряд ли усыпляло насторожённость советского вождя, 4 личных помощника которого сбежали на Запад.

0

22

*** Итак

Канун 2 мировой войны И.Сталин встретил в расцвете опыта, предвидения и воли, сложившимся военно-политическим деятелем, в полном владении всеми навыками государственного, политического и идеологического управления, в обострённом внимании зоркого, насторожённого интеллекта, в способности воспринять любую жестокую правду реальности и ответить на неё предельно беспощадным, ничем не ограниченным решением.

* * * * Как оценивалась угроза войны в  1939г. и насколько реально было оказаться втянутыми во 2 мировую войну с самого начала?

С середины 1938 года война уже не грезилась в пиренейском отдалении, а полыхала на территории СССР:

—   в июле 1938г. происходят бои у озера Хасан на Дальнем Востоке; начавшиеся с неудач— первые атаки у Хасана привели к гибели массы легкобронных танков на японском противотанковом рубеже;

—   в феврале 1939 года пала республиканская Испания; завершение борьбы приносит крайне тревожное известие — советская авиация утрачивает тактико-техническое равенство с ВВС вероятного противника, в последних боях новые немецкие пушечные истребители Мессершмидт-109 Е со скоростью 570 км/час бьют советские И-16 со скоростью 460 км/час;

—   в мае 1939 года начинаются крупномасштабные боевые действия у Халхин-Гола в Монголии, и опять неудачи; первые воздушные бои завершаются поражением советской авиации, вооружённой самолётами И-15 и И-16 первых серий;

На Западе вот-вот должен рухнуть польский буфер под ударами вермахта и тогда опаснейшая угроза войны на обоих театрах, Европейском и Азиатском, становится злободневной реальностью!

В июле 1939 года И.Сталин делает последнее отчаянное усилие создать систему взаимной безопасности в Европе на Англо-франко-советских переговорах в Москве, но когда обнаружилось, что в ответ на предложенные К.Ворошиловым 136 дивизий Англия (Дрэкс) и Франция (Думенк) готовы раскошелиться на 10-16, стало ясно, что с ними надо кончать.

* * * Была ли угроза войны с Германией летом 1939 года реальной и требовало ли действительное положение СССР той поры отсрочки военных событий; стоила ли она того, чтобы давать А.Гитлеру свободу рук в Европе?

Если бы не советско-германский пакт о ненападении, Гитлер в условиях японской поддержки на востоке бросился бы на нас несомненно — летом 1939 года он бросился бы на кого угодно, даже на Господа Бога в защиту попранных арийских прав Сатаны.

К лету 1939 года выполнение военной программы 1934 года поставило Германию, которая, в отличие от СССР, не обладала хозяйственной автаркией, на край экономической катастрофы — все ресурсы и источники поступления валюты были израсходованы, клиринговая торговля зашла в тупик, кредитные рынки исчерпаны. В мае министр финансов Шахт доложил рейхканцлеру, что с июня-июля будет вынужден начать приостановку платежей за кредиты и по краткосрочным обязательствам. Это означало неминуемый крах сначала экономики, потом режима:

—   германская промышленность не могла функционировать без шведской железной руды и т.д.;

—   немецкий транспорт не мог существовать без румынской, советской и прочей нефти;

—  германское население не могло обойтись без русского хлеба, а сельское хозяйство без жмыхов.

Только одна карта имелась на руках — не вполне готовый к полноценной войне, но уже обладающий мощным аппаратом вторжения вермахт.

Только одна перспектива оставалась у гитлеровской элиты — безоглядно ринуться в войну, которая снимет все долги и уничтожит всех кредиторов!

По условиям июля 1939 года налицо был «небогатый» выбор — либо Пакт, либо война на 2 фронта в условиях, когда Германия и Япония не будут изолированы от мирового сообщества и его ресурсов, а СССР окажется в политическом вакууме. И это в ситуации, когда испанские и дальневосточные события показали крайнюю необходимость срочной технической модернизации, а бои на Дальнем Востоке — и несостоятельность части высшего комсостава (В. Блюхер у Хасана, Фекленко на Халхин-Голе). Приходится напомнить сторонникам «демократической», «антифашистской» войны в 1939 году, что впервые бегство наших дивизий с поля боя мы увидели до 1941 года, на Халхин-Голе  (84 Пермская стрелковая), и это зрелище, вскрывшее низкую боеготовность запасных частей, настолько поразило присутствовавшего в районе конфликта маршала Г.Кулика, что он впал в пораженчество и стал требовать сдачи Халхин-Гола; только твердая позиция нового командующего Г.К.Жукова восстановила положение. В этих условиях Сталин проявил выдающееся чувство реальности, разом повернувшись навстречу той ситуации, что определилась летом 1939 года, отодвинув все сомнения, переступив через мгновенно опавшее «обожание» «мировой», «демократической» и прочей общественности и вырвав в условиях крайнего дефицита политических рычагов максимум из Пакта;

—      перемещение   западной   границы,   т.е.   грядущего   рубежа   вторжения   на   400-700 километров далее, мимоходом решив историческую задачу, недостижимую для русского царизма, — воссоединение украинского и белорусского народов;

—      и нарушил, как представлялось летом  1939 года, а в действительности расколол немецко-японское военное сотрудничество, усилив «морскую» антиамериканскую «партию» в противовес «сухопутной» антисоветской в правящих кругах Японии.

Неведение этих фактов равносильно признанию профессиональной несостоятельности к занятиям историей — не видеть их выдающегося исторического смысла и последствий могут только ангажированные «органчики».

* * * Ослабило ли заключение Пакта чувство военной тревоги у Сталина? Стал ли он полагаться на 10-летний (до 1949 года — по букве договора) мирный период? Факты показывают другое:

—  в сентябре 1939 года утверждена кадровая система прохождения службы в армии, в полном объёме восстановлена всеобщая воинская обязанность, что увеличило численность армии вдвое, а расходы на её содержание в 3,5 раза;

—    одновременно   введён   особый   режим   работы   в   промышленности:   начинается нарастающий перевод производств на выпуск военной продукции;

— резко ускоряется строительство заводов-дублёров на Востоке.

Куда, скажите, поместились те 1523 эвакуированньх предприятия лета-осени 1941 года — в коровники? кинотеатры? рестораны? — да, и туда тоже, но в ледяных пустынях Сибири легче найти ярангу, чем кинотеатр. ...В основном, в недостроенные, но с подведёнными пром-коммуникациями коробки заложенных в 1938-40 годах корпусов! Иначе при всём сверхуспехе эвакуации пуск производств через 3-5 недель на новых местах в Сибири и на Урале был невозможен!

Тревога Сталина нарастает с непередаваемой силой по мере успехов вермахта на Западе. Два его мероприятия, имевшие огромное значение для скорой военной поры прямо говорят об этом:

— летом 1940 года он вопреки мнению всего военно-промышленного руководства страны вводит запрет на производство старых образцов вооружений из уже имеющихся запасных частей и комплектующих и о переходе на выпуск только новейшей, даже и не вполне доведённой техники,  бросив свои известные слова «на старых самолётах легко летать, но их легко и сбивать», что означало омертвление огромных ресурсов, недополучение тысяч единиц танков и самолётов. Как показали будущие события, это решение оказалось правильным — и дело не только в том, что к 22 июня РККА получила 2650 новых самолётов и 1840 современных танков, но особенно в том, что переход на выпуск новейшего вооружения был завершён до войны, к весне 1941 года, и промышленность более не нуждалась в стратегической перестройке производства до 1945 года по модернизационному запасу принятых в 1939-40 гг. основных типов вооружений против немецкой, вынужденной начать этот мучительный процесс в 1942 году ввиду исчерпанности модернизационного запаса принятых в 1935-Зб гг. основных образцов вооружений; или английской, первые полтора года войны тяжело изживавшей имевшееся производство старого вооружения наряду с новым;

— в условиях невозможности преодолеть в краткие сроки превосходства Германии в выплавке алюминия (1-е место в мире), что обеспечивало её превосходство в выпуске цельнометаллических боевых машин, принял решение не на «долгий вариант» преодоления отставания строительством новых алюминиевых комбинатов, полагаясь на Пакт, а запустил «пожарное решение»  перейти в производстве самолётов на деревянные конструкции по типу разработок Фоккера, что позволило, подключив переданные 20 сборочных и 20 моторных заводов к имевшимся 6 авиационным и 6 авиамоторным, получить полуторное превосходство в мощностях авиационной промышленности над Германией уже к марту 1941 года.

В отрицательной части это решение означало 2-3-кратное сокращение сроков службы самолётов и оправдывалось только соображением, что в войне «век истребителей краток», при условии, что она рядом, иначе деревянные машины могут просто преждевременно сгнить!

* * * Допускал ли Сталин возможность войны в 1941 году?

А.М.Василевский свидетельствует, что в 1940-41 годах Сталин неоднократно говорил ему о перспективе войны «далее 42-го года мы в стороне не удержимся», подразумевая её внешне-принудительный к советской политике характер. На 1942 год была ориентирована и огромная военная программа 3-й пятилетки. Но война — действие двустороннее, а если Германия нападёт в 1941 году?

Ряд фактов говорит, что уже с середины 1940 года Сталин начинает оценивать обстановку как нетерпимо опасную:

—  прекращается строительство Стратегического Большого Флота и все силы и средства бросаются на краткосрочные военные программы;

—  принимается неслыханная программа формирования 25 танковых корпусов, и не в старой модели М.Тухачевского, тысячные стада «легкобронных скакунов» без какого-либо сопровождения других родов войск, а как объединения разнородных взаимодействующих на поле боя сил «огонь-броня-мотопехота» со сроком комплектации личным составом к лету 1941 года;

—  резко ускоряется формирование стратегических и мобилизационных запасов.

Но сразу следует признать — гигантское взрывное усиление Германии в результате Западной кампании 1940 года, когда англо-французские союзники вместо ожидавшегося военными наблюдателями года были сокрушены за 40 дней, вследствие чего за 2 месяца военный потенциал вермахта более чем удвоился (запасы стратегического сырья, современное вооружение 160 дивизии, военная промышленность всего континента)  не могло быть преодолено к лету 1941 года. Только с апреля начиналось массовое поступление новой техники в войска и какого-либо ощутимого результата насыщения армии этими средствами и средне-терпимого уровня владения ими следовало ожидать к октябрю, после проведения летней учебной кампании танковыми и авиационными соединениями. Более того, начальный период переучивания сопровождается падением боеспособности войск, ещё не овладевших новым вооружением, что следовало особо учесть. Самый опасный период этого состояния временного падения боеспособности приходится на первые 2/3 летней военной кампании, которая в условиях Европейской части СССР длится с 10 мая по 20 сентября, т.е. 142 дня — далее знаменитое русское бездорожье, которое немецкие специалисты оценивали хуже африканского по разнице температурных разбросов и воздействию на технику — и с 10 ноября зимняя кампания. Было известно:

—   немецкая армия не имеет зимнего обеспечения (обмундирование,  ГСМ, средства преодоления бездорожья), одно из следствий «рывка» 1935-39гг;

—  более того, она оснащена только с учётом условий войны в Западной Европе (ширина гусениц бронемашин, транспортные узлы орудий, состав и количество автотранспортных средств, обеспеченность средствами полевого аэродромного базирования).

Т.е. зимняя кампания для неё совершенно недопустима и своих целей она может и должна добиваться только в летней кампании.

Учитывая темпы стратегического наступления на Западе (приблизительно 10 км в сутки при 400-километровом продвижении) по несравненно лучшей дорожной сети, для поражения важнейших центров в Европейской части СССР вермахту требовалось не менее 140-150 дней, т.е. германские планировщики только-только укладывались в рамки отпущенного природой срока.

Таким образом, если решение о нападении на СССР принималось, оно должно было осуществляться не позднее 2-й декады мая — после войны выяснилось, что первый утверждённый вариант плана «Барбаросса» определял срок нападения 12-15 мая 1941 года! Ряд мер Сталина свидетельствуют, что он понимал серьёзность этой угрозы:

—   февральский 1941-го года пленум ЦК ВКП(б) прямо ориентирует партию, государство и общество на военную опасность;

—   в марте-апреле 1941 года была проведена операция «Туман» — массовая депортация антисоветских и профашистских элементов из западных приграничных районов в глубь СССР, нанесён упреждающий удар по выявленным центрам немецкой разведки; такие «чистки» обычно приурочивают к кануну войны, с тем, чтобы в самый острый момент её начала   лишить противника каналов   информации   (вспомните   массовые   расстрелы деклассированных элементов в  парижских фортах в августе   1914г.  или  превентивное заключение в концлагеря германской диаспоры в Англии в 1914 и 1940 годах);

—   в апреле начинается выдвижение 4-х армий из внутренних округов в приграничную зону;

—   в феврале-мае 800 тысяч военнослужащих запаса 1-й очереди призваны на повторную военную службу;

Но это были ответно-пассивные меры на возраставшую угрозу, которые сами по себе не могли остановить запущенный военный каток — надо было сорвать немцам всю подготовку начала летней кампании каким-то неординарным ударом по самой германской военно-политической машине. И тут возникает крайне интересный Югославский эпизод!

27 марта группа патриотических офицеров во главе с Душаном Симовичем свергает профашистское правительство Цветковича-Мачека. С неслыханной  быстротой 5 апреля 1941 года Советский Союз подписывает договор о дружбе, ненападении и дружеском сотрудничестве в случае нападения 3-х стран с Югославией. Возникает то ли видимость, то ли реальность двухфронтовой, Советско-Балканской коалиции, в которой кроме Югославии просматривается Греция, уже ведущая войну против Италии; насторожившаяся против немцев и итальянцев Турция; обиженные на итоги Венского арбитража королевские круги Румынии; английский экспедиционный корпус; болгаро-русские симпатии...

Гитлер, которого со времён 1-й мировой войны преследует кошмар 2-го фронта, реагирует предельно остро и истерично — 6-го апреля вторжением в Югославию начинается Балканская кампания вермахта, завершившаяся 2 июня штурмом Крита. Таким образом,

лучшее время удара по главному стратегическому противнику Гитлер разменял на второстепенный в стратегическом плане блестящий частный успех. Но был ли Югославский вариант единственным? Что полагал Сталин, если Гитлер пренебрежёт Балканами как второстепенной целью и обрушится на Союз? ...Только в 20-х числах мая началась переброска немецких танковых и мотомеханизированных соединений в Польшу и лишь в начале июня, после тяжёлой Критской кампании, началось перемещение авиационных частей, что означало достижение полной готовности вермахта в третьей декаде июня и, таким образом, потерю Германией 40-50 дней летней кампании  (о чём немецкие офицеры будут так жалеть в октябре-ноябре под Москвой) — а само нападение делало стратегически безрассудным.

Сталин не мог представить, что его противник, отбросив все «излишние» доводы разума, будет планировать завершение кампании, требующей 140 дней, не в 80-дневный, как давала природа, а в 40-дневный срок! Правда, подозревая за А.Гитлером нечто авантюрно-подобное, он в мае, выступая перед выпускниками военных академий, подробно объяснил германскому фюреру разницу между военной организацией Балканских стран, имевших в совокупности 80 дивизий без современного тяжёлого вооружения или западными союзниками, с их 140 современными дивизиями — и СССР, располагающим 266 дивизиями при 7-8 тысячах танков и самолётов первой линии, а также различие между четырьмястами и тысячей двумястами километров, отделяющими, например, Париж и Москву от госграницы, отличие грунтовых дорог от автострад...

Увы, последующие действия советского руководства более соответствовали логике природы, нежели мистике Берлина — повышенная боевая готовность снималась, войска разводились на учебные сборы на стрельбища и полигоны.                                                                                                       

Надо ли было это делать?                                                                                                 

—   к 20 июня налёт пилотов на новых самолётах вырос до средней цифры 10-15 часов от апрельского нуля; как бы они взлетели без этого 22 июня?

—   пехота прошла начальный курс обстрела артиллерией и обкатки танками (на Халхин-Голе 84 Пермская стрелковая дивизия побежала не вследствие японских атак, а просто впервые попав под артобстрел);

—   осуществлялось сколачивание танковых и механизированных соединений, они начинают обретать грозную реальность.

Что лучше — необученные, но сосредоточенные соединения или полуобученные, но рассыпанные? Судить крайне трудно, но это положение усугубилось ещё двумя обстоятельствами:

—   немецкий удар пришёлся по войскам в момент перехода на новую технику, когда современное оружие ещё не освоили, а старым уже пренебрегали, особенно в отношении ремонта, что резко сказалось на боевой эффективности его использования;

—   А. Гитлер оказался замечательным метеорологом, в ответ на осторожные замечания своего генералитета о позднем сроке начала кампании и возможности плохой погоды вначале сентября заявив, что погода в сентябре будет отличная и как в воду глядел — погода в 1941 году была необыкновенно хороша до начала октября!

Выдвигают другие альтернативы действий мая-июня 1941 года:

—   сосредоточение основной массы войск по линии старой границы и её системы укреплённых районов («линия Сталина»);

—сохранение отмобилизованной части армии, участвовавшей в Советско-Финской войне;

—отказ   от   летней   учёбы    1941    года   с   сохранением   повышенной   готовности сосредоточенных войск.

Недавно стали даже говорить:

—   превентивный  удар,  пока  немецкая  армия  завязла  на  Балканах,  т.е.   парировать авантюриста авантюризмом.

Но возможно ли было провести кампанию лета 1941 года меньшими качественно потерями, т.е. был ли субъективный фактор преобладающим в сложившейся обстановке июня-августа 1941 года?

Знаменательна оценка Г. К. Жукова «Даже отмобилизованная армия 1942 года не смогла сдержать сосредоточенного удара немецких войск на Юге и покатилась на 700-1200 километров», тем более армия 1941 года. Т.е. потеря территории от Бреста до Подмосковья была объективно неизбежной и ситуация лета 1941 года определялась в целом не сцеплением ошибок и просчётов, а текущим качеством вооруженных сил, общим состоянием военного потенциала страны на тот период.

* * * Был ли Сталин готов к военной неудаче начального периода войны? Насколько она была для него неожиданна?

Боевые действия в районе Хасана в 1938г., завершающие бои 1938-39гг. на Пиренеях, конфликт на Халхин-Голе летом 1939 года и, наконец, «зимняя война» 1939-40гг. давали пищу для тревожных размышлений — достигнутые результаты были меньше, чем то материальное обеспечение, которое в них вкладывалось, победы добывались большей кровью, чем должны были по простой арифметике соотношения сил, сопоставлению числа штыков, стволов, танков и самолётов, что свидетельствовало о недостатках военной организации. Уже в 1938-40 годах Сталину приходится неоднократно менять военное руководство в районе того или иного события:

—  в 1938 году пришлось заменить В.Блюхера Г.Штерном на Хасане;

—  в 1939 году заменено несостоятельное начальство Советской Группы войск в Монголии и командой Г.К.Жукова;

— в 1940 году отстранено всё руководство наркомата обороны вместе с К.Ворошиловым. Особенно тревожными выглядели итоги Советско-Финской войны, которые породили на Западе легенду о «СССР — Колоссе на глиняных ногах». Война завершилась успешно, но не столько благодаря качеству военного аппарата, сколько благодаря воле Сталина и обрушенным на финнов материальным средствам (60 дивизий на 20 при пяти-семикратном превосходстве технических средств). Сама война была обоснована, что признавал даже «заклятый друг» Л.Д.Троцкий, как единственный способ «выключить» военную угрозу на Северо-Западе со стороны белофиннов, мечтавших о «Великой Финляндии» от Ботнического залива до Невы и Белого моря. Но полупобеда не позволила вывести Финляндию из числа противников и 40% линии фронта и до 40 советских дивизий в 1941-44гг. оттягивали на себя финский участок, в её цену следует занести и 1 миллион погибших ленинградцев... И это на фоне феноменальных побед Германии, игравшей мускулами родов войск в Европе:

—  прыжок в Скандинавию;

—  Арденны;

—  Дюнкерк;

—фантастические успехи немецких  воздушно-десантных  войск, захватывающих одну неприступную позицию за другой.

Как лихорадочно ищет Сталин в РККА равных противников Клейсту, Роммелю, Гудериану, Рейхенау, как стремительно выдвигает открытых им молодых военачальников, прошедших огонь Испании, Китая, Монголии.

Но перелом происходит медленнее нарастающей угрозы. Летом 1940 года немецкий самолёт приземлился на Красной площади в Москве; в приступе страшной ярости Сталин приказал расстрелять всё руководство ПВО во главе с Долгих…

За противодействие внедрению штурмовиков Ил-2 и провал в организации переучивания лётного состава на новую технику репрессирован Главком ВВС А.Локтионов...

На командно-штабной игре 1940 года в наркомате обороны обнаружилась несостоятельность только что назначенного начальником Генерального штаба К.Мерецкого, его пришлось заменить Г.Жуковым — и тоже не лучшее назначение, выдающийся полководец был посредственным штабистом...

Мог ли Сталин в этих условиях ожидать особо благоприятного начала войны?

Тем более, что в 1940-41 годах мы, скорее, даже переоценивали качество германских

вооружённых сил. Так:

—   танковое ведомство исходило из наличия в германской армии толстобронных танков с 80-100-миллиметровой бронёй и 75-100-миллиметровой пушкой, которые появились только в 1943 году;

—   авиационное исходило из предположения, что люфтваффе к лету 1941 года будут  оснащены самолётами со скоростью  650-700 км в час вместо серийной 570 км в час; по этому случаю произошёл конфликт между руководителем советской авиационной делегации в Берлине генералом  Гусевым  и  генерал-инспектором люфтваффе Удетом,  когда Гусев обвинил последнего, что тот, показав Ме-109Е со скоростью 570 км, скрывает от него новые машины. Вспыхнувший немецкий генерал заявил, что он как офицер отвечает за свои слова и других машин у него нет — и сказал правду!

—   артиллеристы, исходя из прогнозов коллег, требовали 57 и 100 мм противотанковых орудий, в которых не было нужды до 1943-44 годов и учились поражать цели, движущиеся со скоростью 70-80 км в час, в то время как всю войну немецкие бронемашины пропыхтели на 40-50 км;

—   общевойсковые  командиры  ожидали  высокой  культуры  огневого  взаимодействия немецких  войск  на поле  боя,  основываясь  на традициях  1   мировой  войны,  заветах И. Брухмюллера и теоретических трудах генерала Бернгарди. И насколько изумлён был В.И. Чуйков, когда, впервые подъезжая к линии фронта, он увидел, как немецкая артиллерия вяло   разбрасывает   снаряды   в   узкой   полосе,   что   означало   у   неё   «артиллерийское наступление».                                                                           

Мог ли беспощадный реалист и прагматик пройти мимо совокупности всех этих свидетельств? Не должен ли он был искать запасного варианта мажорному рефрену «Если завтра война, если завтра в поход, если чёрная туча нагрянет...»?

Само непонятное современникам сталинское неприятие начала войны 22 июня, ведь директива 21-го уже была спущена в войска, свидетельствует не о разбросе мнений и колебании, а об его уверенности в худшем исходе развития событий. Это было восстание волевого темперамента против безотрадных выводов ума. Оно не могло продолжаться долго!

* * * * Какая ценностная ориентация, в конечном итоге, определяла исход борьбы летом 1941 года?

Всякая война в той её части, что касается только средств насилия достижения общеполитической цели, решает в раздельности или одновременно 3 задачи:

—  уничтожение (поражение) вооружённых сил неприятеля;

—  захват его территории как исключение её ресурсов из борьбы;

—  уничтожение (подрыв) военно-экономического потенциала.

Начиная войну, главной целью своих действий вермахт ставил уничтожение вооружённых сил СССР, т.е. регулярной армии и флота, достижение двух других полагалось следствием первой, при этом третья задача практически не рассматривалась, подразумевалось, что захват территории означает и овладение её военно-экономическим потенциалом--это вполне оправдалось на Западе. Более того специальные удары авиацией по экономическим центрам разбитого противника воспринимались как вредные самим себе — ведь это всё равно достанется победителю. Мероприятия по уничтожению военно-экономического потенциала врага теоретически признавались только в той мере, насколько возникала перспектива длительной войны, которая заранее объявлялась исключённой, пока борьба имеет континентальный характер и не касается США.

Поэтому в первые часы войны германское командование находилось в крайней тревоге — не начнут ли русские быстрый отвод войск из пограничья, выводя из-под удара вермахта. И с каким облегчением, даже ликованием оно восприняло массовые контрудары советских войск во второй половине дня 22 июня и всю неделю до 28 июня. Всё шло даже лучше задуманного! Бросаемые в бой чьей-то окаменевшей волей, русские не уходили — атаковали под Шяуляем, Белостоком, Брестом, Кальварией, Ровно, Луцком, Ковелем, Владимиром-Волынским, Перемышлем, в яростном порыве вклинивались в расположение немецких войск, всё более и более охватываемые железными клещами танковых клиньев. Это была захватывающая война — опасная и в то же время победоносно-упоительная!

Враг был силён, поражал обилием техники — но всё происходило в соответствии с канонами классической военной науки Клаузевица-Шлиффена! Уже в конце второй недели войны начальник штаба сухопутных войск генерал Г. Гальдер записал в служебный дневник фразу о том, что Франция была разбита за 40 дней, крушения России следует ожидать в ещё более короткие сроки!

Что стояло за отчаянными контрударами обречённых соединений и корпусов Хацкелевича, Микушева, Пуганова, Петровского, Карпезо, с чем сопоставлялась поголовная гибель кавалерийских дивизий, бросавшихся в сабельные атаки на танки под Белостоком?

Сразу отпадает предположение о тщетных попытках предотвратить глубокое вторжение, сохранить территорию. Если боевые действия первых 2-3 дней определялись «наступательным» содержанием чрезвычайных пакетов Генштаба довоенного времени, вскрытых по тревоге, то 25 июня объявленная директива о создании государственной зоны обороны по линии Западной Двины — Днепра — Синюха их отменяет, признавая всю территорию западнее её потенциально потерянной!

Наряду с этим указанные уже обстоятельства отвергают предположение об особой заботе о сохранении кадровой армии мирного времени. Директива 25 июня означала признание поражения армии в приграничном сражении и если чисто военная сторона событий признавалась главной  (а какая ещё могла быть в войне?),  следовало бы одновременно отдать в войска директиву на быстрый выход из-под удара отходом в восточном направлении, ускорив вдвое темп отступления и приступив к порче дорог,  мостов, переправ.  Полная моторизация «в европейском варианте» привязывала немецкую армию к дорогам и делала её особо чувствительной к такого рода действиям, которые не требуют больших сил и времени.

Налицо совершенно  обратная  картина: армия может быстро отступить — её заставляют контратаковать, держась определённых районов; она может спастись — её убивают! Показательна в этом отношении трагическая судьба командующего 4-й армии Западного фронта генерала  Климовских,  в военном отношении совершившего подвиг доблести . В течение  4 недель находясь на острие удара южного крыла группы армий «Центр», вновь и вновь собирая и смыкая разрубаемые танковыми клиньями вермахта части армии, он противостоял 2 Танковой группе Гудериана и 4 армии Клюге,  ни разу не допустил окружения и не выпустил Гудериана на оперативный простор в восточном направлении, что было выдающимся достижением, поучительным примером активной обороны с жертвой территории — но расстрелянного потому, что он ОТСТУПАЛ, в то время как его товарищи Болдин, Голубев, Курочкин, Курасов смело, но с военной точки зрения малопродуктивно атаковали, попадали в окружение, быстро теряли войска, но служили невозбранно!

Что было такое в воюющей стране, что Сталин на какое-то время поставил выше судьбы Действующей Армии?

25 июня войска не получили директиву на выход из-под удара — днём ранее, 24 июня, без особого шума был создан неброский Совет по эвакуации (председатель Шверник, заместитель Косыгин).

Какие-то странные аберрации начинаются, стоит только приблизиться к этому Совету:

—   «очевидцы утверждают», что Сталин в первые дни войны выражал неоправданный оптимизм  в  отношении  скорого  перелома в ходе  боевых действий — но  этот Совет «объявлен» 24-го, т.е. «решён» 23-го, т.е. не позднее первых 48 часов (!) войны;

—   «очевидцы утверждают», что Сталин в первые дни войны был подавлен, мало занимался делами — и прямо-таки гигантское мгновенное развёртывание деятельности этого Коми... простите! Совета, разом поднявшего промышленность 7 республик, 60 областей, и без сучка, без задоринки — и без единого вопроса!

Всесильные Органы, Госплан, Госснаб, ВоСо, дюжина наркоматов первого ранга в безусловной субординации и перед кем? — «советом», да ещё каким-то «не-важным». Кто такой Шверник? Вы знаете Шверника? Профсоюзник, Секретарь ВЦСПС! А Косыгин? Кто такой Косыгин? Нарком текстильной промышленности! Даже наркомат водного транспорта более известен как «расстрельное место» по обычаю посылать на него сброшенных первых лиц! И вдруг перед ними склонились Вознесенский, Берия, Каганович, Жданов, Хрущёв?!

Да полноте, проснитесь! «По когтям узнаю льва!» — воскликнул бы Лейбниц. Кто, кроме И.Сталина воплощённого во всесильной ВКП(б), самой эффективной структуре управления и властвования, известной истории, мог осуществить эту работу, неслыханную трудность и грандиозные последствия которой нам уже очевидны? Чья капитан-исправничья фуражка могла развязать любое препятствие, ссадить любую амбицию, запрячь в одну телегу лебедя, рака и щуку? — даже если её принесёт А.Н.Косыгин...

И кто, кроме этого профессионального революционера-конспиратора, мог так её затенить, что ни союзники, ни враги, ни мы, живущие 6 десятилетий спустя, и зная её весомость, никак не можем определить её ранга среди других решаемых им в 1941 году задач — так, важная среди важных...

Сама последовательность принятия решений — 24-го об эвакуации и 25-го о стратегической обороне — говорит о том, что Сталин считал самым важным в условиях крайне неблагоприятного начала войны сохранить военно-экономический потенциал, по условиям 30-х годов на 80% развёрнутый западнее Волги, предварительные работы по перемещению которого уже начались с 1939 года под удобно-непонятной вывеской «строительство заводов-дублёров». Создание Совета по эвакуации означало, что уже не позднее утра 23-го, а скорее всего во второй половине 22-го И.Сталин пришёл к выводу о поражении армии в приграничном сражении — может быть, считал начальную неудачу в 1941 году неизбежной, хотя и крайне тяжело с ней мирился, и оттягивал принятие окончательного решения...

Где-то в сумеречные часы с вечера 22-го до утра 24-го перед ним встала во всей жестокости дилемма Кутузова в новой форме — что важнее для судьбы страны, сохранение кадровой армии мирного времени, попавшей под неотразимый удар, или спасение военной промышленности, в массе своей оказавшейся в полосе вторжения?

Итоги войны, судьба СССР, судьба каждой страны в нём, судьба мира в конечном счёте зависела от правильности его выбора:

—   бросить промышленность и быстрым отводом вглубь страны спасти 4,7-миллионную армию мирного времени как основу развёртывания массовых вооружённых сил... вот только с чем они пойдут в бой через 5-6 месяцев, когда начнут иссякать мобилизационные запасы;

—   или, пожертвовав кадровой армией, эвакуировать промышленность и, опираясь на имеющийся в стране 20-25 миллионный призывной контингент, воссоздать её заново... но не станет ли гибель кадровых частей падением плотины, после которого ревущая стихия поглотит всё? Как предотвратить эту угрозу?

24 июня видимая часть решения отлилась в директиву о создании Совета по эвакуации — Сталин решил дилемму в пользу промышленности! Кадровая армия должна была пожертвовать собой... но не до последнего солдата!

В том огромном манёвре военным потенциалом через пространство и время, типологически отчасти совпадающим с манёвром территорией в 1812 году, кадровая армия играла не главную и исключительную, а соединённую в общей симфонии мелодию:

—   она не давала противнику быстро продвигаться в глубь страны к военно-промышленным центрам;

—   притягивала на себя удары авиации, в том числе и дальнебомбардировочной, снимая их с магистралей, промплощадок, погрузочных эстакад;

—   истекая кровью, сохраняла в себе резерв последнего срока, к декабрю сократившийся до 40 дальневосточных дивизий;

—   служила приманкой, тешила генеральско-прусскую спесь числом пленных, номерами уничтоженных корпусов и дивизий, ливнем «Железных крестов», фанфарами Берлинского радио,   за   серебряными   разливами   которых   не   слышен   был   нарастающий   рокот

поднимающихся с места сотен заводов!

Именно армия оплатила своей кровью перенос сквозь пространство 1523 заводов и 10 миллионов человек персонала — но цена эта оказалась страшной: 4 миллиона 200 тысяч бойцов и командиров!

Была ли возможность избежать таких жертв? Простой расчёт показывает, что для вывода войск Западного и Юго-Западного направлений из-под удара вермахта надо было осуществить стратегическое отступление со средней скоростью 25-30 км. в сутки вместо 12-15 км. реальных, т.е. вступление германских войск в промышленные центры Юга началось бы на 25-30 дней раньше. Что это значит, говорит пример Криворожья, вступление противника в которое началось в середине августа. Даже при крайнем напряжении сил удалось вывезти к этому сроку только оборудование авиамоторных заводов и Днепровского алюминиевого комбината, при этом последние эшелоны уходили, когда немецкие танки вступали в промзоны. Дефицит времени был настолько жесток, что пришлось оставить оборудование артиллерийских заводов, без которых, в крайности, можно было обойтись. Не успели даже уничтожить техдокументацию, по которой немцы в 1942 году наладили производство очень ценимого ими 120-миллиметрового миномёта  Шевырина.  Что бы мы вывезли, если бы немцы вступили на месяц раньше?

Картину развития событий при «армейском приоритете» являет такой факт: «отпущенные на свободу» советские войска так быстро оставили г. Изюм, что немцы 2 дня не занимали его; за это время партийно-советскому аппарату Совета по Эвакуации удалось вывезти единственное в СССР производство оптического стекла... Кроме прочего,  этот пример ещё раз показывает, что технически армия в 1941 году могла уйти из-под удара . Да и в 1942 году в стратегическом отступлении, при той же степени моторизации, она ни разу не дала окружить себя; темп немецкого наступления 1942 года от Харькова до Кавказа был приблизительно равен лету 1941 года.

Наконец, остается сказать, когда И.Сталин изменил это распределение рангов своих задач Верховного Главнокомандующего : в октябре 1941 года, позвонив Г.К.Жукову на КП Западного фронта, он спросил, есть ли возможность удержать Москву, не предваряя ответа встречным требованием, как то было в случае Могилева, Смоленска, Брянска, Киева, Харькова, Тихвина,  Ростова-на-Дону, т.е. поставив военный приоритет на независимое от других обстоятельств место, освободив его от обусловленности спасения военно-промышленного потенциала, который уже переместился за Волгу — Первая великая задача войны была решена, Армия теперь становилась Главной, но не Единственной.

* * * * *
Решение И.В.Сталина 1941 года предуведомляло 1945 год и величайший взлёт СССР в 50-80-е годы — иное отдаляло нашу гибель как великой державы самое большее до осени 1942 года, при весьма вероятной перспективе полного уничтожения...

Всемирная история не знает решения столь тяжкого и столь значимого, которое принял и осуществил летом 1941 года Иосиф Сталин, решения, которое выдвинуло его как Величайшего Верховного Главнокомандующего, осознавшего войну не как игру фишками армий и фронтов, а как великое средостение Экономики, Политики, Идеологии, Пространства, Времени, Воли, Духа, Вооружённых Сил.     

Отныне он стал на неизмеримую высоту над любым отечественным военным деятелем. Иногда пытаются его заслонить Г.К.Жуковым — попытка несостоятельная. Георгий Константинович был только стратег, водитель войск, великий полководец, совершенно не чувствовавший, например, политическую сторону войны, а в чисто военной области ограниченный своим сухопутным кругозором и непониманием роли флота в глобальной военной картине, что сказалось не лучшим образом на его деятельности в качестве министра обороны СССР в 50-е годы. Назначение на пост Главнокомандующего Сухопутных войск в 1945 году было естественным потолком для «Первого маршала» сталинской когорты, тех, руками и разумом которых Великий Главнокомандующий совершил войну: Рокоссовский, Василевский, Шапошников, Мерецков, Говоров, Толбухин, Конев, Тимошенко, Соколовский, Малиновский!

Есть ли у нас сейчас великие полководцы?

Есть ли у нас Великий Главнокомандующий?

Есть великое зазнайство народов и обществ, раз получивших чудо и полагающих, что оно будет повторяться. Великими усилиями нации, многих поколений прежде живших рождается великий лидер, великий вождь!  4-5 поколений русских революционеров создавали тот сплав, из которого отлился Иосиф Сталин!

Не тешьте себя надеждой — Великий Главнокомандующий не придёт!

Вы его не создали!

0

23

Сталин Иосиф Виссарионович
21 декабря 1879 – 5 марта 1953

Я знаю, что после моей смерти на мою могилу нанесут кучу мусора, но ветер истории безжалостно развеет ее! (И.В.Сталин, 1943 г.)

На днях исполнилось 129 лет со дня рождения Великого Вождя народа России И.В. Сталина. Вклад Сталина в развитие нашей Родины настолько огромен, что до сих пор не прекращаются потоки лжи и грязи со стороны ненавистников русского народа и уничтожителей России в адрес Его и всего, что было создано при Его правлении. Личности ныне власть предержащих и их холуев настолько мелки, цели жизни их настолько ничтожны, а ущерб стране от их действий настолько огромен, что ничего другого им не остается делать, кроме как тявкать, словно моськам на мертвого льва.Но это лирика, а теперь только факты.

1. Население

а) Численность русских (великороссов, малороссов и белорусов) за время правления Сталина увеличилась по данным переписей в среднем на 1,3-1,5 млн. в год. 1926 г. – 113,7 млн. (146,6 млн. – общее население СССР)1939 г. – 133 млн. (170,6 млн.)1959 г. – 159,3 млн. (208,8 млн.)Для сравнения: за время правления Ельцина численность русских в России сократилась на 6,8 млн. чел, за время правления Путина – на 6,4 млн. чел.

б) В результате снижения смертности в СССР средняя продолжительность жизни значительно возросла по сравнению с дореволюционным периодом, достигнув среднеевропейского уровня (70 лет в 1971-72 по сравнению с 32 в 1896-97).

в) Общая смертность в России при Сталине уменьшилась почти в 3 раза (10,1 на 1 тыс. жит. в 1950 году по сравнению с 29,1 в 1913). В то же время сократилась и рождаемость 1950 г. (26,9 на 1 тыс. жит. в 1950 и 45,5 - в 1913), что связано с последствиями войны, с увеличением числа лиц пожилого возраста, ростом городского населения, вовлечением женщин в сферу производства. Однако естественный прирост населения даже немного вырос и составил в 1950 году 16,8 чел. на 1000 жит. (16,4 – 1913 г.).

г) Если детская смертность составила в 1913 г. - 268,6 на 1000 новорожденных, то в 1950 - уже 81 на 1000, то есть сократилась в 3,3 раза. Среднее число детей, рожденных одной женщиной, в 1950 году было 2,89, в 2006 г. – 1,38.

е) При Сталине потребление алкоголя было более чем в 2 раза меньше (максимум 1,9 л на д.н. чистого алкоголя в год - 1952 г.), чем в царской России на 1914 г. - 4,7 л. и более чем в 10 раз меньше, чем сейчас (20-25 л). Россия лидирует по масштабам детского алкоголизма.Наркомании при Сталине не было, потому что не существовало наркомафии. За 20 лет число наркоманов увеличилось более чем в 10 раз и сейчас по данным Федеральной службы РФ по наркоконтролю, составляет 5,1 млн. чел. От употребления наркотиков ежегодно погибают от 70 до 100 тыс. человек. Россия одна из лидеров по масштабам детской наркомании.

ж) Проституция при Сталине рассматривалась как форма паразитического существования, а ее организованные формы были полностью уничтожены. А сейчас Россия занимает одни из первых мест по масштабам проституции, детской проституции, преступлений сексуального характера, секс-работорговле.

з) Сразу после войны, в 1945 году, во всем сталинском СССР насчитывалось 678 тысяч детей-сирот. Сегодня в России таких детей 850 тысяч, из них 760 тысяч — социальные сироты, т.е. дети, брошенные родителями.

и) Если в 1956 году коэффициент дифференциации доходов населения составлял 3,28, а в 1986 году – 3,38, то далее, по данным Росстата, он увеличился с 13,8 (1998 г.) до 16,8 раз (2007 г.). Это означает, что официальные доходы, без учета теневых и криминальных, 10% самых богатых в 16,8 раза превышают доходы самых бедных граждан. Многие эксперты, учитывая теневую экономику, считают, что реальные показатели разрыва – до 25-40 раз.Сейчас доля населения с доходами ниже прожиточного минимума составляет 15%. При Сталине удалось достичь уровня доходов выше минимума для всех граждан.

к) За время правления Путина количество только официальных олигархов-миллиардеров, с которыми он якобы борется и которые наживаются за счет разграбления национальных богатств России, выросло с 8 в 2000 г. до 53 в 2007 г. - почти в 7 раз! А их общее состояние, по версии журнала "Forbs", выросло с 12,4 млрд.$ до 282 млрд.$ - в 23 раза!Как показывают исследования Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, на долю 15% населения России приходится около 85% всех сбережений, 57% денежных доходов, 92% доходов от собственности. По словам покойного руководителя экономической секции РАН Дмитрия Львова, в руках небольшой группы олигархов (примерно 1500 чел., что составляет 0,001% от всего населения России) сосредоточено более 50% национальных богатств России, 85 процентов населения, то есть, по сути, вся Россия, не имеют ни копейки дохода от тех богатств, что достались от Бога – нефть, газ, лес, золото и другие ресурсы – и должны принадлежать всему народу по определению.А при Сталине национальные богатства принадлежали народу и доходы от них использовались в интересах всех граждан. Если раньше люди платили за многие необходимые услуги копейки либо просто ничего (государство брало на себя большую часть расходов), то сейчас они вынуждены платить по полной программе и за жилищные услуги, и за услуги связи, транспорта, культуры, отдыха, питания, образования и т.д. – за все! Несмотря на то, что сейчас вроде как конституционно закреплена бесплатность здравоохранения, больше половины населения за него фактически платят, и эти расходы примерно равны бюджетным.

л) Население Российской империи на 79% было безграмотным (по данным переписи 1897 г.), то есть не умело даже ни читать ни писать. При Сталине безграмотность была ликвидирована. Грамотность населения поднялась до 89,1% (1932). Школы начальные (в скобках - учащиеся): 1914 – 106 тыс. (5,4 млн.); 1940 – 192 тыс.Школы средние (учащиеся): 1914 - 4000; 1940 - 65000 (13 млн.)Вузы и техникумы: 1914 - 400; 1940 - 4600До Октябрьской революции 1917 в России на 159 млн. человек населения приходилось 290 тыс. специалистов. Общая численность работников, занятых преимущественно умственным трудом, в СССР в 1973 достигла около 33 млн. человек. За годы Советской власти в 90 раз возросло число научных работников, в 1972 их насчитывалось 1055,4 тыс. человек

2. Экономика

При Сталине экономика управлялась разумными плановыми методами, как единый организм, за счет чего удалось реализовать масштабные проекты и достигалась ее высокая эффективность и темпы роста.

После войны, получив отказ Запада в кредитах на восстановление СССР, Сталин сумел восстановить страну в сроки, которые ни одна европейская страна - участница войны не сумела повторить даже с американскими кредитами.Страна подготовилась и выиграла в войне, дважды восстанавливалась после разрушительных войн и стала второй мировой державой именно благодаря плановому методу ведения хозяйства.

Советское планирование успешно внедряли у себя на предприятиях миллиардеры многих стран. В 1991 г. в Москве, в Академии труда и социальных отношений состоялся советско-американский симпозиум, на котором были и японцы. Вот что сказал там японский миллиардер Хероси Теравама в ответ на разглагольствования советских экономистов и социологов о “японском чуде”: “Вы не говорите об основном. О вашей первенствующей роли в мире. В 1939 г. вы, русские, были умными, а мы, японцы, дураками. В 1949 г. вы стали еще умнее, а мы были пока дураками. А в 1955 г. мы поумнели, а вы превратились в пятилетних детей. Вся наша экономическая система практически полностью скопирована с вашей, с той лишь разницей, что у нас капитализм, частные товаропроизводители, и мы более 15% роста никогда не достигали, вы же — при общественной собственности на средства производства —достигали 30% и более. Во всех наших фирмах висят ваши лозунги сталинской поры”.

Сейчас система планирования экономики на государственном уровне полностью уничтожена и России в итоге влачит жалкое существование сырьевой колонии Запада. В России параллельно существует 2 экономики: безплановая (безмозглая) и преступная. По данным академии экономической безопасности МВД РФ на конец 2005 года уровень криминализации экономики в России является "критическим", а уровень теневой экономики "зашкаливает за 40% ВВП" (1991 г. - 11%). По данным на 09.2007 Центра антикоррупционных исследований Transparency Int (TI) индекс восприятия состояния коррупции в России составляет 2,3 балла, 143-е место из 180. На том же уровне Гамбия, Индонезия и Того. По рейтингу криминализации и коррупции власти Россия на конец 2005 года находится ниже Кении и Зимбабве и занимает 25 место в мире. В современной России объём рынка коррупции превышает 240 млрд. долл. Согласно оценкам фонда ИНДЕМ, эта величина ещё выше: только в деловой сфере России объём коррупции вырос между 2001 и 2005 гг. примерно с 33 до 316 млрд. долл. в год (в 9,6 раз)

а) Национальный доход на душу населения СССР составил ($, в ценах 1980 г.): 1913 г. – 350 (15% от уровня США)1920 г. – 120 (5%)1929 г. – 365 (13%)1938 г. – 640 (24%)1950 г. – 1100 (26%)в 1987 – 3900 (57% от уровня США), http://www.rusimpex.ru/Content/Economic … ab05.htmто есть при Сталине удалось не только полностью восстановить уровень благосостояния граждан после 3-х разрушительных войн и в несколько раз приумножить его, но и, несмотря на войны, в 2 раза обогнать американцев в темпах роста. И это в тяжелейших внешних условиях и без всякой помощи, тогда как, например, к 1913 г. доля иностранного капитала (французского, бельгийского, английского и немецкого) во вложениях в экономику России достигала 72%.

Для сравнения в 2007 году уровень ВВП на душу населения, рассчитанный по паритету покупательной способности, России составил 28% от уровня США. То есть по сравнению с американцами мы за 20 лет примерно в 2 раза деградировали – и это без всяких войн! Общественная производительность труда в 1950 году увеличилась по сравнению с 1913 г. в 3,2 раза.

б) Общие объемы производства промышленной продукции на душу населения за 1913-1950 гг. в СССР увеличились в 4 раза. Доля мировой промышленной продукции СССР:1913 – 3,6%1920 – 0,6%1938 – 5,6%1950 – 6,9%1986 – 14,6%В 2007 доля России в мировом ВВП – 3,2%.Рост объемов производства c/х продукции к 1938 году составил +45% по сравнению с 1913 году и +100% по сравнению с 1920 году.

в) Золотой запас. 16 июля 1914 года в кладовых Госбанка России находилось примерно 1240 т золота. Еще около 110 тонн хранилось за границей. Итого приблизительно 1350 тонн.В 1914 - 1917 гг. перечислила в банки Нью-Йорка, Лондона, Парижа, Японии около 690 т золота сначала в оплату поставок оружия, а затем и просто для того, чтобы оно не досталось большевикам. На 1920 г. резервы составили уже 317 т.К концу правления Сталина в 1953 золотой запас вырос в 6,5 раз и достиг 2050 т.Накануне перестройки в 1985 г. золой запас СССР составлял примерно 2500 т., но к 1991 году уменьшился в 10 раз! Запасы золота в государственном резерве России на 01.12.2008 составили около 445 т.

г) С 1933 г. безработицы в СССР не существовало. По оценкам выборочных обследований Росстата общее число безработных составляет на 01.2008 около 4,6 млн. ( 2000 г. – 7,1 млн.). Однако численность официально зарегистрированных безработных (другой показатель) увеличилась до 1,6 млн. чел

д) Реальные доходы рабочих к 1940 году увеличились по сравнению с 1913 г. в 2,7 раз, крестьян – в 2,4 раза.

http://www.philipp-bittner.com/Bse/PLAT-STRU/2467.htm

е) В 1947 г. СССР, первым после войны из государств нашей планеты, отменил карточную систему. А с 1948 г. ежегодно - до 1954 г. - снижал цены на продукты питания и товары широкого потребления. К примеру, вот отношение уровней цен по состоянию на 1.01.51 г. к ценам на 1.01.46 г.: хлеб (39%), мясо (42%). Сейчас инфляция, которую устраивают владельцы государственных корпораций за счет роста тарифов, бьет по кошельку простых граждан.

ж) Жилищный фонд в городах и посёлках гор. типа составил в 1913 году 180 млн. м2, а за период с 1918-1956 гг. было введено 953 млн. м2 общей (полезной) площади жилищ. При СССР жилье предоставлялось государством бесплатно, в вечное пользование. Сейчас объемы предоставления бесплатного жилья снизились почти в 10 раз. Молодой семье нужно либо копить десяток лет на квартиру, при условии откладывания на неё всех своих доходов, либо лезть в долговое ярмо и в итоге расплачиваться ещё дольше. Цены на жилье растут (2006 г. – на 50%), и оно становится все менее доступным для большинства населения (только около 12% россиян могут позволить себе приобрести жилье, около 5% - воспользоваться ипотекой)

з) Число врачей в 1950 г. возросло по сравнению с 1940 г. в 1,5 раза.Число научных работников в 1950 г. возросло по сравнению с 1940 г. в 1,5 раза.Число научных учреждений в 1950 г. увеличилось на 40% по сравнению с 1940 г. Число студентов вузов в 1950 г. увеличилось на 50% по сравнению с 1940 г.

и) Атомную бомбу США сделали в 1945 г. и испытали ее на жителях японских городов. Мы сделали атомную бомбу в 1949 г.; водородную бомбу США испытали в 1952 г., мы - в 1953. Таким образом был заложен необходимый потенциал для сохранения ядерного паритета и соответственно безопасности России. Этот ядерный щит России, созданный при СССР, сейчас активно уничтожается. Ельцин уничтожил 3807 компонентов стратегических ядерных сил России (с 10271 в 1990г. до 6464 в 2000 г.), а Путин угрохал ещё 3380 СЯС России (в итоге осталось у нас треть от советского вооружения (3084), и уничтожение продолжается), в частности и в первую очередь самые мощные и неуязвимые ракеты в мире – Сатану (их уничтожено Путиным 105 и осталось 75). А нового ничего не создается. Даже «новейшие» ракеты Тополь-М и РС-24 – всего лишь модификации советских ракет.

к) С 1946 г. в СССР были также развернуты работы: 1) по ПВО2) по ракетной технике; 3) по автоматизации технологических процессов; 4) по внедрению новейшей вычислительной техники (в 1950 г. создана первая ЭВМ); 5) по космическим полетам (в 1957 г. мы запустили в космос первый в мире спутник Земли, в 1961 г. - первого человека); 6) по газификации страны; 7) по бытовой технике и т.д.

3. Армия и война

Накануне нападения Германии на СССР - в 1941 г. Сталина избирают председателем Совета народных комиссаров (Правительство СССР) и наркомом обороны. С началом войны Сталин становится и Верховным главнокомандующим РККА. Главными вопросами в этой теме являются: подготовленность к войне и потери в ней. На Западе были уверены, что Германии удастся разгромить СССР за 2 месяца, но ошиблись в оценках истинного могущества Союза.

а) Соотношение сил накануне войны. Боевой и численный состав вооруженных сил Германии, ее союзников и СССР перед началом Великой Отечественной войны у западных границ СССР:Личного состава (млн. чел.): Германия - 5,5; СССР - 2,9 (1,9:1)Орудий и минометов (тыс. ед.): Германия - 47,2; СССР - 32,9 (1,4:1)Танков (тыс. ед.): Германия - 4,3, СССР - 14,2 (0,3:1)Боевых самолетов (тыс. ед.): Германия - 5,0; СССР - 9,2 (0,5:1)Суммарное (общее) отношение сил и средств Германии, ее союзников и СССР (1,2:1)Таким образом нельзя сказать, что Сталин якобы не подготовил страну к войне.

б) Потери в ВОВ. + К началу войны в армии и на флоте и др. ведомствах - 4901,8 тыс. чел.+ В ходе войны призвано, мобилизовано - 29574,9 тыс.Итого: 34476,7 тыс.

Безвозвратные потери вооруженных сил СССР+ Убито и умерло от ран на этапах эвакуации - 5226,8+ Умерло от ран в госпиталях - 1102,8+ Умерло от болезней, погибло в результате несчастных случаев, осуждено к расстрелу (небоевые потери) - 555,5+ Пропало без вести, попало в плен - 4559,0Итого безвозвратные потери - 11444,1 (33,2% от общей числ. войск)- Вернулось из плена – 1836 (40% попавших в плен)- Призвано на освобождённой территории и направлено в войска из числа военнослужащих, ранее попавших в окружение или пропавших без вести - 939,7Итого безвозвратные демографические потери – 8668,4 (25,1% от общей числ. войск)

Всего за годы войны привлечено в вооруженные силы Германии с учетом служивших до 1 марта 1939 г. - 21107

Безвозвратные людские потери вооруженных сил Германии и армией ее союзников на советско-германском фронте с 22.6.1941 г. по 9.5.1945 г. (тыс. чел.)+ Убито, умерло от ран и болезней, пропало без вести, небоевые потери - 4273,0+ Попало в плен - 4376,3Итого безвозвратные потери - 8649,3 (в т.ч. Германии - 7181,1 (34,0% от общего числ. войск Германии))- Вернулось из плена - 3572,6 (82% попавших в плен)Итого безвозвратные демографические потери - 5076,7 (в т.ч. Германии – 4270,7 (20,2% от общей числ. войск))

Как видно, безвозвратные потери войск Германии и ее союзников были тоже огромны (8,6 млн. чел.), не говоря уже о полном их разгроме и капитуляции. Плюс надо учесть 1,59 солдат и офицеров Вермахта, капитулировавших после 9 мая 1945 г. только перед Советской Армией. Соотношение безвозвратных потерь войск СССР и Германии (с союзниками)Безвозвратные потери: 1,32:1Безвозвратные демографические потери: 1,71:1Разницу можно объяснить тем, что из фашистского плена вернулось в 2 раза меньше военнопленных, чем из нашего (40% против 82%), что не удивительно, учитывая цели гитлеровцев поработить и уничтожить русских.

http://www.soldat.ru/doc/casualties/book/

в) О героизме.В ВОВ дезертировало – 588,7 тыс. (1,7% от общей численности войск). Для сравнения в Первую мировую дезертировало 1865,0 тыс. (12,1% от общей численности войск) – в 7 раз больше!В первую мировую войну армия царской России потеряла офицеров (убитыми, умершими от ран, отравленными газами, ранеными и контужеными, пленными и пропавшими без вести) более 72 тыс. (14,6 % численности офицерского состава). В ВОВ всего в сражениях погибло, умерло от ран и болезни, пропало без вести и попало в плен 1023,1 тыс. чел. (35 % общего числа офицеров). Безвозвратные демографические потери русской армии в войне 1914-1918 гг. составили 2,25 млн. (14,7% всего привлечено в армию и флот за годы войны), тем не менее Россия не смогла довести войну до победного конца. В ВОВ мы победили, несмотря на то, что людские безвозвратные потери были даже больше, чем у противника (25% против 20,2%), что говорит о сплоченности и массовом героизме советского народа под руководством Сталина.

г) О якобы репрессированном командном составе Красной Армии с мая 1937 года по сентябрь 1939 года в количестве 40 тысяч человек. Именно такую круглую цифру назвал впервые журнал “Огонек” (№26, 1986 г.), за ним уже “Московские новости” и др. Откуда же взялась сия цифра? А вот откуда. Дело в том, что 5 мая 1940 г. начальник Главного управления кадров Наркомата обороны генерал-лейтенант Е.Щаденко представил Сталину “Отчет о работе управления” за 1939 г. В нем говорилось, что за 1937—1939 гг. из рядов РККА 36898 командиров было УВОЛЕНО. Из них в 1937 г. уволено 18 658 чел. (13,1% списочной численности командно-начальствующего и политического состава), в 1938 г. уволено 16 362 чел. (9,2%), в 1939 г. уволено 1878 чел. (0,7%). Мотивы были следующие: 1) по возрасту; 2) по состоянию здоровья; 3) по дисциплинарным проступкам; 4) за моральную неустойчивость; 5) уволены по политическим мотивам 19 106 (из них после поданных жалоб и проведенных проверок 9247 восстановлены в 1938-1939 гг.); 6) арестовано, то есть репрессировано, было 9579 человек начсостава (из них 1457 восстановлены в 1938-1939 гг.).

http://militera.lib.ru/research/pyhalov_i/02.html

Таким образом, число офицеров, арестованных в 1937-1939 гг. (без ВВС и флота), составляет 8122 чел. (3% от общей численности ком.состава на 1939 г.). Из них приговорены к расстрелу около 70, расстреляно 17 — в основном самые высшие, например, двое из пяти маршалов (Тухачевский за организацию троцкистского военного заговора, Егоров за участие в шпионаже, подготовке терактов и участии в к.-р. организации), еще один маршал Блюхер был арестован за участие в военно-фашистском заговоре, приведший к необоснованным потерям и умышленному провалу операции на оз.Хасан, но умер в тюрьме. Так же за аналогичные особо опасные преступления были расстреляны 5 из 9 командармов 1 ранга (Белов, Якир, Уборевич, Федько, Фриновский) и др. представители «пятой колонны».«…Вермахт просто предал меня, я гибну от рук собственных генералов. Сталин совершил гениальный поступок, устроив чистку в Красной Армии и избавившись от прогнившей аристократии» (из интервью А.Гитлера журналисту К.Шпейделю в конце апреля 1945 г.)

д) О военнопленных. Еще один лживый миф перестроечников-дерьмократов о том, что чуть ли не все советские военные, освобожденные из немецкого плена, отправлялись в ГУЛАГ.На самом деле они проходили фильтрационные лагеря для проверки освобождённых из плена, что было тогда насущной необходимостью. На 1 марта 1944 года через органы НКВД прошли проверку 312 594 бывших военнослужащих Красной Армии, побывавших в плену или в окружении. 75,1% бывших пленных благополучно прошли проверку и были направлены кто в армию, кто в народное хозяйство, кто на лечение. Ещё 0,6% умерли, что не удивительно, если учесть условия жизни в немецких концлагерях, откуда их освободили. Подверглись же репрессиям (арестованы или отправлены в штрафбаты) всего 6,2%.

е) О заградотрядах. Якобы в заградотряды набивались евреи, на месте расстреливали всех бежавших с фронта и специально стреляли в спинам солдатам. Так ли это?Из докладной записки: С начала войны по 10-е октября 1941 г. Особыми отделами НКВД и заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта.Из числа задержанных, Особыми отделами арестовано 25 878 (4%) человек, остальные 632 486 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт.В числе арестованных Особыми отделами:шпионов — 1505диверсантов — 308изменников — 2621трусов и паникёров — 2643дезертиров — 8772распространителей провокационных слухов — 3987самострельщиков — 1671других — 4371Всего — 25 878По постановлениям Особых отделов и по приговорам Военных трибуналов расстреляно 10 201 человек (1,6% задержанных), из них расстреляно перед строем — 3321 человек.

ж) О штрафбатах. За всю войну в штрафные батальоны и роты было направлено 427 910 человек. С другой стороны, через советские Вооружённые силы за время войны прошли 34 476,7 тыс. человек. Получается, что доля военнослужащих, побывавших в штрафных ротах и батальонах составляет всего лишь 1,24%. Таким образом, вопреки уверениям недобросовестных публицистов, вклад штрафников в Победу оказывается относительно скромным. Среднемесячные потери постоянного и переменного личного состава всех штрафных частей за год составили 14191 чел., или 52 % от среднемесячной их численности (27326 чел.). Это в 3-6 раз больше, чем общие среднемесячные потери личного состава в обычных войсках в тех же наступательных операциях 1944 г.

и) Терроризм. По официальным данным МВД и прокураторы, количество совершенных терактов в России 1994 - 18, 1999 - 20, 2000 - 135, 2001 - 327, 2002 - 360, 2003 - 561, 2004 - 265, 2005 - 257, 2006 - 112, 2007 - 41. Как видно, с начала "антитеррористической" операции в Чечне 1999 года, количество терактов выросло в десятки раз. Создается впечатление, что проблема терроризма была создана и раздута самой путинской властью для запугивания и сплачивания вокруг себя населения. Это доказывает причастность ФСБ к взрывам жилых домов в 1999 году в Москве, Волгодонске и попытке взрыва в Рязани и др. терактам.Между тем в 1943 году Лаврентий Берия в несколько недель обеспечивает полное разоружение и выселение в Казахстан ВСЕХ чеченцев, ингушей и др. народов Кавказа, массово переходивших на сторону оккупантов. Терроризм при Сталине за проблему не считали и успешно с ним боролись.

4. О преступности и заключенных

а) Благодаря рассекреченным архивным данным ложь о «миллиардах невинно убиенных» элементарно разоблачается. По официальному отчёту Хрущёву за период с 1921 по начало 1954 года за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления было приговорено к смертной казни 642.980 человек, к лишению свободы - 2.369.220, к ссылке и высылке - 765.180 (в сумме: 3.777.380 чел).По другому архивному документу число осужденных за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления за период с 1921 по 1953 гг. составляют:- высшая мера – 799455- лагеря, колонии и тюрьмы – 2634397- ссылка и высылка – 413512- прочие меры – 215942Всего осуждено – 4060306 *ГАРФ, ф.9401, оп.1, д.4157, л.201-205

Под "прочими мерами" имеется в виду зачет времени нахождения под стражей, принудительное лечение и высылка за границу. Но следует учесть, что в приведенную таблицу "затесалось" изрядное количество уголовников. Дело в том, что на одной из хранящихся в архиве справок, на основании которых составлена эта таблица, имеется карандашная помета: "Всего осужденных за 1921-1938 гг. - 2944879 чел., из них 30% (1062 тыс.) - уголовники". В таком случае общее количество "репрессированных" не превышает 3 млн.

http://stalinism.ru/content/view/782/4/

б) В составе заключенных ГУЛага к примеру на 01.01.1951 г. осужденных за контрреволюционные и особо опасные гос.преступления было 23% (наиболее частые статьи: измена Родине, участие в антисоветских заговорах, антисоветская агитация, шпионаж, саботаж и др.), остальные – уголовники.

в) Смертность заключенных ГУЛага (в среднем): 1931-1940 гг. – 5,1%, 1941-1945 гг. – 12,7%, 1946-1952г. – 1,7%.О красном и белом терроре: за 1918-1921 гг. красными было осуждено гражданских 356655 человек, из них приговорены к расстрелу 6543; белыми за этот же период были убиты только по суду 111730 гражданских человек.Количество всех заключенных, одновременно находящихся во всех местах лишения свободы (тюрьмы, лагеря, колонии и пр.) в среднем за 1935-1953 гг. составляла 2 млн. чел (1,13% населения)

http://stalinism.ru/content/view/782/4/

Для сравнения: В России на 1 ноября 2008 г. в учреждениях в местах лишения свободы содержалось 0,9 млн. чел (0,64% населения). В США на начало 2008 года заключенных было 2,3 млн. чел. (0,77% населения). г) Доля оправдательных приговоров в 1937-1953 гг. в СССР составляла 9-10%.Для сравнения:В 2007 году по данным судебного департамента при Верховном суде РФ доля оправдательных приговоров составила 0,8%, попавших на скамью подсудимых (в Москве – 0,3%). В США доля оправдательных приговоров – 17-25%.

д) В 1946 году, когда на западе страны ещё вовсю орудовали банды бандеровцев, еще не была ликвидирована военная беспризорность, в СССР было совершено 0,546 млн. преступлений всех видов (раскрываемость 90%). Для сравнения, по данным Генпрокуратуры в России, в 2007 году было совершено в 6,6 раз больше преступлений, чем при Сталине в 1946 г.- 3,58 млн. (раскрываемость 50%).Убийств в СССР в 1946 году было 10,3 тыс. (в 1940 - в 6,5 тысяч). Убийств в России в 2007 году совершено более чем в 2 раза, чем в первый послевоенный год - 22,2 тыс.

5. О голоде

а) История России представляет длинный ряд голодных годов с неуклонным нарастанием числа неурожаев и голодовок вплоть до XX века. Установлен факт, что неурожаи в России повторяются через каждые 6-7 лет, продолжаясь по два года. За вторую половину XIX столетия особою жестокостью отличались голодные годы, порождённые неурожаями 1873, 1880, 1883, 1891, 1892, 1897 и 1898 гг. В XX веке особенно выделялись массовый голод 1901, 1905, 1906, 1907, 1908, 1911 и 1913, когда от голода и сопутствующих голоду болезней были огромные показатели смертности. Но об этом почему-то предпочитают помалкивать, сокрушаясь только о «голодоморах».

б) В 1921—1922 гг. под угрозой голода и эпидемий находились 23 губернии с населением в 32 миллионов человек. Да, голод был, но Советская власть организовала борьбу с этим бедствием. Было собрано 120 миллионов пудов хлеба. Из голодающих районов переселились в хлебные на территории СССР и за границу 5,053 млн. чел. Этой величиной убыли на переселение и “играют” лжецы, представляя их как однозначно умерших от голода. Но больше всего вранья вокруг т.н. «голодомора».

в) Якобы большевики изъяли у бедных крестьян весь хлеб и те стали голодать. На самом же деле хлебозаготовки, скажем на Украине, в 1932 году были меньше, чем в 1931 г., когда никакого голода не было. В 1930 году объем хлебозаготовок на Украине составил 6.92 млн.т. (30% от валового объема производства), в 1931 году - 7.39 млн.т.(40%), а в 1932 году – 4,28 (29%). То есть весь хлеб никакие большевики не изымали, наоборот, даже снизили объемы закупок. Но что все-таки стало причиной падения сборов зерна к 1932 г. почти на 35% по сравнению с 1930г. и последовавшего за этим голода? И почему голод затронул в основном только Украину и Дон? А дело в том, что в 1932 г. на Украине и Дону засеяли едва ли треть пахотных земель, и это безусловная причина голода. Почему мало засеяли? На Украине и Дону землю пашут не лошадьми, как в Центральной России, потому что на черноземе они быстро выбиваются из сил, а волами. А волы – это говядина, их едят. Так вот поголовье волов на Украине снизилось с 593.7 тыс. (1929 г.) до 105.2 тыс. (1932 г.), то есть почти в 6 раз!

Причины: вредительство, антиколхозная пропаганда и жадность. В результате население забивали и съедали свой скот, не желая сдавать в коллективные хозяйства.

г) Вина Сталина в этом, безусловно, есть. Во-первых, нужно было принять эффективные меры для сохранения рабочего скота. Но самое главное другое. Сегодня, опираясь на его статью «Головокружение от успеха», считают, что коллективизацию надо было проводить «мягко» - создать образцовые колхозы и сманить в них остальных. Коллективизация началась в 1929 г., а уже в марте 1930 вышло постановление ЦК о запрещении насильственной коллективизации, часть новоиспеченных колхозников стали выходить из колхозов обратно, и было восстановлено до половины раскулаченных хозяйств. Но «мягкая» коллективизация - прямой путь к разделению сельских обществ, а разделение - это война. Массовый загон людей в колхозы вызвал бы водопады матюков, но через год все и всё уже забыли бы. Отказ от немедленной массовой поголовной коллективизации был главной ошибкой.

е) Теперь следует разобрать вопрос о количестве жертв «голодомора», который, как мы видим, устроили украинцы и казаки себе сами. Количество смертей от недоедания было минимально. Но, безусловно, голод повлиял на заболеваемость населения и продолжительность жизни и соответственно на смертность и рождаемость населения.Согласно результатам Всесоюзных переписей наличное население Украины на 1 января 1927 составляло 29043 тысяч человек, на 1 января 1939 г. - 30 946 тыс. человек (территория УССР сократилась за этот период на 2%). Столь малый прирост населения (+6,6%) за 12 летний период отчасти объяснялся значительным оттоком населения в новообразованные индустриальные и промышленные центры. Но в то же время рост населения соседней Белоруссии, которую голод не затронул, за этот период составил 11,76%. Поэтому можно согласиться, что по опубликованным в 1938 данным население Украины должно было составлять более 32 млн. человек.Рождаемость населения УССР в среднем за 1927-1931 гг. составила 1080,4 тыс., смертность – 521,8 тыс., прирост – 558,6 тыс. В 1932 родилось 782 тыс., умерло 668 тыс. (прирост 114 тыс. – на 444,6 меньше предыдущей пятилетки), в 1933 родилось уже 359 тыс., умерло 1309 тыс. (убыль 950 тыс. – на 1508,6 меньше). То есть потери населения УССР в 1932-1933 гг., сопутствующие голоду, можно оценить примерно в 2 млн. чел. Конечно, это много с позиции сегодняшнего дня. Но скажем, в США вызванный Великой депрессией 1929-1933 гг. с ее 15-миллионой армией безработных и тысячными очередями за бесплатной похлебкой голод привел к демографическим потерям примерно в 7 млн. чел.

и) В 1946 г., когда страна только начала восстанавливаться после войны и запасов делать было не из чего, СССР постигла страшная засуха, на юге высыхали речки. В итоге в 1946 г. урожай был всего 39,6 млн. т зерна - в 2,4 раза ниже, чем в 1940 г. И начался голод 1947 г. Но в 1947 году только в РСФСР получили 35,7 млн. т хлеба, и голод из СССР ушел навсегда.

к) Однако, до сих пор проблема голода остаётся актуальной: по данным продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН в 2000—2002 году в России от голода страдали 4 % населения (5,2 млн. человек).

6. О засилии евреев

Первое Советское правительство (1917г.) состояло из 15 русских и всего одного еврея (из 18 чел.). А за период с 1917 до 1924 г. (ленинская гвардия) в составе высшего руководства страны было русских - 48 (67%) , а евреев - 8 (11%). ЦК ВКП(б) в 1924 году: русские - 54 (62%), евреи - 14 (16%)ВЧК-ОГПУ-НКВД: на 1 мая 1924 года в центральном аппарате работало 2 402 сотрудника. Из них русских - 1670 (70%), латышей - 208 (9%), евреев - 204 (8%), поляков - 90, белорусов - 80, украинцев - 66.http://www.liveinternet.ru/users/sokol_14/post78353886/

7. Об убийстве Сталина

Сталин умер 5 марта 1953 г. от кровоизлияния в мозг, в ходе которого ему долгое время не оказывалась медицинская помощь. Согласно проведенному Юрием Мухиным расследованию в книжке «Убийство Сталина и Берия», Сталин был отравлен Хрущевым и его окружением, а позже ими же был убит без суда и следствия ближайший соратник Сталина Лаврентий Берия. Сделано это было с целью не допустить реализации принятых XIX съездом партии решений Сталина по передаче всей полноты власти от партии государству. Версия отравления подтверждена на официальном уровне Михаилом Полтораниным, который возглавлял комиссию по рассекречиванию архивов КГБ.

Сталин был убит, но он навсегда останется жить в сердцах честных людей России!

ВЕЧНАЯ СЛАВА ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ!

0

24

0

25

Материал шикарный! Полный, многосторонний взгляд на события того времени. Очень приятно было читать что то новое, к сожалению очень редко всплывает действительно новые взгляды. Большинство авторов не объективны и пишут свои опусы исходя из идеологии,своего личного мнения, веяния моды и тенденции в их кругах. Это касается как наших историков, так и не наших.
Представьте на секунду видного американского учёного, который заявляет во все услышание что Сталин - это хорошо, или к примеру Садам Хусейн это хорошо, или Кадафи это хорошо. Всё, капец будет тому историку. И не важно кем были во времена своей жизни и правления эти люди, сколько хорошего они сделали для своего народа, есть штамп идеологии и если историк будет неформат, его карьера окажется под большим вопросом и жизнь заметно усложнится. Хотя по идее, история должна быть выше этого. Должна руководствоваться не личным мнением человека или правящего большинства, а фактами. К сожалению на практике так не происходит.

Отредактировано -==Smile==- (2011-10-18 09:29:43)

+1

26

-==Smile==- написал(а):

Материал шикарный!

Спасибо. Самому очень интересная тема, если у тебя есть что-то, выкладывай, с удовольствием почитаю.
Ты очень правильно сказал о том, что историку или политику опасно высказываться в положительном ключе о Сталине и его периоде. Опасно потерять рейтинг, сразу обольют грязью и пришьют ярлык. Многие только этого и ждут. Печально это, ведь таким образом искажается мировосприятие картины того времени. И правда, в конце концов.
Люди, которые жили в то время, кстати, не столь отрицательно категоричны. Алексей Николаевич Косыгин, например, говорил, что молодое поколение неоправданно обижено на Сталина, хотя не знают ни его, ни той обстановки, в которой он жил и руководил. Много раз слышал, что относительное благополучие СССР в 60-70-е годы связаны, в первую очередь, с его талантливой работой и руководством экономики. Получается, не зря Сталин запрметил Косыгина, любил с ним решать вопросы, советоваться, просто работать. Перед смертью говорил "Ну, что, Косыга, мы с тобой еще поработаем?" Да и не только с ним. Сколько талантливых людей ДЕЛА и РАБОТЫ поддержано и взращено Сталиным! Так же как и наказано бездельников, сознательных и несознательных вредителей. Он понимал, что после смерти его смешают с грязью, слишком много поводов дало то время и события, в которых он жил.

Мне понравилась одна фраза, сказанная кем-то о Сталине. "Это чуть ли не единственный государственный деятель, который действовал в интересах народа, игнорируя интересы элиты". Необъяснимый феномен. Так оно и есть. Сам не жировал, не крал, не тунеядствовал, и любому руководству страны не позволял. Народ молча трудился и молча умер, не имея возможность высказать свое мнение. А обиженная элита написала кучу мемуаров о том, каков мерзавец товарищ Сталин.
Ну а о том, как ведет себя необузданная элита, отпущенная на беспредел, можно видеть из времен Ельцина. Сколько разбазарили, разворовали и бездарно потратили то, что создано несколькими поколениями трудящихся предков.

+1

27

К сожалению я не смог составить тебе компанию в обсуждении истории, потому как знаю вопрос на уровне общего развития. Да и в любом случае, история это дело неблагодарное. Даже если ценой неимоверных усилий, перелопатив гору документов ты узнаешь правду, никому она нафиг не нужна будет. Людям гораздо удобней видеть историю так, как им хочется. Примеров тьма!
Что касается личности Сталина, то в основном в изложенном материале, на мой взгляд, всё достаточно полно описано.
Хотя почитай ещё вот это
http://depositfiles.com/files/xhp07o2nw
С первых страниц этой книги, я чуть было её не бросил читать, потому как автор настроен явно пророссийски. Но не бросил, о чём не пожалел в дальнейшем. Далее факты и отдельно мнение автора, что порадовало. Попробуй прочитать, но не бросай пока хотя бы страниц 50 не прочитаешь.

0

28

Стало известно о невообразимых поступках Сталина во время войны

Алексей Рыбин, некогда носивший звание майора госбезопасности и возглавлявший одно из подразделений охраны первых лиц СССР, утверждает, что историки, говорящие о том, что Иосиф Сталин командовал Советской армией во время Великой Отечественной войны по карте, не выходя из Кремля, не правы. По словам Рыбина, лидер Советского Союза в реальности совершал личные поездки на фронт, чтобы своими глазами видеть обстановку.

Майор госбезопасности в отставке рассказал, что во время таких поездок у Сталина было всего три десятка охранников, несмотря на то, что зачастую места визитов "вождя всех народов" находились лишь за несколько километров от передовой. По словам Рыбина, во время одной из таких поездок Сталин едва не был захвачен немецкими войсками - автомобиль Сталина увяз в снегу, и его удалось вытащить совсем незадолго до прихода немцев.

В ходе посещений мест боёв Сталин, по словам Рыбина, лично общался с бойцами, спрашивая у них о слабых сторонах немецкой армии. Отставной майор правительственной охраны рассказал, что решение советских властей о проведении первого во время войны салюта победы было принято именно в ходе одной из поездок Сталина на фронт. Это случилось в августе 1943 года.

0

29

Atos написал(а):

Стало известно о невообразимых поступках Сталина во время войны

Вот это да!!! Прям бомба!!! Я о таком ни в одних мемуарах и рассказах ветеранов и не слыхивал...

0

30

schuka написал(а):

Вот это да!!! Прям бомба!!! Я о таком ни в одних мемуарах и рассказах ветеранов и не слыхивал...

Я тоже, Паша. Вот заинтересовался информацией, которая больше смахивает на утку или пропагандистский прием. С какой только целью?
Во-первых, не сильно верится, что Сталину что-то там потребовалось или было интересно на передовой. Тем более, так беспечно рискуя, как утверждает Алексей Рыбин. Во-вторых, действительно, информации о таких фактах я ранее не встречал. И в-третьих, Алексею Рыбину в 1943 году должно было бы быть не менее 25 лет, т.е около 95 сейчас. Когда он делился воспоминаниями?

0


Вы здесь » Форум В шутку и всерьёз » Личности » Товарищ Сталин