Форум В шутку и всерьёз

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум В шутку и всерьёз » Вторая мировая война » Оборона Ленинграда


Оборона Ленинграда

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Самый знаменитый танковый бой Второй Мировой Войны.

События под Ленинградом в августе 1941 года развивались по весьма драматическому сценарию. В ночь с 7 на 8 августа немецкая группа армий "Север" начала наступление на Ленинград. 41-й моторизованный корпус из состава 4-й танковой группы и 38-й армейский корпус нанесли удары по населенным пунктам Ивановское и Большой Сабск в сторону Кингисеппа и Волосово. Через три дня противник приблизился к шоссе Кингисепп - Ленинград. 13 августа немецкие войска захватили станцию Молосковицы и перерезали железную и шоссейную дороги Кингисепп - Ленинград. Им также удалось форсировать реку Луга на правом фланге фронта, и город оказался между двух огней. 14 августа все дивизии 41-го моторизованного и 38-го армейского корпусов, выйдя на оперативный простор, устремились к Ленинграду. 16 августа были заняты Нарва и Кингисепп.

10 августа 56-моторизованный корпуса атаковал советские войска в районе Луги. В тот же день тяжелые бои начались и на новгородско-чудовском направлении. На следующий день немцы прорвались к реке Оредеж. Нависла угроза над левым флангом войск, обороняющих лужский сектор. 13-го августа 34-я и часть сил 11-й армий Северо-Западного фронта в районе Старой Руссы и озера Ильмень нанесли удар в тыл частям 10-го армейского корпуса. Немецкое командование начало поспешно перебрасывать на это направление 56-й моторизованный корпус, дивизию СС "Мертвая голова" и только что переданный группе армий "Север" из-под Смоленска 39-й моторизованный корпус.

16 августа части 1-го армейского корпуса овладели западной частью Новгорода. Нависла реальная угроза прорыва немецких войск к Ленинграду.

18 августа командира 3-й танковой роты 1-го танкового батальона 1-й Краснознаменной танковой дивизии старшего лейтенанта Зиновия Колобанова вызвали к командиру дивизии генералу В.И. Баранову. Штаб дивизии располагался в подвале собора, являющегося достопримечательностью Гатчины,которая называлась тогда Красногвардейском. Задание Колобанов получил лично от Баранова. Показав на карте три дороги, ведущие к Красногвардейску со стороны Луги, Волосово и Кингисеппа (через Таллинское шоссе - прим. автора), комдив приказал:
- Перекрыть их и стоять насмерть!
Обстановка под Ленинградом была такой, что приказ комдива командир танковой роты воспринял буквально.

В роте Колобанова было пять танков КВ-1. В каждый танк было загружено по два боекомплекта бронебойных снарядов. Осколочно-фугасных снарядов на этот раз экипажи взяли минимальное количество. Главное было не пропустить немецкие танки.

В тот же день Колобанов выдвинул свою роту навстречу наступающему противнику. Старший лейтенант направил два танка - лейтенанта Сергеева и младшего лейтенанта Евдокименко - на лужскую дорогу (Киевское шоссе - прим. автора). Еще два КВ под командованием лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря направились защищать дорогу, ведущую на Волосово. Танк самого командира роты должен был встать в засаду у дороги, соединяющей таллинское шоссе с дорогой на Мариенбург - северной окраиной Красногвардейска.

Колобанов провел с командирами всех экипажей рекогносцировку, указал места огневых позиций и приказал отрыть для каждой машины по два укрытия - основное и запасное, а потом тщательно замаскировать их. Связь с командиром роты экипажи должны были поддерживать по радио.

Для своего КВ Колобанов определил позицию таким образом, чтобы в секторе огня был самый длинный, хорошо открытый участок дороги. Немного не доходя до птицефермы Учхоза, она поворачивала чуть ли не на 90 градусов и далее уходила к Мариенбургу. Ее пересекала еще одна, грунтовая, дорога, по которой, по всей видимости, местные жители после сенокоса вывозили с полей сено. Кругом виднелись не убранные стога, стояли они неподалеку и от выбранной Колобановым позиции. По обеим сторонам дороги, ведущей к Мариенбургу, тянулись обширные болотины. Было даже небольшое озерко с беспечно плавающими по нему утками.

Выкопать капонир для такого танка, как КВ, дело очень непростое. К тому же, грунт попался крепкий. Только к вечеру удалось упрятать танк в отрытом по самую башню капонире. Была оборудована и запасная позиция. После этого тщательно замаскировали не только сам танк, но даже следы от его гусениц.

Стрелок-радист старший сержант Павел Кисельков предложил сходить к брошенной птицеферме и добыть гуся, благо люди, работавшие на ней, опасаясь нашествия оккупантов, покинули ее, а измотанному тяжелым трудом экипажу требовалось подкрепить свои силы. Комроты согласился, приказав радисту застрелить птицу так, чтобы никто не слышал: ни в коем случае нельзя было демаскировать свою позицию. Кисельков выполнил приказ в точности, гуся ощипали и сварили в танковом ведре. После ужина Колобанов приказал всем отдыхать.

Ближе к ночи подошло боевое охранение. Молоденький лейтенант отрапортовал Колобанову. Тот приказал разместить пехотинцев позади танка, в стороне, чтобы в случае чего они не попали под орудийный огонь. Позиции боевого охранения также должны были быть хорошо замаскированы...

Зиновий Григорьевич Колобанов родился в 1913 году в селе Арефене Вачевского района Нижегородской губернии. По окончании восьми классов средней школы учился в техникуме. В 1932 году по комсомольскому набору был призван в ряды Красной Армии. В 1936 году с отличием окончил Орловское бронетанковое училище имени М.В. Фрунзе.

Война для 28-летнего старшего лейтенанта Колобанова была не в диковинку. В составе 20-й тяжелой танковой бригады в должности командира роты ему довелось участвовать в советско-финляндской войне 1939 - 1940 годов. Бригада, в которой он служил, первой вышла к линии Маннергейма, причем его рота оказалась на острие удара. Именно тогда Колобанов первый раз горел в танке. В бою у озера Вуокса он снова вырвался со своей ротой вперед, и опять пришлось спасаться из горящего машины. Третий раз он горел при рейде на Выборг. В ночь с 12 на 13 марта 1940 года был подписан мирный договор между СССР и Финляндией. Узнав об этом, солдаты двух ранее противостоящих армий устремились на встречу друг другу для "братания".

К несчастью, это самое "братание" очень дорого обошлось капитану Колобанову: его понизили в звании и, лишив всех наград, уволили в запас.

С началом Великой Отечественной войны Колобанова призвали из запаса в 1-ю танковую дивизию, создававшуюся на базе 20-й тяжелой танковой бригады, в которой он воевал во время войны с финнами. Поскольку у него уже был боевой опыт, Колобанову присвоили звание старшего лейтенанта и назначили командиром роты тяжелых танков КВ. Правда, о прежних наградах пришлось забыть, предстояло начинать все заново, с чистого листа.

Боевые машины танкисты получали на Кировском заводе. Здесь же, на заводе, в отдельном учебном танковом батальоне формировались и танковые экипажи. Каждый из них принимал участие вместе с рабочими в сборке своей машины. Дистанция обкатки была от Кировского завода до Средней Рогатки, после чего машины уходили на фронт.

В бою под Ивановским Колобанову удалось отличиться - его экипаж уничтожил танк и орудие противника. Вот почему, зная о солидном боевом опыте старшего лейтенанта Колобанова, генерал В. И. Баранов поручил ему столь ответственное задание - своей ротой преградить путь немецким танкам к Красногвардейску.

Наступавший на Ленинград 41-й моторизованный корпус группы армий "Север" обходил Красногвардейск стороной. Только одна его дивизия - 8-я танковая, должна была поддерживать продвижение к Красногвардейску 50-го армейского корпуса и 5-й дивизии СС со стороны Волосово и Луги. 6-я танковая дивизия в предыдущих боях понесла большие потери и к середине августа 1941 года существовала фактически только на бумаге, поэтому участие в боях за Красногвардейск принять не могла. 1-я танковая дивизия наступала на Ленинград со стороны Торосово, на Сяськелево и далее на северную окраину Красногвардейска - Мариенбург. В случае прорыва к Мариенбургу, части этой дивизии могли ударить в тыл советским войскам, занимавшим оборону на рубежах Красногвардейского укрепрайона, а затем, выйдя по старинным гатчинским паркам к Киевскому шоссе, почти беспрепятственно продвигаться к Ленинграду.

Ранним утром 19 августа 1941 года экипаж Колобанова был разбужен отвратительным, прерывистым гулом идущих на большой высоте в сторону Ленинграда немецких пикирующих бомбардировщиков. После того как они прошли, тишина и спокойствие вновь установились под Войсковицами. День начинался ясный. Солнце поднималось все выше.

Часов в десять раздались выстрелы слева, со стороны дороги, идущей на Волосово3. Старший лейтенант узнал недалекий "голос" танкового орудия КВ. По радио пришло сообщение, что один из экипажей вступил в бой с немецкими танками. А у них по-прежнему было все спокойно. Колобанов вызвал к себе командира боевого охранения и приказал ему, чтобы его пехотинцы открывали огонь по противнику только тогда, когда заговорит орудие КВ. Для себя Колобанов с Усовым наметили два ориентира: № 1 - две березы в конце перекрестка и № 2 - сам перекресток. Ориентиры были выбраны с таким расчетом, чтобы уничтожить головные вражеские танки прямо на перекрестке, не дать остальным машинам свернуть с дороги, ведущей на Мариенбург.

Только во втором часу дня на дороге появились вражеские машины.

- Приготовиться к бою! - тихо скомандовал Колобанов.

Захлопнув люки, танкисты мгновенно замерли на своих местах. Тут же командир орудия старший сержант Андрей Усов доложил, что видит в прицеле три мотоцикла с колясками. Незамедлительно последовал приказ командира:
- Огня не открывать! Пропустить разведку!

Немецкие мотоциклисты свернули налево и помчались в сторону Мариенбурга, не заметив стоявший в засаде замаскированный КВ. Выполняя приказ Колобанова, не стали открывать огня по разведке и пехотинцы из боевого охранения.

Теперь все внимание экипажа было приковано к идущим по дороге танкам. Колобанов приказал радисту доложить комбату капитану И. Б. Шпиллеру о приближении немецкой танковой колонны и вновь обратил все свое внимание в сторону дороги, на которую один за другим выползали окрашенные в темно-серый цвет танки. Они шли на сокращенных дистанциях, подставляя свои левые борта почти строго под прямым углом по отношению к орудию КВ, тем самым представляя собой идеальные мишени. Люки были открыты, часть немцев сидела на броне. Экипаж даже различал их лица, так как расстояние между КВ и вражеской колонной было невелико - всего около ста пятидесяти метров.

В это время на связь с командиром роты по радио вышел комбат Шпиллер. Он сурово спросил:
- Колобанов, почему немцев пропускаешь?! Шпиллер уже знал об утреннем бое на лужском и волосовском направлениях и о продвижении немецких танков в сторону позиции Колобанова, и его не могло не беспокоить изрядно затянувшееся молчание КВ командира танковой роты.

Отвечать комбату было уже некогда: головной танк медленно въехал на перекресток и вплотную приблизился к двум березам - ориентиру № 1, намеченному танкистами перед боем. Тут же Колобанову доложили о количестве танков в колонне. Их было 22. И когда до ориентира остались секунды движения командир понял, что медлить больше нельзя, и приказал Усову открыть огонь...

Старший сержант Усов к началу Великой Отечественной войны был уже опытным солдатом. Призванный в Красную Армию в 1938 году, он участвовал в "освободительном" походе в Западную Белоруссию в должности помощника командира взвода одного из артиллерийских полков, во время советско-финляндской войны воевал на Карельском перешейке. Окончив специальную школу командиров орудий тяжелых танков, стал танкистом...

Головной танк загорелся с первого выстрела. Он был уничтожен, даже не успев полностью миновать перекресток. Вторым выстрелом, прямо на перекрестке, был разбит второй танк. Образовалась пробка. Колонна сжалась, как пружина, теперь интервалы между остальными танками стали и вовсе минимальными. Колобанов приказал перенести огонь на хвост колонны, чтобы окончательно запереть ее на дороге.

Но на этот раз Усову не удалось с первого выстрела поразить замыкающий танк - снаряд не долетел до цели. Старший сержант откорректировал прицел и произвел еще четыре выстрела, уничтожив два последних в колонне танка. Противник оказался в ловушке.

Первое время немцы не могли определить откуда ведется стрельба и открыли огонь из своих орудий по копнам сена, которые тут же загорелись. Но вскоре они пришли в себя и смогли обнаружить засаду. Началась танковая дуэль одного КВ против восемнадцати немецких танков. На машину Колобанова обрушился целый град бронебойных снарядов. Один за другим они долбили по 25-миллиметровой броне дополнительных экранов, установленных на башне КВ. От маскировки уже не осталось и следа. Танкисты задыхались от пороховых газов и глохли от многочисленных ударов болванок о броню танка. Заряжающий, он же младший механик-водитель, красноармеец Николай Роденков работал в бешеном темпе, загоняя в казенник пушки снаряд за снарядом. Усов, не отрываясь от прицела, продолжал вести огонь по вражеской колонне.

Между тем, командиры других машин, державших оборону еще на трех дорогах, докладывали по радио об обстановке на их участках обороны. Из этих донесений Колобанов понял, что и на других направлениях идут ожесточенные бои.

Немцы, понимая, что попали в западню, пытались маневрировать, но снаряды КВ поражали танки один за другим. А вот многочисленные прямые попадания вражеских снарядов, не причиняли особого вреда советской машине. Сказывалось явное превосходство КВ над немецкими танками по силе огня и в толщине брони.

На помощь немецким танкистам пришли двигавшиеся вслед за колонной пехотные подразделения. Под прикрытием огня из танковых пушек, для более аффективного стрельбы по КВ, немцы выкатили на дорогу противотанковые орудия.

Колобанов заметил приготовления противника и приказал Усову ударить осколочно-фугасным снарядом по противотанковым пушкам. С немецкой пехотой вступило в бой находившееся позади КВ боевое охранение.

Усову удалось уничтожить одно ПТО вместе с расчетом, но вторая успела произвести несколько выстрелов. Один из них разбил панорамный перископ, из которого вел наблюдение за полем боя Колобанов, а другой, ударив в башню, заклинил ее. Усову удалось разбить и эту пушку, но КВ потерял возможность маневрировать огнем. Большие довороты орудия вправо и влево можно было теперь делать только путем поворота всего корпуса танка. По существу, КВ превратился в самоходную артиллерийскую установку.

Николай Кисельков вылез на броню и установил вместо поврежденного перископа запасной.

Колобанов приказал старшему механику-водителю старшине Николаю Никифорову вывести танк из капонира и занять запасную огневую позицию. На глазах у немцев танк задним ходом выбрался из своего укрытия, отъехал в сторону, встал в кустах и вновь открыл огонь по колонне. Теперь пришлось усердно потрудиться механику-водителю. Выполняя распоряжения Усова, он поворачивал КВ в нужном направлении.

Наконец последний 22-й танк был уничтожен.

За время боя, а он длился больше часа, старший сержант А. Усов выпустил по танкам и противотанковым орудиям противника 98 снарядов, из них бронебойные были израсходованы все. Дальнейшее наблюдение показало, что несколько немецких танков смогли прорваться к совхозу "Войсковицы" с юга.

На связь с экипажем вышел комбат. Громким голосом Шпиллер спросил:
- Колобанов, как у тебя? Горят?
- Хорошо горят, товарищ комбат!

Старший лейтенант сообщил, что экипажем разгромлена танковая колонна противника численностью в 22 боевые машины. Дальше удерживать свою позицию его экипаж не в состоянии, так как кончаются боеприпасы, бронебойных снарядов нет вовсе, а сам танк получил серьезные повреждения.

Шпиллер поблагодарил экипаж за успешное выполнение боевой задачи и сообщил, что на пути к совхозу "Войсковицы" уже находятся танки лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря. Колобанов приказал Никифорову идти к ним на соединение. Посадив на броню оставшихся из боевого охранения пехотинцев (многие из них были ранены), КВ с десантом на броне устремился на прорыв. Немцы не стали ввязываться в бой с русским танком, и КВ беспрепятственно достиг окраины совхоза. Здесь Колобанов встретился с командирами подошедших танков.

От них он узнал, что в бою на лужской дороге экипажем лейтенанта Федора Сергеева было уничтожено восемь немецких танков, экипажем младшего лейтенанта Максима Евдокименко - пять. Младший лейтенант в этом бою погиб, трое членов его экипажа ранены. Уцелел лишь механик-водитель Сидиков. Пятый немецкий танк, уничтоженный экипажем в этом бою, на счету именно механика-водителя: Сидиков таранил его. Сам КВ при этом был выведен из строя. Танки младшего лейтенанта Дегтяря и лейтенанта Ласточкина в этот день сожгли по четыре вражеских танка каждый.

Всего 19 августа 1941 года танковой ротой было уничтожено 43 танка противника.

0

2

Раскрыты тайны Ленинградской блокады
29 января 2017

Раскрыты тайны Ленинградской блокады Сегодня мы в очередной раз будем праздновать День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады. Недавно я набрал ради интереса в Яндексе слова «Блокада Ленинграда» и получил такой ответ: «После прорыва блокады осада Ленинграда вражескими войсками и флотом продолжалась до сентября 1944 года».
Вы что-нибудь поняли? Да тут не то что десятиклассник, толком не разберется даже выпускник университета. Как случилось так, что за 73 года было выпущено несколько сот книг и тысячи статей по осаде Ленинграда в 1941–1944 годы, но столько осталось белых пятен и недомолвок? Да и вообще, как мог 872 дня держаться осажденный Ленинград? Ведь подобной осады не было в истории человечества!

В первые месяцы Великой Отечественной войны германские войска разгромили части Красной армии в Прибалтике, Белоруссии и на Украине, стремительно овладели Крымом и… встали как вкопанные в предместьях Ленинграда. Что же произошло? Может быть, советские летчики, танкисты и пехота менее мужественно дрались под Минском, Киевом и Уманью? А ведь там за несколько дней были полностью уничтожены и пленены куда более крупные советские группировки, чем под Ленинградом.

В хрущевско-брежневские времена нас уверяли, что врага остановили «ленинградские большевики». Это меня еще в школе наводило на крамольные мысли, что, мол, в Киеве коммунисты были второго сорта, а в Минске, сданном на шестой день войны, вообще – некондиция. А сейчас либералы утверждают, что немцев остановила «питерская интеллигенция». Она-де рафинирована особым способом. Мол, послушали немцы Шостаковича и Ольгу Берггольц и сразу остановились.

Нет. Немцев остановил русский бог войны – тяжелая артиллерия фортов, железнодорожных установок и кораблей. А держаться помогли грамотные действия Ставки Верховного главнокомандования, благодаря которым несмотря на блокаду Ленинград не только снабжался продовольствием, но и на высоком уровне поддерживалась боевая мощь Ленинградского фронта и Балтийского флота.

СДАВАТЬСЯ НИКТО НЕ СОБИРАЛСЯ

С 1991 года либералы возлагают вину за гибель людей в блокаду на… Ставку. Ну а телеканал «Дождь» докатился до проведения опроса: «Нужно ли было сдать Ленинград, чтобы сберечь сотни тысяч жизней?» Якобы 53% ответили «да», и 47% – «нет». Подобный опрос – и кощунство, и полный идиотизм. С равным успехом можно спросить, а не лучше ли было жителям Ленинграда улететь на Марс?

Начну с того, что советские войска никогда не сдавались. В 1904 году генерал Стессель сдал японцам Порт-Артур, а в мае 1905 года адмирал Небогатов в Цусимском проливе – эскадру из четырех броненосцев. В 1942 году англичане сдали мощнейшую крепость Сингапур, а еще ранее, в мае–июне 1940 года, немцам сдались голландская, бельгийская и французская армии. У нас же в 1941–1945 годы не сдался ни один полк, ни один боевой корабль. Просто сдача противнику в уставе Красной армии не предусматривалась.

К моменту захвата Шлиссельбурга 6 сентября 1941 года в войсках Ленинградского фронта состояло свыше полумиллиона солдат и офицеров. И это без Балтийского флота. Ни фронту, ни флоту из Ленинграда уходить некуда. Оставалось драться или капитулировать. И если бы кто-то из командования отдал приказ о сдаче, он был бы немедленно расстрелян офицерами или даже солдатами. Даже Сталин, отдав приказ о сдаче без боя Ленинградского фронта и Балтийского флота, сам себе подписал бы смертный приговор.

Гитлер же и не собирался принимать капитуляцию Ленинграда. Он приказал сравнять город с землей. Даже если бы случилось чудо и фюрер записался бы в гуманисты, снабжать город немцы не имели возможности, поскольку все шоссейные и железные дороги на оккупированных территориях работали на пределе своих возможностей и все равно не могли полностью обеспечить вермахт ни топливом, ни продовольствием, ни боеприпасами.

Города, даже занятые немцами с ходу, без длительных боев, как, например, Минск и Киев, потеряли во время оккупации от 70 до 90% населения.

Кстати, по правилам войны еще с XVI века было положено при сдаче города или крепости оставлять всю военную технику и имущество нетронутыми. В противном случае другая сторона будет считать гарнизон нарушителем военных законов и поступать с ним соответствующе.

В сентябре 1941 года в Ленинграде было больше подводных лодок, чем во всем кригсмарине. Недаром Черчилль слезно молил Сталина в случае взятия немцами Ленинграда взорвать корабли. При грамотном использовании немцами кораблей Балтийского флота они могли бы сорвать снабжение Англии и «выиграть» битву за Атлантику.

На фортах Ленинграда, на НИМАПе (полигон на Ржевке) и в частях Ленинградского фронта было больше тяжелых орудий, чем на всех остальных наших фронтах и в тылу. Сталин с сарказмом писал Жданову: «У вас тяжелых танков (КВ) больше, чем на всех остальных фронтах».

И все это надо было отдать немцам? И заплатить за сдачу Ленинграда миллионами жизней?

В случае сдачи Ленинграда были бы потеряны Мурманск, Архангельск и Северный флот, прерваны коммуникации с союзниками на Севере. Ну а дальше… Дальше пусть допишут любители фэнтези.

ПОЧТИ СОРВАННАЯ ЭВАКУАЦИЯ

А теперь пару слов о том, что делали власти и жители города перед началом блокады. Почему еще до начала войны не поехали из города на отдых сотни тысяч иждивенцев (неработающих женщин, детей, пенсионеров)? Они что, не читали советскую прессу? Я еще студентом проштудировал подшивки газеты «Правда» за 1939–1940 годы. Там подробно и объективно рассказывалось о массированных бомбардировках городов Германии и Италии британской авиацией и соответственно люфтваффе – английских городов. Неужели никому не приходило в голову, что Ленинград будут бомбить в первые же дни войны? Благо с севера даже при новой границе подлетное время до города составляло менее 10 минут.

В начале 1941 года население Ленинграда составляло около 3 млн человек, из которых свыше 2,5 млн были люди, приехавшие туда несколько лет, а то и месяцев назад. Судите сами: в 1920 году в Ленинграде проживало 722 тыс. человек. Из них как минимум тысяч 200 выслали или посадили в 1930-х годах (были специальные чистки города от дворян, бывших чиновников и интеллигенции, деклассированного элемента и т.д.).

Родственные узы 80 лет назад были куда более тесными, и поехать в деревню к троюродному дяде на ПМЖ не считалось зазорным. Ну а государство бесплатно или за 30% давало путевки в дома отдыха, санатории, пионерские лагеря и т.д.

Увы, к 22 июня из Ленинграда на отдых уехали очень немногие, несмотря на повсеместные разговоры о войне.

Через неделю после начала войны, 30 июня, по адресу канал Грибоедова, д. 6 был открыт городской эвакопункт. Через несколько дней открылись и районные эвакопункты. На 12-й (!) день войны Ленсовет принял постановление об эвакуации из города 400 тыс. детей. Увы, по этому постановлению до начала блокады удалось вывезти только 311,4 тыс. детей.

Июль–август 1941 года. Повсеместные отступления наших войск. На севере грохочет канонада – наступают финны. Немцы бомбят Ленинград. А сотни тысяч упрямых дам категорически отказываются эвакуироваться. Инструкторы обкома стали угрожать упрямицам лишением продовольственных карточек. В ответ: «А мы и без них проживем». Нетрудно догадаться, что главным мотивом и до 22 июня, и в первые 8 недель после было – «А вдруг мой Петя загуляет?»

Тем не менее через эвакопункты (а были и другие пути эвакуации) было отправлено до 6 сентября 1941 года 706 283 человека. В октябре–ноябре 1941 года на судах Ладожской флотилии эвакуировано 33 479 человек.

По ладожскому льду вывезли 539 тыс. человек. И, наконец, с открытием навигации 1942 года с мая по ноябрь на судах через Ладогу убыло 448 699 человек. 1 ноября 1942 года эвакуация из Ленинграда была официально закончена. Далее выезд из города производился лишь по спецпропускам.

СНАБЖЕНИЕ ГОРОДА

Ставка делала все возможное и для организации воздушного моста Ленинград – Большая земля.

20 сентября 1941 года Государственный Комитет Обороны (ГКО) принял постановление «Об организации транспортной воздушной связи между Москвой и Ленинградом», согласно которому предполагалось доставлять в город ежедневно 100 т грузов и эвакуировать 1000 человек.

Для перевозок стала использоваться базировавшаяся в Ленинграде Особая северная авиагруппа гражданского флота и включенный в ее состав Особый Балтийский авиационный отряд. Также выделялись три эскадрильи Московской авиагруппы особого назначения (МАГОН) в составе 30 самолетов Ли-2, которые совершили первый рейс в Ленинград 16 сентября. Позже было увеличено число подразделений, участвующих в авиаснабжении. Также для перевозок использовались тяжелые бомбардировщики ТБ-3.

21 ноября 1941 года по воздуху в Ленинград было доставлено максимальное за сутки количество грузов – 214 т. С сентября по декабрь в Ленинград авиатранспортом было доставлено более 5 тыс. т продовольствия и вывезено 50 тыс. человек.

Прокладывание кабеля связи по дну Ладоги на Большую землю началось 10 августа, а уже в октябре 1941 года телефонная и телеграфная связь по этому кабелю работала бесперебойно.
В конце 1941 года при подходе немцев к Волховской ГЭС часть электрооборудования была демонтирована и эвакуирована. Весной 1942 года Волховстрой заработал вновь. По дну Ладожского озера по приказу Сталина было проложено пять силовых кабелей. Первый кабель проложили за 47 дней, и уже 23 сентября 1942 года электроэнергия пошла в Ленинград.

В декабре 1942 года потребление электроэнергии в Ленинграде возросло в 4 раза по сравнению с августом.

25 июня 1942 года вышло постановление ГКО о создании на Ладоге трубопровода протяженностью 30 км, из которых более 20 км – по дну озера. Подобных сооружений к 1942 году не было в мире, а тут пришлось вести трубопровод под авиабомбами и артобстрелами противника.

Строительство трубопровода началось 5 мая, а завершилось 19 июня 1942 года, то есть трубопровод был построен всего за 46 суток. Желающие могут сравнить эти сроки со временем строительства кабелей и трубопровода через Керченский пролив в 2014–2016 годы.

20 мая 1942 года бензин и нефть пошли в осажденный Ленинград (последовательно несколько видов нефтепродуктов). Работы по строительству трубопровода велись столь скрытно, что немцы не узнали о них до конца блокады.

С 24 мая по 3 декабря 1942 года суда Ладожской флотилии перевезли 55 тыс. т топлива, а по трубопроводу поступило 32,6 тыс. т.
Были и иные, иной раз даже экзотические способы снабжения Ленинграда.

Так, в марте 1942 года в Лоухском оленеводческом совхозе было отобрано 300 лучших оленей. Оленей и два вагона мороженой рыбы по железной дороге доставили в Тихвин. Там оленей разделили на две группы: одна пошла по льду Ладоги в упряжках с нагруженной на нарты рыбой, а другая была отправлена гуртом. В результате до самого Ленинграда не потребовалось ни одной автомашины.

300 голов оленей – это около 15 т мяса – и 25 т рыбы ленинградцы получили в марте сверх того, что мог доставить в город автомобильный транспорт по ледовой дороге. А это более чем двухмесячная официальная норма на 10 тыс. человек.

НЕЗАМЕЧЕННЫЕ ГЕРОИ

О защитниках Ленинграда с 1945 года написаны сотни книг, но, увы, практически все авторы сконцентрировали свое внимание на героизме личного состава, роли коммунистической партии и отдельных полководцев, действиях авиационных, танковых и пехотных частей. Бог войны как-то остался в тени. И тут дело не только в субъективизме авторов, но и в закрытости материалов о действиях нашей и германской артиллерии. Дело в том, что форты, командные пункты и другие подземные сооружения Ленинграда были после войны восстановлены и служили армии и флоту многие десятилетия. Многие из них использовались для базирования ракетных частей, как узлы связи, склады и т.д.

Крайне взрывоопасной является тема о действии советской дальнобойной артиллерии по захваченным немцами дворцам и другим зданиям в окрестностях Ленинграда – в Петергофе, Стрельне, Гатчине, Павловске и т.д.

С переходом главных сил флота из Таллинна в Кронштадт 30 августа 1941 года все прибывшие корабли, кроме лидера «Минск», который требовал аварийного ремонта, были включены в систему обороны города. Таким образом, к началу боевых действий для отражения прорывавшихся к Ленинграду германских войск в системе артиллерийской обороны были: линкоры «Марат» и «Октябрьская революция», крейсера «Киров», «Максим Горький» и «Петропавловск», 1-й и 2-й дивизионы эсминцев в составе 10 вымпелов и 8 канонерских лодок.

Со стороны Финского залива Ленинград прикрывала Кронштадтская крепость, сооружение которой началось еще при Петре Великом. Самым сильным фортом Кронштадта был форт «Красная горка», выдвигавшийся на южном берегу Финского залива на 20 км на запад от оконечности острова Котлин.

Ко времени подхода немцев к Ленинграду на вооружении форта «Красная Горка» находились следующие батареи.

Батарея № 311 – две двухорудийные башни с 305/52-мм пушками. Эти орудия были почти идентичны орудиям линкоров типа «Петропавловск». Стрельба из 305-мм береговых орудий велась как морскими снарядами, так и снарядами военного ведомства, причем последних было крайне мало.
Батарея № 312 – четыре открытые 305/52-мм установки.
Батарея № 313 – три 120/50-мм пушки, установленные в южной части сухопутной обороны фронта.
Батарея № 322 – введена в июле 1941 года, имела три 152/45-мм пушки Кане.
В форту «Серая Лошадь» находились две береговые батареи – № 331 с тремя 152/45-мм пушками Кане и № 332 с четырьмя 120/50-мм пушками. В 1943 году на 332-й батарее 120-мм орудия заменили на 130/50-мм Б-13.
Кроме того, в состав крепости входили пять островных батарей на Южном (основном) фарватере у острова Колтин и семь – на Северном фарватере. Северные форты располагались примерно на линии нынешней дамбы.
Наконец, десятки орудий калибра 100–254 мм находились на острове Котлин как в старых фортах, так и открыто установленные уже в ходе войны.
Большую роль в обороне Ленинграда сыграл научно-испытательный морской артиллерийский полигон (НИМАП), расположенный на восточной окраине Ленинграда, у железнодорожной станции Ржевка. Испытания морских орудий малого и среднего калибра, до 130-мм включительно, производились на НИМАПе с «родных» станков, а пушек калибра 152–406 мм – со специальных полигонных станков. С началом войны полигонные станки были приспособлены для кругового обстрела.
Из числа орудий, находившихся на полигоне, было сформировано шесть батарей и одна зенитная группа. На вооружении этих батарей состояли: одно 406-мм, одно 356-мм, два 305-мм, пять 180-мм орудий, а также 12 пушек калибра 100–152 мм.

ДУЭЛЬ БОГОВ ВОЙНЫ

Боюсь, что я утомил читателя перечислением береговых батарей и мест их установки. Но, увы, без этого нельзя понять грандиозную артиллерийскую битву за Ленинград, длившуюся 900 дней на территории свыше 150 км с запада на восток и свыше 100 км с севера на юг. Корабли и береговые батареи были расставлены таким образом, что по всему периметру обороны позиции немцев и финнов простреливались как минимум на 20 километров нашими пушками.

Всего Ленинград защищали 360 морских и береговых дальнобойных орудий калибра от 406 до 100 мм. Эти наши орудия вступили в невиданную в истории артиллерии дуэль с примерно 250 тяжелыми орудиями немцев.

Днем 4 сентября 1941 года германская артиллерия впервые открыла огонь по Ленинграду. Артиллерийскому обстрелу подверглись станция Витебская-сортировочная, заводы «Салолин», «Красный Нефтяник» и «Большевик». Немцы вели огонь из района Тосно.

Советский военный деятель, участник боев за Ленинград генерал-полковник артиллерии кандидат военных наук Николай Николаевич Жданов писал в своей книге «Огневой щит Ленинграда»: «Артиллерийский обстрел города не имел ничего общего с вооруженной борьбой противостоящих армий. Это были варварские обстрелы, в результате которых страдало гражданское население, разрушались культурные учреждения, многие из них являлись уникальными, госпитали, больницы, школы, различные детские учреждения».
Только в сентябре 1941 года немцы выпустили по Ленинграду 5364 снаряда.

17 сентября немцам удалось прорваться к южному побережью Финского залива в районе Новый Петергоф, Стрельна, Урицк и получить возможность вести оттуда прицельный огонь с небольших дальностей (30–40 кабельтовых – около 5,5–7,5 км) по советским кораблям, стрелявшим с открытых огневых позиций внешних рейдов Невской губы и Морского канала. Наши корабли были ограничены в огневом маневрировании и подвергались авиационно-артиллерийским ударам противника.

В октябре 1941 года противник выпустил по Ленинграду 7950 снарядов, в ноябре – 11 230 снарядов. Всего с сентября по декабрь 1941 года включительно в городе упало 30 154 снаряда.
Я с карандашом изучил ежедневные сводки по стрельбе нашей артиллерии за все 872 дня блокады и могу заверить, что ни один обстрел противника не оставался без ответа нашей артиллерии.
Мы с советских времен насмотрелись в кино, как наши солдаты под Москвой и Сталинградом из противотанковых ружей, как уток, подбивают десятки «Тигров» и «Пантер». Поэтому я боюсь, что читатель с сомнением отнесется к моим утверждениям, что наша тяжелая артиллерия под Ленинградом действовала не только эффективно, но и с минимальными потерями. Так, на НИАПе уцелели все (!) орудия. То же можно сказать и о «Красной горке», «Рифе» и других фортах.

За всю осаду Ленинграда в 1941–1944 годы не было потеряно ни одной железнодорожной установки крупного и среднего калибра. И в то же время с их помощью были разбиты или подавлены сотни вражеских орудий и уничтожены тысячи солдат противника.

НАТИСК АРТИЛЛЕРИСТОВ

Выход на позиции, быстрый и точный удар и мгновенный отход. При этом полнейшая маскировка до удара, в ходе удара и после удара.
Железнодорожные установки под Ленинградом не были похожи на артиллерийские транспортеры в справочниках или музеях. Они скорее напоминали заросли кустарника – куча веток и маскировочных сетей. Установка выпускает снаряд калибра 356–180 мм и через полминуты уходит. «Да через какие полминуты? – возмутится историк. – Ведь по наставлению на переход ЖДАУ из боевого в походное положение положено 30 (!) минут».

Ну, кому дороги наставления, а кому – жизнь. Командиры и бойцы попросту игнорировали все наставления. Так, площадки не убирались, крепление по-походному производили на выходе с огневых позиций, продольные брусья отваливали в сторону, а опорные подушки оставляли на месте. Отход с позиции на расстояние 400–500 м совершался своим ходом и на малых скоростях, с незакрепленными опорными ногами. В последующем опорные ноги перестали забрасывать на тележки, а только приподнимали на 20–30 см от головки рельс.
Конечно, растопыренные «ноги» ЖДАУ могли снести дачный перрон, вызвали бы крушение поезда на встречной колее. Но все строения давно были снесены, встречных поездов не могло быть физически.

Чаще всего использовался такой метод. Орудие № 1 делало выстрел и начинало отход на новую позицию на дистанции 100–200 метров. Затем стреляло орудие № 2 и также начинало отход. Ну а когда после выстрела орудие № 3, подняв на несколько сантиметров над грунтом «ноги», начинало отход, стреляло орудие № 1, уже занявшее новую позицию.

Чтобы звукометрические станции и оптические средства противника не смогли засечь стрельбу железнодорожных транспортеров, вместе с ними открывали огонь корпусные 122-мм пушки А-19 и 152-мм гаубицы-пушки МЛ-20. Иногда привлекались и железнодорожные установки калибра 130–100 мм. Кроме того, активно использовались взрывпакеты, имитировавшие выстрелы тяжелых орудий.

И ПОМОЩЬ ЗАВОДОВ

Итак, ни одна ЖДАУ не погибла от воздействия противника. Но от частого, почти ежедневного огня изнашивались стволы, выходили из строя противооткатные устройства, затворы, подъемные механизмы и т.д. Но тут на помощь приходили ленинградские заводы «Большевик», Кировский, «Арсенал» (завод им. Фрунзе).

Так, по отчетам завода «Большевик» за время блокады было изготовлено свыше 3 тыс. (!) тел морских орудий и 20 тыс. снарядов среднего и большого калибра. Ну, допустим, в отчеты вместе со стволами вписали и лейнеры. Но разница тут в стоимости, а не в живучести.

Немцы знали о деятельности «Большевика» и в начале 1942 года установили в районе Федоровское–Антропшино 10 дальнобойных стационарных батарей специально для уничтожения цехов «Большевика». Кроме того, на линии Ново-Лисено–Павловск регулярно курсировали немецкие железнодорожные установки, также обстреливавшие завод. А их, в свою очередь, подавляли наши ЖДАУ вместе со стационарными морскими батареями и орудиями кораблей, стоявших на Неве. Идеальный пример взаимовыручки тыла и фронта.

ФИННЫ ОКАЗАЛИСЬ ХУЖЕ НАЦИСТОВ

Последние годы в СМИ появились утверждения, что Ленинград спас… маршал Маннергейм. Это говорит и нынешний министр культуры. Маннергейм де приказал своим войскам остановиться на границе 1939 года, запретил обстреливать из орудий и бомбить Ленинград и т.д.

На самом деле финны остановились не на старой границе, а на линии Карельского УРа – неприступной линии советских укреплений, которые строились еще с 1920-х годов.
Финны действительно не обстреливали Невский проспект и Кировский завод, благо батареи немцев находились совсем рядом. Зато финские снаряды практически ежедневно накрывали северо-западные районы Ленинграда: Лисий Нос, Ольгино, Кронштадтский район и др. Финские снаряды долетали до района Финляндского вокзала.

Недавно вышла моя книга «Кто спас Ленинград в 1941 году?» Книга создана на базе ранее секретных и совсекретных советских документов, а также материалов, недавно опубликованных в Германии и Финляндии. В книге подробно рассказано, какие артиллерийские батареи немцев и финнов и откуда стреляли по Ленинграду, и как наши артиллеристы подавляли огонь этих батарей. Сколько было при этом израсходовано снарядов и т.д., и т.п.

Авиация финнов действительно не появлялась над Ленинградом до февраля 1944 года. Но сделано было это не по приказу Маннергейма, а по предложению рейхсмаршала Геринга, чтобы избежать боестолкновений с люфтваффе. Финские летчики летали в основном на английских и советских трофейных машинах, и отличить их от советских и ленд-лизовских самолетов немцам было весьма сложно. Зато по судам Ладожской флотилии, перевозившим людей и продовольствие для Ленинграда, финская авиация работала куда эффективнее немецкой.

Принципиальная разница между немцами и финнами в том, что немцы убивали и отправляли в концлагеря комиссаров, коммунистов, партизан и т.д. А финны делали это только за то, что человек был этническим русским.

По переписи 1939 года, в Карелии проживало 469 тыс. человек. Из них 63,2% русских, 23,2% карелов и 1,8% финнов. Еще до 22 июня 1941 года маршал Маннергейм приказал после захвата Советской Карелии всех этнических русских заключить в концлагеря. Ведь еще в 1922 году Академическое Карельское общество Финляндии разработало теорию национального превосходства. По этой теории на высшей ступени развития стояли финны, затем – финно-угорские народы, на низшей ступени – славяне и евреи. И уже через две недели после захвата финнами Карелии там функционировало 14 концлагерей для этнических русских. В них сидели в основном старики, женщины и дети. Для военнопленных были другие лагеря.

Так, в концлагере Оловойнен № 8 из 3000 заключенных ко дню освобождения в живых осталось около 1500 человек. В 1942 году из числа свободного населения Петрозаводска умерли 201 человек, а в концлагерях – 2493 человека.

ПРАЗДНИК НАДО ОТМЕЧАТЬ ВСЕНАРОДНО

Надо ли отмечать 27 января как день окончательной снятия блокады? Безусловно, надо. Но не как окончательную ликвидацию осадного кольца, а лишь как разгром германских войск под Ленинградом.

В ходе Ленинградско-Новгородской наступательной операции – так сейчас называют Первый Сталинский удар – наши войска с 4 января по 1 марта 1944 года отбросили части вермахта на 120–180 км от первоначальных позиций под Ленинградом. Тем не менее ни на один день с начала марта по июнь 1944 года в Ленинграде не стихала контрбатарейная стрельба кораблей Балтийского флота, фортов Кронштадта и железнодорожной артиллерии. Причем по интенсивности эти стрельбы не уступали 1941–1942 годам. По кому же они стреляли? По немцам, окопавшимся под Нарвой?

Увы, северный сектор блокадного кольца осталась нетронутый, и оттуда на Кронштадт, Ольгино, Лисий Нос и другие районы Ленинграда летели тяжелые снаряды. И вот тогда наши артиллеристы получили приказ…

Лишь 9 июня 1944 года началось окончательное снятие блокады Ленинграда. По финским войскам ударили сотни батарей тяжелых орудий Ленинградского фронта, Балтийского флота, включая корабли, форты, железнодорожные установки и 406–180-мм установки научно-исследовательского морского полигона. В наступление пошли 31 дивизия, 6 бригад и 4 укрепленных района.
А 17 июня 1944 года 180-мм железнодорожные установки уже громили Выборг. Финны очень надеялись на англичан, и вот 20 июня в Выборг ворвались тяжелые танки «Черчилль». Но, к великому разочарованию финнов, на них были красные звезды.

0


Вы здесь » Форум В шутку и всерьёз » Вторая мировая война » Оборона Ленинграда